Tengri FM Жұлдыз FM МИКС Победители Законы Казахстана Мultispace Самрук-Казына 25 лет Независимости
KZ RU EN
Написать нам +7 (727) 3888 138 +7 (717) 254 2710
искать через Tengrinews.kz
искать через Google
искать через Yandex
USD / KZT - 334.31
EUR / KZT - 355.17
CNY / KZT - 48.44
RUB / KZT - 5.31
X
98 0 0 0 0

Тенговая гарантия

20 января 2015, 20:06
96

Сегодня главным вопросом для всей страны является вероятность проведения девальвации. И по мере приближения февраля ее ожидания лишь усиливаются, несмотря на все попытки государства убедить в обратном. Так, ранее глава Нацбанка заявлял, что "…проведенная корректировка курса тенге в феврале этого года предусматривала в среднесрочной перспективе… все возможные риски", включая дальнейшее обесценивание российского рубля и снижение цен на нефть. 24 декабря 2014 года правительство и Национальный банк выступили с совместным заявлением об основных направлениях экономической политики на 2015 год, согласно которому "не будут допускаться резкие колебания обменного курса тенге". 15 января 2015 года прошло совещание в Акорде, по итогам которого глава Нацбанка заявил: "В 2014 году был создан значительный запас прочности казахстанской экономики. Золотовалютные резервы страны достигли 102 миллиардов долларов… Вкупе с реализацией программы "Нурлы жол" это позволяет уверенно сформировать экономическую политику на 2015 год. Национальный банк намерен не допустить резких колебаний обменного курса в текущем году".

Однако рынок примет все данные заявления, если будет предложен убедительный комплекс мер, который задаст нужные экономические стимулы бизнесу и населению и тем самым не допустит резких колебаний. При этом надо понимать, что специфика текущего момента требует не только снять девальвационные ожидания для 2015 года, а вообще прояснить перспективу валютной политики на ближайшие 5-6 лет. И в этой статье мы попробуем представить свое видение комплекса мер.

Варианты решений
Сейчас есть большое количество мнений касательно того, как должно поступить государство в текущей ситуации. В целом, их можно сгруппировать в четыре возможных решения.

Первый вариант предполагает держать курс на текущем уровне - однако данный сценарий фактически уже не работает, так как Национальный банк постепенно начал ослаблять тенге, понимая, что удержание курса в нынешних условиях укрепит рынок во мнении, что через некоторое время резкая девальвация все равно случится, и чем дольше продлится удержание, тем выше вероятность именно резкого способа.

Второй вариант предполагает противоположный сценарий - девальвация тенге до уровня, когда за 1 рубль будут снова давать 5 тенге, или на 80 процентов. Предлагаются различные способы - сделать одномоментно или, хуже того, отпустив тенге в свободное плавание. Существенным минусом данного варианта является то, что до сих пор не сложилась закономерность, которая позволит определить дальнейшее движение курса рубля к доллару. Если вдруг цена нефти вырастет и рубль укрепится, то решение о 80-процентной будет выглядеть как минимум неадекватным. Если же рубль продолжит обесцениваться дальше, то придется тенге стать такой же нестабильной валютой, как и рубль, одновременно поставив на грань банкротства большое количество предприятий реального сектора, объем валютных кредитов которого составляет 16,9 миллиарда долларов.

Одновременно будет наблюдаться небывалый рост цен в силу того, что импорт обеспечивает 70 процентов всего объема спроса на потребительские товары. И если в случае России падение рубля подается населению как "наказание от Запада за позицию по Крыму", то в нашем случае нет возможности сослаться на внешние факторы, особенно после нескольких месяцев стабильности по тенге. Но самое главное - ссылка на паритет тенге к рублю фактически предполагает замену доллара на рубль в качестве валюты привязки. Учитывая вышеуказанное, данный сценарий является радикальным и предполагает потери для всех - населения, бизнеса и государства.

Сторонники третьего варианта говорят, что необходимо провести 20-процентную резкую девальвацию, однако и здесь есть свои слабые места. Во-первых, если сделать 20-процентную девальвацию, то тогда все будут ждать девальвацию в феврале 2016 года - фактически сформируется закономерность, и дальше она будет определять курс тенге, а не экономические факторы. Исходя из этого, нужно решение, которое внесет ясность по курсу тенге не только в 2015 году, но и на следующие годы, в принципе сняв вопрос о постоянном ожидании резкой девальвации. Во-вторых, 20-процентная девальвация никак не компенсирует 80-процентную девальвацию рубля, но зато обеспечит 20-процентный рост цен на импортируемые потребительские товары и ухудшит положение реального сектора, валютные займы которого составляют 16,9 миллиарда долларов.

Минус всех указанных трех вариантов заключается еще и в том, что они опираются на простые решения - "держать курс" или "сделать резкую девальвацию", при этом не предполагается никаких сопровождающих мер. Более того, не учитывается то, что резкие девальвации могут поставить крест на программе дедолларизации. Иначе говоря, время простых решений прошло - теперь нужно комплексное решение, которое с учетом вышеуказанных доводов позволит избежать резкой девальвации, внесет ясность в валютную политику на ближайшие несколько лет с учетом всех внешних факторов (чтобы бизнес мог планировать инвестиционные проекты, а банки рассматривать их заявки), проведет дедолларизацию и, наконец, восстановит доверие к тенге. Это и есть четвертый вариант.

Четвертый вариант
Когда снижается цена на нефть, то падают экспортные доходы страны и обычно соразмерно сокращается импорт - иначе говоря, поступающих экспортных доходов достаточно, чтобы оплачивать валютные расходы страны. Проблему создает "лишний" спрос на валюту, который вызван различными причинами. Это валютные депозиторы, которые не доверяют тенге. Это бизнес и население, которое "убегает" в доллары на слухах о девальвации. Это валютные заемщики, которые покупают валюту для ежемесячной оплаты. Это крупный бизнес, который стремится вывозить капитал из страны. Если создать условия, которые "обнулят" лишний спрос, тогда резервы страны вырастут, платежный баланс улучшится, а курс тенге перестанет нести социальную нагрузку и будет определяться чисто экономическими факторами.

Существуют различные способы поднять доверие к тенге, но самая лучшая мера - это введение Национальным банком на 2015-2020 годы гарантии на курсовую разницу по тенговым депозитам сроком более одного года, если в течение года тенге ослабится более чем на 6 процентов (Мера 1), что соответствует нижнему коридору официальной инфляции. Это "обнулит" любые мотивы для депозиторов "переворачиваться" в доллары на ожиданиях девальвации. На текущий момент объем срочных депозитов составляет около 7 триллионов тенге, из которых 60 процентов размещены в валюте по состоянию на 30 ноября 2014 года. Пока отсутствует статистика за декабрь, но если динамика роста сохранилась, то, возможно, что данный показатель в декабре вырос до 75 процентов, а на текущий момент достиг 95 процентов.

Чтобы простимулировать депозиторов, необходимо дополнительно:
- снизить максимальные рекомендуемые АО "КФГД" ставки по долларовым депозитам согласно графику, указанному в Таблице 1 (Мера 2);
- гарантия Национального банка по тенговым депозитам на курсовую разницу действует, только если соблюдаются максимальные рекомендуемые ставки (Мера 3);
- гарантия Национального банка по тенговым депозитам на курсовую разницу касается только новых депозитов, открытых более чем на один год, либо действующие депозиты, но продленные после объявления гарантии еще на один год (Мера 4).
Даты в таблице указаны для примера, а в реальности Национальный банк может действовать исходя из обстоятельств. Также мы считаем, что ставки по тенговым депозитам банки снизят самостоятельно в связи с их притоком, но если этого не будет, тогда необходимо снизить максимально рекомендуемые ставки согласно графику. В целом, Национальному банку необходимо формировать такой разрыв около 8 процентов по ставкам в течение среднесрочного периода, чтобы сформировать устойчивое доверие к тенге и перейти к более гибкой политике валютного курса.

Таблица 1. График поэтапного изменения максимально рекомендуемых ставок

Данная мера создает экономический стимул для всех депозиторов перейти обратно в тенге, что, естественно, снизит спрос на валюту и даже, наоборот, увеличит предложение. Национальный банк сможет увеличить резервы в 1,5-2,5 раза в зависимости от темпов сокращения валютных депозитов, а для банков появляются условия для восстановления прежних темпов кредитования в тенге, при этом будет возможность снизить ставки по кредитам.

В ответ на потенциальный вопрос, что вышеуказанная гарантия предполагает сеньоражные расходы, способные дать инфляционный эффект, мы хотим отметить, что на самом деле предоставление гарантии позволяет как раз снизить эти "расходы". Здесь надо понимать, что транзакции по выкупу долларов у населения не являются для Нацбанка расходами в прямом смысле, так как они финансируются за счет денежной эмиссии, и введение вышеописанной гарантии способно как раз снизить потенциальные объемы эмиссии, необходимые для выкупа валюты после "обнуления" девальвационных ожиданий. Дело в том, что если в случае отсутствия гарантии вдруг придется девальвировать тенге на 20 процентов со 184 тенге до 220, и это приведет к "обнулению" девальвационных ожиданий (то есть доля валютных депозитов сократится на 50 процентов с 95 процентов до 45), то тогда придется потратить дополнительные 0,7 триллиона тенге. Дело в том, что объем срочных депозитов составляет 7 триллионов тенге, то есть 50 процентов - это 3,5 триллиона тенге, или около 19 миллиардов долларов. По новому курсу эта сумма будет равна 4,2 триллиона тенге. Фактически придется допечатать 0,7 триллиона тенге.

Если же ввести гарантию, то вкладчики, понимая, что они будут защищены от девальвации и в попытке получить более высокие процентные доходы перейдут в тенге, то Нацбанк сможет выкупать доллары по текущему курсу. Даже если выкуп долларов растянется на несколько месяцев, то гарантия даст возможность снизить расходы в 5-6 раз, с 700 миллиардов тенге до 100-150 миллиардов, так как тенге будет медленно обесцениваться, и поэтому небольшие сеньоражные расходы будут, особенно с учетом если долларизация депозитов упадет до 10-20 процентов. Иначе говоря, предоставление гарантии на курсовую разницу является выгодным не только для вкладчиков, но и для государства в части макроэкономических последствий на уровень цен.

Дедолларизация также будет иметь эффект на ликвидность банковского сектора и динамику кредитования. Всякий раз, когда Нацбанк проводит валютные интервенции, выкупая тенге и продавая доллары из резервов для поддержания фиксированного курса, он сокращает денежную базу тенге в обращении. Это достаточно быстро приводит к сокращению тенговой ликвидности в БВУ и очень резкому росту ставок на денежном рынке, замедляя или полностью останавливая кредитование реального сектора в тенге даже на средние сроки. Именно эта ситуация наблюдается в банковском секторе в данный момент. В случае успешной реакции рынка на меры по дедолларизации и возвращению естественного спроса на тенге, Нацбанк сможет выкупить излишние доллары с рынка, наполняя свои резервы и способствуя росту показателей платежеспособности и рейтингов государства. Проданные тенге смогут снова активно использоваться в расчетах и кредитовании, что увеличит денежную массу, обеспечивая ей все участки, где она нужна.

А если доля валютных депозитов сократится до 10-20 процентов, то лучшего сценария нельзя представить. Если Нацбанк будет последовательно придерживаться политики по удержанию курса тенге в пределах заданного коридора (смотрите ниже), то введение вышеуказанной гарантии способно достаточно быстро снизить степень долларизации депозитов до уровня в 45 процентов, который превалировал перед последним всплеском недоверия к тенге во второй половине 2014 года. Эффективность данной гарантии в "обнулении" дополнительного спроса на валюту предполагает, что разница в доходности тенгового депозита будет равна, по меньшей мере, 8 процентам. Она также будет зависеть от уверенности рынка и населения в том, что Нацбанк обладает достаточным арсеналом инструментов для эффективного управления динамикой валютного курса в заданных пределах. В случае, если такая уверенность будет нести хотя бы среднесрочный характер (1-3 года) и Нацбанк будет регулярно оправдывать эту уверенность через сохранение своих обещаний и прозрачную коммуникацию с рынком, то уровень долларизации может в среднесрочном периоде упасть до 10-20 процентов.
Если не ввести гарантию, то может все случиться иначе. Если после 20-процентной девальвации дедолларизация не сократится и все начнут ждать девальвацию в феврале 2016 года, то тогда это будет означать провал девальвации как метода борьбы с девальвационными ожиданиями. С учетом всех этих факторов Национальный банк просто обязан представить гарантию по курсовой разнице на тенговые депозиты, и только это позволит обеспечить быструю дедолларизацию.

Как только доля тенговых депозитов превысит 70 процентов, необходимо внедрить меры, которые будут стимулировать удлинение сроков депозитов с 1 года до 2 лет:
- увеличить сумму гарантии от АО "КФГД" по тенговым депозитам сроком более 2 лет с 10 миллионов тенге до 50 миллионов тенге (Мера 5);
- сохранить 100-процентную гарантию по курсовой разнице по тенговым депозитам, только если депозит размещен более чем на 2 года, а для депозитов сроком в пределах 13-24 месяцев гарантию снизить до 50 процентов (Мера 6).
Эта мера позволит улучшить финансовую устойчивость банков, а также более уверенно кредитовать среднесрочные инвестиционные проекты.

Плавающий ежемесячный коридор
В связи с тем, что гарантия по курсовой разнице включается только, если тенге ослабится более чем на 6 процентов от значения на начало года (для 2015 года - с 1 февраля), то Национальный банк получает возможность ежегодного ослабления тенге до 6 процентов согласно графику, указанному в Таблице 2. Прогноз курса тенге к доллару США в случае ежегодного ослабления на 6 процентов.

6-процентное ослабление курса тенге можно растянуть на год. Например, в 2015 году 11 тенге можно растянуть на 11 месяцев с февраля по декабрь. Естественно, для того, чтобы не реализовался "российский сценарий", необходимо ввести ориентир в виде ежемесячного плавающего коридора "+1/-3" по отношению к курсу на начало месяца - тенге может за месяц ослабиться максимум на 1 тенге, а может и укрепиться, но не более чем на 3 тенге (Мера 7). Такой коридор позволяет не только ослаблять, когда надо, но и укреплять, когда есть возможность или экономическая целесообразность. Кроме того, фактически курс может колебаться в заданных коридорах, чтобы не быть целью для спекулятивных атак, которые обычно "целятся" в фиксированный курс. Атаки возможны и на коридор, но их легче выдержать, чем просто фиксированный курс. В целом же, население и бизнес готово принять постепенное ослабление тенге, воспринимая это как щадящее решение, особенно если реализовать меры по заемщикам.

Валютные заемщики
В цикле роста с 2000 по 2007 год банковский сектор активно привлекал внешние займы, и чтобы минимизировать валютные риски, естественно, стремился выдавать в валюте также и внутри страны. Это привело к тому, что перед девальвацией в феврале 2009 года объем валютных кредитов достиг 52,2 процента, при этом была сильно распространена практика привязки тенговых кредитов к курсу доллара США, из-за чего фактически долларизация кредитов достигала 90-95 процентов. Собственно, именно это и стало основной причиной долларизации как расчетов - постепенно все привыкли считать все в "долларах". В феврале 2011 года был принят закон, согласно которому привязка к курсу доллара США по вновь выдаваемым кредитам запрещалась. На 1 декабря 2014 года доля валютных кредитов сократилась до 28,9 процента, но с учетом "старых" кредитов, скорее всего, доля достигает 35-40 процентов.

Если для юридических лиц необходимы условия, чтобы банки самостоятельно проводили рефинансирование валютных займов, то по физическим лицам необходимы действия от государства. Национальный банк (не прибегая к помощи бюджета) может предоставить банкам средства для рефинансирования всех валютных кредитов населения, а именно ипотечные кредиты в объеме 150 миллиардов тенге (Мера 8) и потребительские кредиты в объеме 290 миллиардов тенге (Мера 9).

Схема может быть следующей:
- каждый коммерческий банк предоставляет сведения об объеме валютных кредитов населению;
- Национальный банк выкупает все эти кредиты, предоставляя каждому банку тенговую ликвидность на возвратной основе в пределах заявленной суммы, а коммерческий банк в одностороннем порядке переводит все валютные займы населения в тенге по текущему курсу;
- по ипотечным кредитам ставка снижается до 6 процентов, что позволит компенсировать потери заемщиков от двух девальваций (в феврале 2009 года и феврале 2010 года), а по потребительским ставки можно не менять, так как они краткосрочны;
- коммерческие банки отвечают за возвратность кредитов и все поступающие средства направляют на выплату обязательств перед Национальным банком.

Все это можно реализовать в течение трех месяцев. Данная мера не только "обнулит" спрос на валюту со стороны населения, вызванный необходимостью платить по валютным кредитам, но также и снимет "социальную" нагрузку с курса тенге. А чтобы предотвратить появление новых валютных кредитов, необходимо ввести норму, что разрешается выдача кредитов в иностранной валюте только тем юридическим и физическим лицам, у которых был доход в иностранной валюте в каждом из последних 24 месяцев перед получением займа, при этом сумма кредита не должна превышать 50 процентов от стоимости залога (Мера 10). Данная мера позволит достаточно быстро соотнести валютную позицию банков с потребностями реального сектора.

Банки и обменные пункты
По мере увеличения доля тенговых депозитов валютные риски банков начнут сокращаться, а перевод валютных кредитов населения в тенге повысит вероятность их возврата. Тем не менее, необходимо представить дополнительные стимулы, обеспечивающие заинтересованность банков в наращивании тенговой позиции. И эти инструменты достаточно простые. Во-первых, необходимо повысить нормативы минимальных резервных требований по обязательствам в иностранной валюте до 10 процентов - сейчас 6 процентов на обязательства сроком до 3 месяцев и 2,5 процента на обязательства сроком более 3 месяцев (Мера 11). Во-вторых, надо ввести начисление вознаграждения в размере 3 процентов в год на денежные средства, перечисляемые банками второго уровня в рамках минимальных резервных требований по обязательствам в тенге (Мера 12). Это будет иметь на депозитную политику банков, стимулируя валютных вкладчиков "переворачиваться" в тенге.

Также необходимо отслеживать исполнение банками нормы о том, что средства ЕНПФ, размещаемые Нацбанком в виде депозитов, не должны направляться на валютный рынок (что вычисляется очень легко) и при нарушении нормы необходимо использовать меры ограниченного воздействия. Необходимо понимать, что предоставляемая тенговая ликвидность должна использоваться для кредитования экономики, а не для спекулятивных игр.

Одновременно следует перевести банковские и небанковские обменные пункты на новую формулу определения маржи при осуществлении валютообменных операций - режим "курс покупки и курс продажи" должен быть заменен на режим "курс KASE плюс комиссия" (Мера 13) согласно следующей схеме:
- на утренней или дневной сессии KASE устанавливается средневзвешенный курс;
- банки и небанковские обменные пункты должны установить курс, определившийся на ближайшей по времени сессии KASE;
- валюта продается/покупается по установленному на KASE курсу, при этом клиент платит комиссию;
- банки и небанковские обменные пункты могут установить комиссию в пределах 0,5-1 процента.

Надо отметить, что такова практика валютообменных операций во всех развитых странах, и если это ввести у нас, то население будет видеть во всех обменниках один и тот же курс, но разные комиссии, при этом спрэд по валюту фактически увеличивается с 2 тенге до коридора в 2-4 тенге. Наряду с этим имеет смысл обязать банки открыть круглосуточные обменные пункты не менее одного в каждом городе, где есть филиал (Мера 14), что позволит на корню отсечь любые слухи о нехватке валюты, которые зачастую создаются некоторыми обменниками после завершения рабочего дня в банках.

Госкомпании и экспортеры
Отдельный вопрос стоит по госсектору, который формировал до 50-70 процентов "лишнего" спроса на валюту в период с октября по декабрь 2014 года, но теперь оказался между двумя обстоятельствами. С одной стороны, у них есть валютные обязательства, и в случае девальвации у них будут потери. С другой стороны, если государство хочет восстановить доверие к тенге, то в первую очередь госкомпании должны продемонстрировать данную готовность, а именно продать валюту и перейти в тенге, тем более, что правительство, акционер госкомпаний, заявило, что предпримет все необходимые меры для недопущения резких колебаний в 2015 году.

В связи с этим государство должно перевести все валютные обязательства госкомпаний в тенге за счет средств Нацфонда. Дело в том, что госкомпания обычно берет внешний займ под государственную гарантию, а если таковой гарантии не было, то в случае проблем у госкомпании, все равно придется отвечать по ее обязательствам, иначе снизятся рейтинги, повысятся ставки для других госкомпаний и так далее.

Реструктуризация обязательств госкомпаний (Мера 15) может быть реализована по следующей схеме:
- между Министерством финансов и каждой национальной компанией подписывается договор, согласно которому все ее внешние обязательства, включая обязательства дочерних структур, продаются Национальному фонду;
- при этом платежи по внешним обязательствам национальная компания проводит со своего счета (в нужное время сумма в иностранной валюте, равная очередному траншу по внешнему займу, переводится из Национального фонда на счет национальной компании со строгим целевым назначением);
- с момента подписания договора у национальной компании появляется обязательство в национальной валюте перед Нацфондом по ставке, равной "ставке по внешнему займу плюс 3 процента", что обеспечит рост доходности Нацфонда с нынешних 1 процента до 7-9 процентов;
- на все поступающие от национальных компаний в Национальный фонд суммы в тенге покупается валюта у Министерства финансов, которая появляется в результате Меры 17.

Также имеет смысл временно ограничить получение новых внешних займов госкомпаниями (Мера 15) до реализации полного эффекта мер по дедолларизации экономики, а также снизить риски привлечения новых займов по высоким ставкам из-за разворачивающегося кризиса в мировой экономике. Скорее всего, госкомпании снова смогут привлекать займы через три года.

Естественно, в ответ на данную меру госкомпании должны продать Национальному банку всю "лишнюю" валюту, которая имеется у них на счетах, так как теперь больше нет никакого оправдания для аккумулирования средств в валюте - должна быть разрешена покупка валюты лишь в объеме предстоящих платежей по импортным контрактам на ближайшие три месяца (Мера 16).

В связи с тем, что валютные риски переходят на Нацфонд, необходимо поставить компенсирующую меру, которая позволит его резервам не уменьшаться в случае падения цен на нефть до низких уровней. Во-первых, необходимо всем компаниям, имеющим доходы в иностранной валюте, разрешить уплату налогов в иностранной валюте (Мера 17), избегая необходимости конвертации в тенге полученной выручки. Это позволит не только пополнять Нацфонд, но также снизит волатильность колебаний курса тенге из-за резкого увеличения валюты во время продаж экспортной выручки и последующего снижения предложения.

В случае, если недостаточно данной меры, возможно внедрение дополнительной, а именно введение обязательной продажи в пределах 20-50 процентов экспортной выручки, но не более суммы, которая нужна компании для обслуживания своих валютных обязательств - норма должна сохраняться, пока цена на нефть будет ниже 60 долларов за баррель. Все это позволит сохранять валютные потоки внутри страны без ущерба валютным расходам, которые должны нести сырьевые компании для поддержания своих валютных обязательств по внешним займам и ремонту оборудования.

Приток вместо оттока
Завершающей мерой должно быть изменение программы амнистии капиталов с целью повысить ее эффективность, иначе есть риск, что программа провалится, а все выведенные капиталы так и останутся за рубежом (Мера 18). Дело в том, что нынешняя программа исключает легализацию капиталов, полученных в ходе коррупционных преступлений, но вероятнее всего, что большая часть выведенных капиталов сформирована именно за счет коррупции. Можно, конечно, потратить длительное время на возврат данных средств в рамках стандартных судебных процедур, но можно создать условия для их добровольного возврата и дальнейшего инвестирования внутри страны. Поэтому необходимо включить в программу амнистию капиталов, образованных за счет коррупционных преступлений, но при этом необходимо создать спецподразделение в рамках Комитета государственных доходов, которое будет искать активы казахстанцев за рубежом, и в случае, если средства будут не задекларированы, то предполагается 100-процентный налог на незадекларированное зарубежное имущество (Мера 19).

Также необходимо развивать проект РФЦА, но не в старом формате, а выделив для этого отдельную административно-территориальную единицу, где должны действовать два правовых режима: по нефинансовым операциям - казахстанское право, а по финансовым операциям - британское право. Это позволит вернуть отечественный капитал, который уже "очищен" от связей с незаконным прошлым, но боится произвольного применения казахстанского законодательства, а также привлечь зарубежные капиталы, которым нужна юрисдикция с нулевой вероятностью "кипрского" сценария.

Вместо послесловия
Особенностью данного комплекса мер является то, что он должен быть реализован либо полностью, либо никак, ибо частичная реализация не позволит добиться нужного эффекта, и более того, дискредитирует сами меры. В случае же полной реализации можно ожидать, что рынок получит предсказуемость валютной политики и постепенно начнет доверять, что позволит снизить вероятность регулярных слухов и ежегодного ожидания девальвации "в феврале". При этом можно будет избежать фиксации курса тенге и постепенно его ослаблять на 6 процентов, не вызывая давления на цены и восстанавливая конкурентоспособность отечественных производителей. Это не будет сопровождаться бегством депозиторов в доллары, наоборот, тенговая позиция будет выгодна как в долгосрочном плане из-за более высоких ставок и гарантии, так и в краткосрочном плане, так как прибыль от разового "переворачивания" при ежемесячном ослаблении на 1 тенге будет "съедена" комиссией обменного пункта.

Естественно, снятие напряженности в финансовом секторе позволит банкам восстановить прежние темпы кредитования, а реальному сектору продолжить сделки, не придерживая валюту ради получения курсовой разницы. По нашим ожиданиям в течение полутора лет долларизация депозитов сократится до 10 процентов, а долларизация кредитов сократится до 15 процентов и при этом будет сконцентрирована исключительно в секторе юридических лиц. Возможно, что население и бизнес будут присматриваться к мерам в первые 2-3 месяца, а потом пойдет уверенно сдавать валюту, особенно когда будет завершен перевод кредитов физических лиц к тенге и пройдет реструктуризация обязательств госкомпаний.

Что касается внешних факторов, то в 2015 году возможно давление со стороны российского импорта до тех пор, пока инфляция не "догонит" размер девальвации рубля. Либо при продолжении девальвации рубля до 100 рублей за 1 доллар и выше - но тогда Казахстан будет вынужден восстановить пункты таможенного контроля и ввести режим квот и антидевальвационные пошлины на российские товары, аналоги которых производятся в Казахстане.

В целом, меры позволят обнулить "лишний" спрос на валюту, оптимизировать все валютные потоки и соразмерно этому увеличить резервы Национального банка в 1,5-2,5 раза, при этом сохранив активы Национального фонда. В случае грамотной реализации будут созданы возможности для следующих мер, которые позволят обеспечить наполняемость бюджета за счет активизации внутренних источников экономического роста. Но об этом в следующих статьях.

 

Олжас Худайбергенов, Ануар Ушбаев


Нравится
Показать комментарии (96)
Читают
Обсуждают
Сегодня
Неделя
Месяц