Голливуд на границе с Китаем. О кино, которое переехало в Алматы в годы ВОВ

Одним из важных следствий Великой Отечественной войны была эвакуация в Алматы (тогда — Алма-Ату) основных киностудий страны — "Мосфильма" и "Ленфильма" — и создание на их базе Центральной объединённой киностудии (ЦОКС), в которую вошла и Алма-Атинская киностудия художественных фильмов.

В город переехали ведущие актёры и режиссёры СССР, технические специалисты и многие другие. Тут были сняты выдающиеся фильмы — "Иван Грозный", "Александр Невский", "Парень из нашего города", "Котовский", "Воздушный извозчик" и некоторые другие. В авторской колонке на Tengrinews.kz историк и политолог Султан Акимбеков рассказывает, что этот период дал казахстанскому кинематографу и почему "советский Голливуд" в Алматы, на который рассчитывали местные власти, так и не случился.

Это был очень яркий период в истории Алматы и всей Казахской ССР, но в то же время очень сложный. Город фактически был тыловой базой — прибыло много эвакуированных, большое количество раненых, здесь происходило формирование военных подразделений.

Естественно, что ресурсы местных властей были недостаточными для решения такого количества задач. Городская инфраструктура не была рассчитана на такую нагрузку. В своих воспоминаниях многие эвакуированные отмечали, что перебои с электричеством могли продолжаться до 15 дней. Кроме того, не хватало продовольствия. Так что, это было тяжёлое время. Что объяснимо на фоне всех трудностей войны.

Но с учётом условий, в которых работала ЦОКС, произведено было очень много фильмов. А ведь вопрос заключался не только в обеспечении условий жизни для эвакуированных киношников, но также — в оборудовании, лабораториях. На Алма-Атинской киностудии не было таких возможностей, поэтому всё везли из Москвы.

Однако в военное время при колоссальной нагрузке на транспортную систему кинематографическое оборудование не относилось к приоритетным грузам. Поэтому на местах приходилось проявлять чудеса изобретательности, чтобы в ограниченных условиях всё-таки производить кино.

В этом смысле показательно письмо Михаила Ромма к директору ЦОКС от 18 февраля 1942 года:

"Мы призываем Вас к тому, чтобы Вы на секунду вообразили себя на заре кинематографии, когда нет ни павильонов, ни дуг интенсивного горения, ни мощных электростанций. Ведь находили же тогда способ снимать декорации на солнце, выходили из положения, как могли, а картины всё же делали".

На совещании творческого актива 17 июня 1942 года Ромм говорил, что "Мосфильм" не смог вывезти монтажное оборудование. Многое побилось, что-то отправилось по другим адресам, что-то пропало. Но даже в таких условиях они снимали.

Понятно, что для руководства Казахской ССР приезд в столицу такого количества выдающихся представителей культурной интеллигенции из Москвы и Ленинграда предоставил шанс для развития собственной культурной среды.

Конечно, реализация идеи "Голливуда на границе с Китаем" или "южной базы кинематографии СССР", о чём говорили в те годы, была слишком радикальной задачей. Но было бы неправильно вообще не воспользоваться предоставленной возможностью.

К примеру, 14 июля 1942 года заместитель директора ЦОКС от Казахской ССР Кабыш Сиранов писал первому секретарю ЦК Николаю Скворцову и секретарю ЦК по идеологии Мухамеджану Абдыкалыкову:

"Мы обязаны максимально использовать эти возможности для создания самого сложного, самого трудного искусства — кино в Казахстане, и сделать всё возможное к тому, чтобы в минимально короткий срок создать ядро основных национальных творческих кадров, без которых создание национального казахского киноискусства невозможно… В данное время на ЦОКС работает из казахов всего один ассистент режиссёра, два ассистента оператора. Это количество творческих работников ни в коей мере удовлетворить нас не может. Искусство делается усилиями многих людей. Тем более тремя человеками строить и создавать такое синтетическое искусство, как кино, немыслимо".

18 июня 1943 года было выпущено постановление Совнаркома и ЦК партии КазССР "О мероприятиях по развитию и расширению производства картин ЦОКС в городе Алма-Ате". В нём отмечались успехи ЦОКС по выпуску картин, а также те усилия, которые республика предприняла для его работы.

В то же время было написано, что Совнарком и ЦК:

"…особо отмечают, что несмотря на наличие всех возможностей, киностудия за период своего пребывания в Алма-Ате не выпустила ни одной полнометражной художественной картины, характеризующей самоотверженную работу трудящихся Казахстана в тылу и героизм воинов-казахов на фронте Отечественной войны. Неудовлетворительно также проводится подготовка квалифицированных киноработников из казахов".

Дальше шёл уже бюрократический новояз:

"Считаем, что ЦОКС должен в первую очередь работать над созданием фильмов для Всесоюзного экрана как на русском, так и на материале других народов СССР, причём, наряду с выпуском высокохудожественных картин на русскую тематику, необходимо обратить особое внимание на скорейшее создание художественных кинокартин на материале казахского народа".

Затем был определён план мероприятий по подготовке к выпуску фильмов "Абай" и "Джамбул" с тем, чтобы они вышли в 1944 году:

• С 1 сентября 1943 года создать казахскую школу киноактёров с контингентом в 25 человек.
• Поручить Союзу писателей составить план подготовки сценариев на материалах Казахстана с указанием авторов и представить его к 1 августа на рассмотрение ЦК партии.
• Предложить ЦК ЛКСМ (комсомол) выделить 15 комсомольцев для работы в цехах ЦОКС.

Это был привычный бюрократический подход. Но к июню 1943 года стало уже понятно, что в войне наступил перелом. Хотя предстояла ещё Курская битва — она произошла в июле 1943-го — но после поражения немцев под Сталинградом было очевидно, что ситуация кардинально изменилась.

В конце 1943 года — начале 1944 году начался процесс возвращения эвакуированных кинематографистов. Поэтому власти КазССР хотели всё-таки получить какие-то результаты для себя. В том числе потому, что наличие собственной кинематографической базы было конкурентным преимуществом среди других республик.

Вполне возможно, что история особого отношения Иосифа Сталина к Жумабаю Шаяхметову как раз основывалась на том, что он — будучи вторым секретарём ЦК КазССР — смог справиться с обеспечением работы ЦОКС и производства всех фильмов, которые сыграли огромную роль в идеологии в СССР.

После войны Шаяхметов стал первым казахом — руководителем КазССР. С 1950 по 1954 год он был председателем Совета национальностей Верховного Совета СССР. Фактически это была верхняя палата общесоюзного парламента. Очевидно, что это было следствием особого отношения Сталина. Возможно, что кинопроизводство в Казахстане в годы войны как раз и обеспечило Шаяхметову возможность быть на виду у Сталина.

Всего в эвакуации с ноября 1941 по ноябрь 1943 года было снято 40 полнометражных картин, большая часть — на ЦОКС. Из них пять были запрещены, ещё несколько отложены.

Снятые фильмы имели большое значение для идеологии. В СССР кино было не просто "важнейшим из искусств", как говорил ещё Владимир Ленин. Это было важное средство пропаганды и поддержания патриотических настроений.

Понятно, что для Казахстана время работы ЦОКС — только эпизод. С отъездом основной массы работников "Мосфильма" и "Ленфильма" планы по созданию мощной кинематографической базы так и не реализовались, как и планы увеличения числа казахских работников на местной киностудии.

• В 1942 году казахов среди них было 119 из 1222 работников.
• В 1944 году — 144 из 1430.

Однако в это время взошла звезда Шакена Айманова и многих других деятелей киноискусства, был получен бесценный опыт. Вообще главным капиталом того сложного военного времени были лучшие представители интеллектуальной среды СССР, которые на время оказались в столице Казахстана. Это не могло не изменить культурную среду.

Афиша художественного фильма Сергея Эйзенштейна "Иван Грозный", снятого в 1940-е в Алма-Ате

В завершение материала хотел бы привести текст из дневника выдающегося кинорежиссёра Сергея Эйзенштейна — также эвакуированного — про алматинскую осень.

"Такого листопада, как здесь, никогда в жизни не видал. Жёлтые, красные, оранжевые листья сыпятся золотым дождём на тёмно-серые улицы. Лучи солнца проходят через эти золотые ширмы, золотят воздух. От опавших листьев весь город пахнет спитым чаем. Ноги растирают оранжево-жёлтые листья в порошок. Ходишь по золотой пыли. Дождь листьев — особенно бордовых — особенно хорош на фоне голубой дали снежных гор. Гамма сепии и кобальта как на фресках Феофана Грека в далёкой — разрушенной ныне — новгородской церкви Фёдора Стратилата. Когда-нибудь, если удастся, про золотой дождь в венчании Ивана (имеются в виду кадры из фильма "Иван Грозный" — прим. редакции), буду врать, что осыпанье золотой листвы алматинской области навело меня на эти мысли".

И далее:

"Сейчас осыпающиеся листья, листья, растёртые в пыль, листья, золотыми монетами падающие сквозь голубую даль золотым дождём Данаи, листья, червонцами катящиеся под ногами, листья, запрудившие арыки, прелые листья, отравляющие воздух, напоминают "Пер Гюнта". Там они символизируют недодуманные мысли, недоделанные дела, недовыполненные намерения. В этом смысле мой личный листопад превосходит в десятки раз золотой разгул алматинских потоков опавшей листвы".

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора

Читайте также:

"Приеду домой, Құдай қаласа". О чувствах участников ВОВ в трёх письмах родным в Казахстан

84 года спустя. Как и почему началась Великая Отечественная война?

"Никакой жалости". Режиссёр Гульназ Балпеисова о жестокости театра и честности с подростками

Никогда в кино. Почему казахстанские фильмы на миллиарды не выходят в прокат