Қазақша
Русский
English
Суррогатное материнство в Казахстане законодательно разрешено почти 30 лет, однако именно сегодня эта сфера оказалась в центре общественной дискуссии. Пока депутаты говорят о рисках "репродуктивного туризма" и возможной эксплуатации женщин, казахстанки, не проходящие по жёстким требованиям к суррогатным матерям внутри страны, уезжают за границу — туда, где они остаются без правовой защиты.
Эти истории поднимают ключевой вопрос: действительно ли ужесточение закона делает суррогатное материнство безопаснее или, наоборот, вытесняет его в серую зону? В проблеме разбирался корреспондент TengriHealth.
Риски репродуктивных технологий
В декабре 2025 года депутат Мажилиса Гульдара Нурым направила официальный запрос, посвящённый регулированию суррогатного материнства. По её мнению, недостаточно жёсткое законодательство делает Казахстан привлекательным для иностранцев, провоцирует юридические конфликты, риск безгражданства детей и развитие так называемого "репродуктивного туризма".
Депутат также указала на опасность коммерциализации процесса, которая, по её мнению, может привести к эксплуатации социально уязвимых женщин и фактически превратить детей в объект купли-продажи. Отдельно были обозначены отсутствие контроля над иностранными агентствами, риски для здоровья женщин и возможные угрозы генофонду страны.
Суррогатное материнство в Казахстане
Прежде всего, суррогатное материнство — это медицинская услуга, к которой пары, как правило, прибегают в самую последнюю очередь, когда все остальные способы стать родителями, включая ЭКО, уже исчерпаны. Обычно это связано с серьёзными медицинскими показаниями, например, отсутствием матки у женщины или хроническими заболеваниями, из-за которых беременность может быть опасна или невозможна.
Чтобы стать родителями с помощью суррогатного материнства, супружеская пара предоставляет в репродуктивную клинику свои биологические материалы — сперму мужчины и яйцеклетку женщины. Эти клетки используются для создания эмбриона методом ЭКО, который затем подсаживают суррогатной матери.
Все юридические аспекты суррогатного материнства в Казахстане — права и обязанности суррогатной матери, биологических родителей и самого ребёнка — регулируются законом "О браке (супружестве) и семье".
В соответствии с ним суррогатная мать не имеет прав на ребёнка и обязана передать его биологическим родителям после рождения. В то же время закон гарантирует ей медицинскую помощь, защиту здоровья и получение вознаграждения, если оно предусмотрено договором.
К слову, в Казахстане первый ребёнок, рождённый с помощью суррогатной матери, появился на свет в 1999 году.
ЭКО в Казахстане: иностранные клиенты и репродуктивный туризм
Сегодня услуга суррогатного материнства в Казахстане достаточно развита: процедура чётко прописана в законодательстве, проводится в лицензированных репродуктивных клиниках и сопровождается нотариально оформленными договорами.
При этом такая возможность существует далеко не везде. Во многих странах суррогатное материнство полностью запрещено — например, в Германии, Франции, Испании и Швейцарии.
В других государствах услуга разрешена, но исключительно для собственных граждан: иностранцам закрыт доступ к таким программам, например, в Индии и Таиланде.
Именно из-за подобных ограничений пары из разных стран ищут альтернативные юрисдикции, где процедура легальна и юридически прозрачна.
По словам главного внештатного репродуктолога Казахстана Вячеслава Локшина, несмотря на разрешение для иностранцев, их доля в казахстанских клиниках остаётся сравнительно небольшой — около 15 процентов от общего числа пациентов.
"Раньше это были в основном клиенты из ближнего зарубежья — Узбекистана, Кыргызстана, Таджикистана. Сейчас много стало приезжать граждан Китая", — говорит специалист.
При этом он подчёркивает, что пары из Китая едут в Казахстан не потому, что здесь "недостаточно строгое" законодательство, а потому что процедура суррогатного материнства законна, детально урегулирована и проводится под контролем государства, тогда как на их родине практика суррогатного материнства запрещена.
Сколько стоит суррогатное материнство
Помимо юридических аспектов, Казахстан привлекает иностранных клиентов относительно низкой стоимостью услуг суррогатного материнства.
Примерно в такие же суммы суррогатное материнство обойдется в Грузии, Кыргызстане, куда тоже обращаются иностранцы. Но как отмечает Локшин, законодательство Казахстана в сфере репродуктивных технологий более чёткое, что минимизирует риски для биологических родителей с оформлением документов, в том числе на рождённого ребёнка.
"В Грузии, Армении, например, более мягкое законодательство, из-за чего у биологических родителей могут возникать правовые проблемы", — говорит репродуктолог.
К слову, недавно в СМИ обсуждалось задержание иностранцев с младенцами в аэропорту Алматы. Они заявляли, что это их дети, рождённые от суррогатных матерей, однако полицейские задержали их до выяснения обстоятельств по статье "Торговля несовершеннолетними".
Вячеслав Локшин отмечает, что знаком с этой ситуацией, но уточняет: иностранцы воспользовались услугой суррогатного материнства не в Казахстане, а в соседней стране. Они возвращались домой через Алматы, однако документы на детей, выданные за границей, оказались оформлены неправильно.
"В Казахстане есть обязательное требование: ребёнок должен быть биологически связанным с обоими или с хотя бы одним из родителей, то есть супруги или кто-то из пары должен дать свои клетки для процедуры ЭКО. Поэтому в роддоме свидетельство о рождении на младенца сразу же оформляется на биологических родителей, а суррогатная мать в документе никак не фигурирует и не имеет прав на ребёнка", — объясняет Локшин.
Например, в Кыргызстане и Украине наличие генетической связи хотя бы с одним из родителей также обязательно, а вот в Грузии оно юридически не закреплено.
Мягче в Грузии и требования к биологическим родителям: это обязательно должны быть гетеросексуальные пары, но их официальный статус брака не обязателен. В соседнем Кыргызстане воспользоваться услугой суррогатного материнства могут люди любого статуса, в том числе одиночки.
В Казахстане же суррогатное материнство доступно только женатым гетеросексуальным парам строго по медпоказаниям.
"Закон "О браке (супружестве) и семье" в Казахстане очень чётко регулирует репродуктивные технологии и обеспечивает правовую защиту суррогатной матери, биологических родителей и ребёнка, а следовательно, практически сводит на нет правовые риски, риски превращения детей в объект купли-продажи", — отмечает Вячеслав Локшин.
Эксплуатация женщин и риск торговли детьми
С вопросом о том, можно ли рассматривать репродуктивные технологии как форму торговли людьми, мы обратились к Анне Вовк, соучредителю одного из агентств по суррогатному материнству. На протяжении многих лет она работает как с родителями, которые решили воспользоваться услугой суррогатной мамы, так и с женщинами, согласившимися выносить ребёнка для бездетных пар.
"Для заказчиков путь суррогатного материнства — выстраданный. Они обращаются за этой услугой не по прихоти. Если люди к нам приходят, значит, никаким другим способом родить ребёнка самостоятельно они не могут", — говорит Анна Вовк.
Она отмечает, что как заказчикам нелегко решиться на услугу суррогатной матери, так и женщинам сложно решиться на вынашивание чужого ребёнка.
"Мы подбираем девушек, психологически и морально готовых быть сурмамой, которые понимают, на что они идут. Мы называем их "няня до рождения". Они изначально понимают, что носят не своего ребёнка", — поясняет эксперт.
Вовк говорит, что решение стать сурмамой добровольное и насильно эту услугу никто не оказывает:
"Зачастую женщины идут в суррогатное материнство, чтобы решить финансовые вопросы. Они эти деньги потом тратят не на развлечения — они решают жилищный вопрос, оплачивают своим детям институт. То есть, обе стороны процесса — и биологические родители и сурмамы — остаются в плюсе. Каждый получает то, зачем шёл".
В свою очередь юрист, партнёр международной юридической компании Дана Жанадил, отмечает, что законодательство Казахстана сводит на нет риск торговли детьми.
Она говорит, что казахстанское законодательство исходит из приоритета защиты интересов ребёнка. Для этого есть несколько мер: обязательная регистрация рождения в стране, официальное признание родителей по договору суррогатного материнства и медицинским документам, гарантированная медицинская помощь, защита от дискриминации, а также соблюдение международных конвенций о правах ребёнка, участником которых является Казахстан.
Легальные агентства и защита сурмам
Если подробнее разбирать услугу суррогатного материнства в Казахстане, то можно сказать, что она разделена на два сектора: клиники репродуктологии отвечают только за процедуру ЭКО, то есть за подсадку эмбриона женщине, которая будет вынашивать ребёнка.
А вот договор о суррогатном материнстве — это частная история. Он заключается между сторонами: родителями будущего ребёнка, агентством, занимающимся подбором сурмам, и самой суррогатной мамой.
На территории Казахстана работают несколько легальных агентств по подбору суррогатных мам как для наших граждан, так и для иностранцев. Мы не зря используем словосочетание "легальные агентства", так как в стране функционируют и "серые", но о них мы поговорим позже.
"Легальные агентства соблюдают требования к суррогатным мамам и законодательство Казахстана о репродуктивных технологиях", — говорит Анна Вовк.
Отметим, что деятельность агентств не относится к медицинской сфере, поэтому не входит в компетенции Министерства здравоохранения. Другими словами, они не контролируются ни одним госорганом.
И тем не менее, по словам Вовк, сурмамы и биологические родители конкретно в их агентстве заключают серьёзный договор, который состоит из 35 страниц.
"В Казахстане в этом плане очень хороший закон, в котором предусмотрена защита суррогатной мамы, биологических родителей и самого ребенка. В договоре прописываются все риски, с которыми может столкнуться суррогатная мама, все компенсации, а также индивидуальные требования сурмамы на период беременности и послеродовой период", — говорит Вовк.
Агентство же в свою очередь следит за соблюдением договора обеими сторонами и оказывает всестороннюю поддержку как суррогатным матерям, так и биологическим родителям.
Стоимость услуги суррогатной мамы в Казахстане — от семи миллионов тенге за одного ребёнка до 9,5 миллиона тенге за двойню. Плюс к этой сумме суррогатная мамам получает ежемесячную зарплату в районе 300 тысяч тенге. Часто заказчики (биологические родители) также оплачивают ей комфортное проживание, питание, витамины.
При этом сурмама по закону должна соответствовать ряду требований:
- женщина в возрасте от 20 до 35 лет,
- имеющая как минимум одного собственного здорового ребёнка, рождённого естественным путём без осложнений,
- обладающая удовлетворительным физическим, психическим и репродуктивным здоровьем, подтверждённым медицинскими обследованиями.
Лазейки за рубежом и опасные ловушки
Жёсткие требования к сурмамам в Казахстане, в частности возрастные, толкают наших соотечественниц заключать договоры с сомнительными агентствами, рекламой которых пестрят все социальные сети, и уезжать в другие страны, где условия участия в программах суррогатного материнства менее строгие. Это и есть "серые" зоны, в которых права женщин уже не так защищены.
Как правило, на территории нашей страны такие агентства имеют лишь, так называемых, "зазывал", а их юридические адреса находятся за рубежом. Сколько таких сейчас осуществляют деятельность по всему Казахстану — неизвестно. Они никак не регистрируются, никем не отслеживаются.
В одно из таких агентств обратилась жительница Алматы Ирина (имя изменено). Она не скрывает, на такой шаг её толкнул финансовый вопрос: нужны были деньги на лечение сына — около семи миллионов тенге. Заработать такую сумму быстро в Казахстане для семьи не представлялось возможным, поэтому женщина решила стать суррогатной матерью.
"На тот момент мне было уже 39 лет и стать сурмамой в Казахстане я не могла. Но я узнала о программе в Грузии, где возрастные ограничения мягче: не до 35, как у нас, а до 40 лет. Агентство я нашла через TikTok: увидела их рекламу, написала", — рассказывает Ирина.
Ей перезвонили буквально через 15 минут, на следующий день прислали за ней машину, отвезли на анализы, и уже через несколько дней она летела в Грузию.
Женщина отмечает, что подписание договора проходило в спешке, ей даже не дали толком с ним ознакомиться. 2 марта 2024 года она прилетела в Грузию, а уже 9 марта ей подсадили эмбрион.
Как обманывают суррогатных матерей
Ирина отмечает: сначала условия были идеальными. Они вместе с другими сурмамами прекрасно жили, очень хорошо питались, еженедельно проходили медосмотр. Всё это оплачивало агентство. Женщины ничего не делали, только ходили гулять и отдыхали. Однако спустя некоторое время отношение к сурмамам изменилось.
Как рассказывает Ирина, по договору суррогатная мама имела право уехать на родину после первого сердцебиения ребёнка, зафиксированного на УЗИ. Но перед родами она обязана была вернуться в Грузию.
"После возвращения началась "свистопляска". В договоре было указано, что после рождения ребёнка в течении трёх дней мне на руки выплатят 15 тысяч долларов. Помимо этого, моя ежемесячная зарплата на время вынашивания составляла 400 долларов. До поездки домой зарплату платили без задержек, после возвращения выплаты поступали не вовремя, кому-то и вовсе перестали платить", — рассказывает сурмама.
Ирина говорит, что после рождения ребёнка обещанные 15 тысяч долларов ей также не выплатили. В похожей ситуации оказались и её соотечественницы, которые также вынашивали чужих детей.
"Мы начали паниковать. Сначала нас уверяли, что всё нормально, что задержка выплат связана с документами. Обещали, что деньги нам отдадут после того, как биологические родители оформят загранпаспорт на ребёнка. Но шли недели, месяцы. Я, как и другие казахстанки, была вынуждена вернуться домой и ждать, когда поступят деньги. Сделать здесь, в Казахстане, я ничего не могла — договор с агентством был действителен только в Грузии", — говорит Ирина.
Женщина утверждает, что от действий агентства, с которым она сотрудничала, пострадали десятки казахстанок.
Ситуацию, по словам сурмамы, удалось решить лишь тогда, когда обманутые женщины начали обращаться в СМИ, и к делу подключились грузинские юристы. В конечном итоге Ирина свои 15 тысяч в американской валюте получила.
Смерть и потерянное здоровье — риски и компенсация
Однако не получить деньги — не самая большая опасность, которая грозит казахстанкам, выезжающим за рубеж в качестве суррогатных матерей. Хуже, говорит Ирина, лишиться здоровья и остаться в чужой стране без поддержки.
Она рассказывает, что в Грузии был случай, когда наша девушка из Семея после родов перенесла инсульт. Она стала недееспособна. Приезжали её родители, чтобы забрать девушку домой.
"Я даже не знаю, получила ли она свои деньги за рождение ребёнка. Но компенсации за утерю здоровья договором с агентством предусмотрены не были. Единственный риск, который был прописан в документе — это смерть суррогатной мамы во время родов. В таком случае агентство должно было транспортировать тело на родину и выплатить родным сумму за суррогатное материнства при условии, что малыш родился живым и здоровым", — описывает свой опыт женщина.
В разговоре Ирина вспоминает историю ещё одной суррогатной мамы из Караганды, с которой познакомилась в Грузии. Женщину "прокесарили", но её состояние постепенно ухудшалось. Она была вынуждена вернуться в Казахстан, и наши врачи обнаружили забытый внутри ватный тампон, который успел загноиться.
В завершении беседы Ирина уверенно говорит: "Если бы была возможность стать суррогатной мамой в Казахстане, я бы никогда не поехала в другую страну. Тем более, что выплаты за услугу в нашей стране и в Грузии примерно одинаковые".
"В Казахстане мы защищены законом, наши права урегулированы, заключённый с легальным в стране агентством договор имеет юридическую силу, мы имеем право на полноценную медицинскую помощь в рамках ОСМС. А за рубежом мы никто", — отмечает женщина.
Она считает, что законодательно нужно пересмотреть возраст, разрешающий стать суррогатной матерью. Если женщина в 39-40 имеет прекрасное физическое здоровье, почему она не может учувствовать в программе в своей стране?
Разность законов и непонятный статус
О правовых рисках, выезжающих за рубеж казахстанок в качестве суррогатных матерей, говорит и юрист Дана Жанадил. Это связано с тем, отмечает она, что законы о репродуктивных технологиях сильно различаются в разных странах.
Ключевых рисков, по словам юриста, несколько.
1. В некоторых странах договор суррогатного материнства просто не признают.
Это значит, что соглашение может быть недействительным, права не защищены, а деньги по договору получить будет невозможно.
2. Существует риск привлечения к гражданской, административной или даже уголовной ответственности, если суррогатное материнство в соответствующей стране квалифицируется как запрещённая деятельность или торговля людьми.
3. Правовая неопределённость материнского статуса.
В некоторых юрисдикциях выносившая ребёнка женщина автоматически признаётся матерью вне зависимости от договорённостей сторон.
4. Отсутствие механизмов защиты от эксплуатации, включая одностороннее изменение условий договора, отказ от оплаты, принуждение к медицинским вмешательствам и ограничение свободы передвижения.
"Казахстанская же правовая система в целом обеспечивает высокий уровень защиты интересов ребёнка, суррогатной матери и биологических родителей, однако транснациональный характер таких отношений требует тщательной правовой подготовки всех участников и постоянного государственного контроля", — отмечает Дана Жанадил.
Ужесточение закона и запреты дадут обратный эффект
Идею правовой проработки вопросов, связанных с суррогатным материнством, поддерживает и Вячеслав Локшин. При этом он уверен, что предложенное депутатом ужесточение существующего закона не снизит озвученные ею риски, а наоборот, создаст ещё больше проблем для казахстанок.
Основное положение, которое, как считает Локшин, необходимо закрепить законодательно — это лицензирование агентств, занимающихся подбором суррогатных матерей.
"Также необходимо вести статистический учёт этих агентств. На сегодняшний день статистику никто не ведёт, реальные цифры никому неизвестны", — говорит эксперт.
В Казахстане нет официальной статистики и по суррогатному материнству. Неизвестно, сколько женщин ежегодно уезжают за границу, чтобы стать суррогатными матерями, и сколько казахстанцев и иностранцев пользуются этой услугой внутри страны. Масштабы транснациональных договоров тоже остаются неясными.
Ещё один момент, на который обращает внимание Локшин: запрет пользоваться услугами суррогатных матерей одиноким женщинам, установленный законом.
"Если подумать, у нас в стране каждый четвёртый ребёнок рождается вне брака. Но этот вопрос дискутабельный", — подчёркивает он.
Отдельно, отмечает он, можно обсудить и пересмотр возрастных ограничений для суррогатных матерей внутри Казахстана в сторону увеличения.
"Все эти вопросы требуют глубокой проработки и регуляции. Если же мы пойдём по пути запрета, то добьёмся лишь того, что наши женщины будут значительно чаще выезжать в качестве сурмам в другие страны — Грузию, Армению, Камбоджу — туда, где требований меньше. Это создаст определённые риски для их безопасности и здоровья", — делится мнением репродуктолог.
Обращает внимание он и на финансовую сторону вопроса: "Транснациональная репродуктология приносит Казахстану деньги в виде налогов, чрезмерные запреты вынудят иностранцев ехать за услугой в другие страны".
В завершении беседы эксперты отметили, что главная задача государства сегодня состоит в том, чтобы обеспечить безопасные условия для всех участников процедуры суррогатного материнства. Чтобы казахстанские женщины могли реализовать своё право на помощь без риска для здоровья, а государство сохраняло контроль над процессом и защиту ребёнка.
В практическом плане это означает, что нужно не ужесточать имеющийся закон, а создавать прозрачную и регулируемую систему: лицензированные агентства, официальные договоры, медицинское сопровождение и правовую защиту всех участников.
Читайте также:
Сотни детей от одного донора? Какие риски ЭКО обсуждают в Казахстане
“Я боялась своих мыслей“: история женщины, пережившей послеродовую депрессию
Генетика в Казахстане: ген ожирения, дети на заказ и семейный рак — мифы и правда
+7 (777) 001 44 99
