Қазақша
Русский
English
В официальной хронике большие саммиты выглядят предсказуемо: рукопожатия, заявления лидеров, подписанные документы и общая фотография. Но за этой картинкой всегда есть другая жизнь - утренняя суета во дворце, охота журналистов за министрами, последние проверки протокола, короткие разговоры в кулуарах и папки, которые появляются на столах в самый нужный момент. Корреспондент Tengrinews.kz провела день на заседании ВЕЭС в Астане и увидела, как выглядит большая политика между официальными кадрами.
Утро во Дворце Независимости началось без президентов. Пока в официальной программе ещё не было ни рукопожатий, ни выступлений, саммит уже собирался по частям: журналисты занимали места в коридорах, протокол проверял детали, делегации сверяли документы, охрана следила за перемещениями.
Заранее на площадке собрались и "личники" - личные фотографы, операторы и мобилографы глав государств. Их задача - заранее понять, где будет рукопожатие, откуда брать общий план и кто останется на family photo.
Потом в кулуарах стало теснее. Министры ещё только проходили через зал, а вокруг них уже возникали первые журналистские кольца - микрофоны, диктофоны, смартфоны и вопросы на ходу.
Одним из первых в таком кольце оказался заместитель премьер-министра - министр национальной экономики Серик Жумангарин. Его спрашивали о товарообороте, инвестициях и сотрудничестве внутри ЕАЭС.
За несколько минут в коридоре прозвучали первые цифры дня: товарооборот Казахстана со странами союза, по словам Жумангарина, вырос с 15 до 30 миллиардов долларов, общий объём торговли стран ЕАЭС - с 60 до 113 миллиардов.
Потом круг распался - до следующего министра.
Следующая остановка была уже не про торговлю, а про энергетику. В нескольких метрах журналисты окружили министра Ерлана Аккенженова и попытались спросить о новых ТЭЦ.
Саммит в этот момент менял масштаб: только что - миллиарды, рынки и интеграция, а через пару шагов уже уголь, станции и три конкретных города - Семей, Кокшетау и Усть-Каменогорск.
После утреннего сумбура дворец начал собираться в более строгую картинку. В коридорах стало меньше случайного движения, у залов - больше людей с папками, списками и наушниками.
Саммит переходил из режима "поймать министра" в режим "ничего не должно пойти не так". Впереди были президенты, камеры и общая фотография - тот самый официальный кадр, ради которого с утра репетировали "личники".
После церемониальных кадров лидеры перешли к разговору в узком составе.
Здесь саммит почти сразу закрылся от внешнего взгляда. Камеры успели зафиксировать рассадку, флаги и первые минуты встречи - дальше большая часть разговора осталась за дверями.
Пока лидеры беседовали, соседний зал готовили к расширенному заседанию.
Лидеров здесь ещё не было, но их места уже были собраны до мелочей: микрофоны, вода, перевод, документы. Через несколько минут сотрудники протокола разнесут папки по столам — каждая ляжет строго перед своей табличкой.
У стола с флагом Узбекистана двое сотрудников склонились над документами. Один показывал пальцем на страницу, второй сверял содержимое папки.
У места президента Кыргызстана Садыра Жапарова тоже шла последняя подготовка. Сотрудник делегации протирал его очки — через несколько минут президент наденет их перед началом заседания.
Потом зал перестал быть просто схемой рассадки. До официальных выступлений оставались минуты — и это было время коротких разговоров без микрофонов.
В одном из таких разговоров сошлись пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков и пресс-секретарь президента Узбекистана Шерзод Асадов. Несколько реплик, улыбки, к ним присоединяются другие участники.
В зал зашёл министр иностранных дел Казахстана Ермек Кошербаев. Журналисты сразу спросили, что обсуждали лидеры в узком составе.
— Я сам там не был. Не могу комментировать то, чего не знаю. Сейчас вместе узнаем, что обсуждалось. Давайте подождём.
В кадре снова появлялись главные предметы этого дня — папки, портфели, документы.
А потом зал изменился за несколько секунд. Разговоры стихли, участники делегаций заняли места, камеры повернулись к входу. В расширенном составе саммит наконец перешёл в ту часть, ради которой всё утро собиралась эта сложная конструкция.
Заседание открыл Президент Касым-Жомарт Токаев. Астана в этот день была не просто площадкой: Казахстан председательствовал в Высшем Евразийском экономическом совете и задавал повестку разговора.
Главный смысл его выступления сводился к тому, что ЕАЭС нужно не просто сохранять интеграцию, а быстрее адаптировать её к новой технологической реальности. Казахстан в этой логике выступал не наблюдателем, а страной, которая предлагает конкретные решения.
Следом выступил Александр Лукашенко. Президент Беларуси тоже говорил о практической стороне интеграции.
— Не сделаем — превратимся в прозаседавшихся, как Маяковский говорил, и будем заниматься обычной говорильней.
Пока Лукашенко предупреждал о "говорильне", вдоль стола почти бесшумно двигались сотрудники протокола с серебристыми чайниками. Одни призывали Союз к эффективности, другие следили, чтобы в чашках не заканчивался чай.
Владимир Путин редко поднимал глаза, делал пометки, перелистывал страницы и снова возвращался к тексту перед собой.
Когда президент России взял слово, говорил в основном о достигнутом: общих рынках, росте экономических показателей, расчетах в национальных валютах и совместных промышленных проектах.
Во время выступления Садыра Жапарова в зале вдруг началось новое движение.
Несколько человек из делегаций почти незаметно вышли и через пару минут вернулись с одинаковыми красными папками. Первая такая папка оказалась у Касым-Жомарта Токаева: Серик Жумангарин подошёл к Главе государства и передал документы.
Потом красные папки начали появляться у других участников заседания — у Александра Лукашенко, армянской стороны, Владимира Путина, Шавката Мирзиёева и Бакытжана Сагинтаева.
Заседание не останавливалось. Один лидер продолжал выступать, помощники тихо подходили к столам, что-то коротко объясняли и возвращались на свои места.
Что было в красных папках, журналистам не сообщили. Но на несколько минут именно они стали главным движением в зале.
Главным итогом таких встреч всё равно остаются решения лидеров, документы и договоренности. Но за каждым официальным кадром стоит ещё один слой — люди, маршруты, жесты, папки, короткие разговоры и работа протокола, без которых большая политика не собирается в единую картину.
+7 (777) 001 44 99
