Елеусизов: До шизофрении я еще не дошел

23 января 2014, 15:36
35
Эколог Мэлс Елеусизов. ©Дмитрий Хегай
Эколог Мэлс Елеусизов. ©Дмитрий Хегай

Казахстанцы знают Мэлса Елеусизова как эколога, общественника и политика. Задолго до того, как стать представителем "зеленых", он сменил множество профессий - от бортпроводника до таксиста. Меня же интересовало, почему в итоге Мэлс Хамзаевич посвятил свою жизнь экологии, почему его проекты стали объектом для "троллинга" и как он сам относится к тому, что многие перестали воспринимать его всерьез.

 - Мэлс Хамзаевич, вас называют главным экологом Казахстана. Согласны ли вы с этим?
 
- Это журналисты придумали мне звание главного эколога страны. Может, это и на самом деле так. Экология -  комплексная наука, нужно знать физику, химию, биологию, зоологию, медицину. Многие думают, вот окончили факультет - и стали экологами, а приходят абсолютно безграмотными. А я все это хорошо знаю и понимаю. Так что это звание для меня почетно.
 
- Несмотря на это, многие критикуют ваши идеи, и, что называется, "троллят" вас.
 
- Журналисты - вольные люди, они представители четвертой власти. Я это признаю и всегда относился к ним с уважением. Но то, что некоторые представители СМИ умышленно стараются найти в моих идеях какой-то изъян и еще сами что-то выдумывают - это очень непорядочно. Но я не обращаю на такие вещи внимания, просто есть такая категория людей - они злятся на все подряд. Конечно, это дискредитирует мою деятельность. Все мои идеи живые, они затрагивают интересы государства и народа. Я, можно сказать, за Министерство экологии работал.
 
- Может, журналисты и читатели просто не понимают сути ваших проектов? Не у всех есть профильное образование.
 
- Это само собой. В советское время журналисты были высокообразованными людьми. А сейчас - услышал - "чик-чик" - и в эфир, чем быстрее, тем лучше. Много неточностей выдают.
 
- Вспомним о  ваших двух самых обсуждаемых идеях - покраска гор в белый цвет и канатная дорога из Алматы до Иссык-Куля.
 
- Действительно, это было сложно правильно преподнести. Моя идея была не в том, чтобы все горы красить - это шизофрения, а я до нее еще не дошел. Я имел в виду только открытые скалы на ледниках - они греются, эта "печка" плавит ледники. Ведь у нас с этим катастрофа, если посмотреть на карту - Казахстан весь желтый, как Сахара. И у нас еще хуже ситуация - если в мире температура поднялась на полградуса, то у нас - на 0,75 градуса. Сами видите - конец января, а снега нет, оттепель. 40 процентов ледников мы уже потеряли, а оставшиеся еще быстрее растают, потому что нет объема льда. И поэтому я предлагал открытые части скал побелить известью - природным материалом. Белый цвет отражает 80 процентов солнечной энергии.
 
 
А канатная дорога - это уникальный проект. Горнолыжный спорт - дорогое удовольствие, на том же "Шымбулаке" цены кошмарные. Люди едут на "Каракол", в Кыргызстан. Наш проект был хорош тем, что он круглогодичный. Сейчас популярность приобретает экотуризм по диким местам. У нас как раз есть уникальные, нехоженые места, кроме того, это лыжные курорты уровня Куршавеля. Можно поехать на Иссык-Куль, покататься на парусниках. Стоимость проекта - миллиард долларов, но окупаемость - всего пять лет!
 
- Подсчитывали, какова должна быть протяженность канатной дороги?
 
- 60 километров. По времени это 2,5-3 часа, вполне реальные цифры. Сейчас делают очень хорошие гондолы, это будет комфортная поездка и даже лучше, чем в автобусе. 800 тысяч алматинцев едут на Иссык-Куль каждый год. В автобусе нужно ехать 10 часов, летом - в самую жару, в июле, во время купального сезона. А тут - красота, будут пункты пересадки, люди смогут выйти, пофотографироваться, чаю попить, отдохнуть.
 
- Сами-то вы как отдыхаете в свободное время?
 
- Да нет у меня свободного времени. В субботу и воскресенье меня постоянно куда-то зовут, то, что я не успеваю в будни, делаю на выходных - выезжаю на объекты, осматриваю их. Экспедиции организовываю, регаты провожу. В последний раз я был в отпуске в 1980 году, ездил на Олимпиаду в Москву. Хотя я могу вообще не работать, меня никто не заставляет.
 
 
- Как вы вообще стали экологом, почему выбрали именно эту сферу?
 
- Это долгая песня, я где только ни работал. Служил в армии, был там шифровальщиком. После службы не знал, куда пойти работать, на то время должность шифровальщика была только в ЦК, Совмине и в Верховном Совете. Это ведь было не военное время - 1-2 телеграммки секретные приходят. Еще я мог стать диктором на телевидении, меня даже поставили стажироваться, но с казахским были проблемы - читал плохо. А тут ребята предложили - хватит сидеть, давай Советский Союз облетим, бортпроводником пригласили на гражданский самолет. Полетал, потом стал секретарем комитета комсомола, а затем возглавил оперативный комсомольский отряд. Нам дали автобус, мы ездили по танцевальным площадкам, где происходили драки, поножовщина, наводили порядок. Создал две секции каратэ. После этого я закончил юрфак, и мне предложили стать заместителем генерального директора объединения "Ергер", потом поработал в военном совхозе "Алма-Атинский". Затем стал заместителем директора института "Казгипроводхоз".
 
И тут прорвался накопитель сточных вод "Жаманкул", тогда погибли 13 человек. Появилась угроза прорыва "Сорбулака". И вот я изучил это дело, выразил свое несогласие по поводу действия властей, меня начали притеснять. 3 апреля 1989 года я был у Колбина, первого секретаря ЦК, а 13 апреля меня уволили с работы и исключили из партии. Это, конечно, для меня было большой трагедией. Я восстановился, но меня снова уволили и исключили. А после этого Союз развалился - партии нет, на работу в институт я уже не пошел, занялся общественной деятельностью. Я-то думал, что мои идеи быстро реализуются, а по ним, видите, до сих пор ничего не делается.
 
- Появилось ли с тех пор убеждение, что профессия эколога - малоперспективная и, прямо скажем, безденежная?
 
- Так и есть, сегодня экологию стараются "отодвинуть". Та же "зеленая" экономика - экология должна стоять во главе индустриализации.
 
- Но экологам ведь тоже нужно на что-то жить?
 
- Я-то думал, что я быстро реализую свои проекты. Многим людям я помогал звонками, советами, письмами. Они это забывают, но это меня сильно не обижает, так устроен мир. Какие-то проекты все равно выполнялись, гранты я не получал, спонсоры помогали, но это смешные деньги. Было время, когда я таксовал. Днем занимался общественной деятельностью, ночами на своей машине зарабатывал на жизнь. Ну и родственники помогали. За эти годы я ничего для себя не сделал, было простое желание реализовать свои идеи, они до сих пор живые, их можно внедрять. У меня из движимого имущества только BMW, 1990 года, и старая "ГАЗель", которую я использовал на регатах.
 
- А как семья относится к финансовым трудностям?
 
- У меня четверо детей. Все крутятся около меня. Сейчас я их поставил в трудное положение - нет денег, с мая они у меня зарплату не получали. Сын у меня юрист, старшая дочь закончила строительную академию, но при этом занималась промышленной экологией. Мои дети все понимают. В то же время я мало что хорошего для них сделал. Они сами учились, сами работали, но всегда хотели меня поддержать.
 
- Чем вы планируете заниматься на заслуженном отдыхе?
 
- Я уже фактически пенсионер, мне будет 64 в года в марте. Какой отдых? Буду умирать, как говорится, "в строю". Пусть сейчас меня пытаются "сломать", но это невозможно.
 
Беседовал Дмитрий Хегай

Нравится
Поделиться
Хотите больше статей? Смотреть все
Показать комментарии (35)
Читают
Обсуждают
Сегодня
Неделя
Месяц