Конец монополии белого халата: как медицина теряет авторитет и что приходит ему на смену

Мы живем в эпоху, когда диагноз можно получить за секунды, советы по лечению — из ленты соцсетей, а таблетки и БАДы заказать в пару кликов. Искусственный интеллект анализирует симптомы, стартапы предлагают "персонализированную медицину", инфлюенсеры учат, как жить дольше и лучше. Никогда прежде доступ к информации о здоровье не был таким простым и одновременно таким противоречивым.

Почему на фоне технологического прогресса падает доверие к врачам, а медицина теряет монополию на авторитет? И какую роль в новой реальности предстоит сыграть самим врачам? Об этом в авторской колонке для TengriHealth рассуждает президент Академии профилактической медицины, член Американской ассоциации здравоохранения Алмаз Шарман.

Медицина после пьедестала: кто теперь ставит диагнозы и кому мы доверяем

Меня часто спрашивают: стоит ли идти в медицину? Есть ли у профессии будущее? Не заменит ли врачей искусственный интеллект?

Сегодня ответ уже не звучит как уверенное "конечно". Он сложнее. И, возможно, честнее.

Чтобы понять, что происходит с профессией, достаточно посмотреть популярный телесериал "The Pitt". Это не просто история о больнице. Это портрет системы: перегруженные приёмные покои, дефицит кадров, давление администраторов, агрессия пациентов, бесконечная документация. И на этом фоне — ежедневный тихий героизм врачей и медсестёр.

Действие происходит в американском городе Питтсбурге. Но как и в США, так и в Казахстане система здравоохранения держится на самоотверженности людей. Но этот героизм часто оплачивается выгоранием.

Для меня "The Pitt" имеет и личное измерение. Пятнадцать лет назад мне довелось создавать в Казахстане академическое партнерство с Медицинским центром Университета Питтсбурга (UPMC). Это сотрудничество продолжается и сегодня, формируя новое поколение казахстанских врачей.

Однако за прошедшие годы медицинская отрасль кардинально изменилась. И вопрос о том, какой она будет завтра и какое место в ней займёт врач, сегодня звучит особенно остро.

Авторитет больше не данность

Большую часть XX века врач обладал почти монополией на медицинские знания. Если человек заболевал, путь был один — к специалисту. Профессии не нужно было доказывать свое право на влияние.

Сегодня за медицинский авторитет борются ИИ-стартапы, велнес-инфлюенсеры, предприниматели в сфере долголетия, биохакеры, которые учат, как достичь долголетия, сетевики, продающие капсулы, обещающие здоровье.

Врачи больше не верховные жрецы здравоохранения, и им придётся с этим смириться. Звучат громкие заявления: сложные медицинские консультации вскоре станут бесплатными и повсеместными благодаря искусственному интеллекту. Люди якобы больше не понадобятся "для большинства вещей".

И общество начинает в это верить.

Многие убеждены, что, изучив тему самостоятельно, можно знать не меньше врача, что совет из социальной сети ничем не хуже профессиональной рекомендации. При этом значительная часть популярного медицинского контента — от психического здоровья до нутрициологии — содержит неточности или вводящую в заблуждение информацию.

Доверие к медицинским работникам в разных странах постепенно снижается. Казахстан не изолирован от этой тенденции.

Как строился медицинский авторитет

Власть медицины всегда опиралась на культурный авторитет — право определять, что считается болезнью, что является доказательством и где проходит граница истины.

Профессиональный авторитет держится на двух столпах: легитимности и зависимости. Люди принимают влияние врача, потому что считают его знания обоснованными и потому что боятся последствий отказа от лечения.

Парадокс в том, что необходимость постоянно доказывать свою правоту уже говорит о сомнении.

В начале модерной эпохи врачи конкурировали с травниками, гомеопатами, аптекарями и религиозными целителями. Лишь в XX веке через стандартизацию образования и лицензирование профессия укрепила позиции и получила беспрецедентное влияние.

Сегодня история словно повторяется, но на новом технологическом витке.

Золотая лихорадка здоровья

XXI век принёс рост недоверия к традиционным институтам. Антивакцинальные движения, конспирологические теории, популизм в здравоохранении, противоречивые решения во время пандемии — всё это ослабило веру в официальную медицину.

Там, где ослабевает авторитет, быстро появляется коммерция.

Показателен бум вокруг интегративной медицины. Это направление обещает "целостный подход", сочетание традиционных и альтернативных методов, индивидуальные протоколы. Пациенты получают услуги, которых раньше не существовало.

Но вместе с доступом растёт и рынок биологически активных добавок, детокс-программ, брендированного чая и онлайн-консультаций без полноценного клинического наблюдения. Бизнес не связан врачебной этикой. Для сетевика продать капсулу проще, чем выстроить систему комплексного ухода. Продажа масштабируется. Отношения — нет.

В мире уже были случаи, когда компании в сфере психического здоровья платили многомиллионные штрафы за чрезмерное назначение препаратов. В других ситуациях рецепты выписывались почти автоматически — без достаточного контроля.

ИИ: помощник или привратник

На другом полюсе — искусственный интеллект.

Сегодня большинство врачей в мире используют его в той или иной форме. Алгоритмы анализируют снимки, помогают планировать приёмы, расшифровывают разговоры, ищут редкие клинические случаи.

Иногда эффект неожиданно человечен. Когда ИИ-"писарь" берёт на себя рутинный набор текста, врач может смотреть пациенту в глаза. Появляется время для разговора. Некоторые специалисты признаются: впервые за годы они могут уходить домой вовремя.

ИИ способен спасать жизни. Были случаи, когда алгоритм помог усомниться в ложноположительном результате теста, что позволило сохранить корректную терапию и вывести пациента из реанимации.

Но тот же инструмент может навредить, если используется без критического мышления. Алгоритмы склонны уверенно повторять даже ложную информацию, если она заложена во входных данных.

Новая школа медицины

Будущие врачи выходят в мир, где ИИ уже встроен в практику. Однако медицинское образование во многих странах пока не успевает за скоростью изменений.

Некоторые университеты запускают обязательные курсы по работе с алгоритмами: объясняют, как функционируют языковые модели, чем специализированные системы отличаются от поисковых сервисов, как оценивать ограничения технологии. Появляются интерактивные тренажеры с "искусственными пациентами".

Когда-то студентам приходилось заучивать дозировки лекарств наизусть. Сегодня электронные системы автоматически проверяют взаимодействия и расчёт доз. ИИ — логичное продолжение этой эволюции.

Но остаётся вопрос: как объяснить пациенту роль алгоритма, если сам алгоритм — чёрный ящик? Даже опытные специалисты признают, что не всегда понимают, почему модель выдала конкретный ответ.

Риск утраты навыков

Существует и опасность дескиллинга — утраты профессиональных навыков. Исследования показывают: когда врачей лишают ИИ-ассистента, эффективность диагностики может заметно снижаться.

Зависимость от технологии реальна. Поэтому базовые знания и клиническое мышление остаются критически важными — именно они позволяют подвергать алгоритм сомнению.

Медицина переживает разгруппировку. Специализированные услуги можно получить у множества игроков — от стартапов до блогеров.

Профессия врача — больше не гегемон. Она — одна из сил в многополярной системе.

Перед ней три пути:

• попытаться вернуть монополию;
• уйти в узкий технический сегмент;
• переосмыслить свою роль.

Последний путь предполагает сотрудничество, формирование правил и работу в коалиции с новыми участниками рынка.

Всё больше врачей выходят в социальные сети, участвуют в разработке медицинских сервисов, включаются в общественные дискуссии. Профессиональные сообщества публично обсуждают государственные решения.

Но важно и другое — признание собственных слабостей. Очереди к специалистам, ограниченный доступ к помощи в регионах Казахстана, медицинские ошибки, нехватка времени на пациента — всё это подпитывает альтернативные источники авторитета.

Диалог вместо приказа

Сегодня педиатры тратят значительную часть приёма на убеждение родителей вакцинировать детей. Онкологи объясняют, почему МРТ всего тела чаще создаёт ложные тревоги, чем спасает жизнь.

Такие разговоры раньше считались отвлечением от "настоящей медицины". Теперь они становятся её центром.

Одной из причин, по которой я в своё время добивался академического партнерства с Университетом Питтсбурга, стало наличие в нём программы Certificate in Health Humanities. Она изучает медицину через призму искусства, истории, этики и социологии. Это тот самый симбиоз, который мы сегодня наблюдаем в профессии врача. 

Сегодня, когда молодые люди меня спрашивают, стоит ли выбирать медицину, мой ответ таков: если после просмотра "ThePitt" — со всеми его перегрузками, несправедливостью и усталостью — желание стать врачом не исчезает, значит, выбор сделан осознанно.

Потому что, как показывает и экран, и реальная практика, медицина — это уже не про власть. Это про ответственность. 

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора 

Читайте также: 

Врачи-блогеры Казахстана: зачем они идут в Instagram и как среди них найти эксперта

“Молодые“ vs “старые“ врачи: как меняется медицина и кому мы доверяем больше

Хайп, вера в чудо и лайки: как интернет подменяет медицину