Такого никто не ожидал. Как одно условие может сделать Иран региональной державой

Война США и Израиля против Ирана в очередной раз поставлена на паузу. Стороны выдвинули свои условия.

Их в авторской колонке на Tengrinews.kz разбирает политолог и историк Султан Акимбеков — получается: то, что выгодно Ирану, невыгодно США, а то, что выгодно США, невыгодно Израилю. Все оказались в некотором тупике.

Автор также объясняет, как в списке требований оказалось одно, которое невозможно было представить в начале этой военной кампании и почему оно может сделать из Ирана значимого в регионе лидера.

Максималистские требования сторон

Президент США Дональд Трамп заявил 18 мая, что отложил начало атаки на Иран, которая была запланирована на 19 мая, по просьбе руководства арабских стран Персидского залива — Катара, Саудовской Аравии и Объединённых Арабских Эмиратов.

По его словам, сейчас идут "серьёзные переговоры", и вполне может быть заключено соглашение, непременным условием которого будет запрет на ядерное оружие. 23 мая Трамп заявил, что соглашение с Ираном в значительной степени достигнуто. Представитель Ирана сказал, что позиции сторон стали сближаться.

А 17 мая иранское государственное агентство Fars опубликовало список из американских требований в адрес Ирана, а также напомнило о выдвинутых ранее условиях своей страны. 

Среди требований Ирана были:

• прекращение войны, включая действия Израиля против "Хезболлы" в Ливане,
• отмена всех санкций,
• разблокировка всех замороженных активов,
• компенсация ущерба, нанесённого в ходе военных действий
• и признание суверенитета Ирана над Ормузским проливом.

В американский список условий включены:

• отказ от каких-либо компенсаций,
• требование вывезти из Ирана 400 килограммов обогащённого урана,
• согласие на работу одного объекта ядерной инфраструктуры,
• размораживание 25 процентов иранских активов.

В принципе, если исходить из предложенных сторонами условий, трудно представить ту золотую середину, на которой они теоретически могли бы сойтись. Требования остаются максималистскими.

Конечно, мы не знаем наверняка, что происходит в кулуарах переговорного процесса и, может быть, для оптимизма Трампа и лидеров арабских стран Персидского залива есть свои основания.

За это он может заплатить, разморозив, условно говоря, не 25 процентов, а, скажем, 50 процентов иранских активов, а также сняв какую-то часть санкций. Кроме того, Трамп мог бы согласиться на прекращение операции против "Хезболлы" в Ливане.

Получение суверенитета над Ормузским проливом было бы дополнительным бонусом. Но от него Иран вполне может отказаться — это, скорее, аргумент для торга, который появился вследствие фактического контроля страны над проливом.

А это стало следствием невозможности для США обеспечить проводку конвоев через этот чрезвычайно важный для мировой экономики пролив.

Главный вопрос здесь: кто всё-таки больше заинтересован в сделке — Иран или США?

В обеих странах считают, что это проблема оппонента и что у них самих ещё есть аргументы для продолжения давления на противника. Хотя очень похоже, что США заинтересованы в прекращении конфликта несколько больше, чем Иран, но явно существенно меньше, чем Израиль.

Что выгодно США, невыгодно Израилю

17 мая между Трампом и израильским премьер-министром Биньямином Нетаньяху состоялся телефонный разговор, который был весьма напряжённым. По крайней мере, это отметили в СМИ. Так, в издании Axios со ссылкой на три источника указали, что Трамп и Нетаньяху не сошлись во мнениях по поводу дальнейших действий в отношении Ирана.

Трамп якобы говорил, что арабские страны-посредники готовят некий документ о намерениях, который позволит завершить войну и начать переговоры о судьбе ядерного оружия Ирана и Ормузского пролива.

В то время как Нетаньяху, якобы, больше склонялся к продолжению силового давления на Иран с целью вынудить его к принятию условий. При этом израильский премьер выглядел обеспокоенным.

Понятно, что для Израиля выгоднее было бы продолжить войну, чтобы ослабить военно-промышленный потенциал Ирана, даже если не удастся сменить его режим. Кроме того, в Израиле хотели бы использовать по максимуму военный потенциал США, который сейчас сконцентрирован в регионе. Израильские политики наверняка отдают себе отчёт, что для них это уникальная возможность, которой больше может и не случится.

Биньямин Нетаньяху. Фото с сайта Whitehouse.gov

Так как при Трампе американцы, условно говоря, сняли со стены в комнате ружьё, как в классической пьесе, которое провисело там много первых актов и применения которого все опасались. Но оказалось, что этого недостаточно для военной победы над Ираном — условия ведения военных действий сильно изменились.

Хотя условное американское ружьё всё ещё очень ничего, блестит, но уже не может выполнять роль средства устрашения, как это было раньше.

Более того, Иран выдвигает требования, которые невозможно было раньше себе представить — те же претензии на владение Ормузским проливом. Соответственно, после войны Тегеран если не станет сильнее — хотя это очень возможно — то США, скорее всего, постараются избежать какого-то своего участия в новом конфликте.

Для реализации этого плана была отмобилизована значительная часть израильской армии. Кроме того, из Южного Ливана были вынуждены бежать больше миллиона арабов-шиитов. При этом Израиль планомерно разрушает их дома, делая невозможным их возвращение.

Это не способствует улучшению его имиджа в леволиберальной среде в Европе и США. Однако в Израиле, скорее всего, полагают, что победителей не судят и что если удастся снизить степень угрозы с севера со стороны "Хезболлы", то это будет стоить всех имиджевых потерь.

Что выгодно Нетаньяху, невыгодно Трампу

Так что, вполне очевидно, почему разговор Нетаньяху с Трампом получился таким напряжённым. Американский президент, конечно, поддерживает Израиль, но не любой ценой. Особенно когда на кону вопрос о снижении его рейтингов в США, что создаёт для него серьёзные риски на предстоящих в ноябре промежуточных выборах в конгресс и сенат.

Биньямин Нетаньяху и Дональд Трамп. Фото с сайта Whitehouse.gov

Основной риск связан с возможной потерей контроля республиканцев над конгрессом. Это предоставит демократам возможность объявить Трампу импичмент. Понятно, что у этой процедуры нет особых перспектив, потому что невозможно будет набрать две трети голосов в сенате. Но сам процесс импичмента со всеми его расследованиями, обсуждениями и вызовами чиновников для допроса без всякого сомнения способен осложнить последние два года его пребывания у власти.

Из-за этого Трампу важно завершить войну. При всей американской военной мощи он не смог навязать Ирану свою волю. Безусловно, у него есть ресурсы ещё какое-то время поддерживать блокаду и даже начать новую военную кампанию. Но время не бесконечно, а военные действия по-прежнему будут ограничены только воздушными ударами.

Иран, в свою очередь, всегда может вернуться ко всем своим программам. США уже один раз использовали свою военную силу, что всегда было сдерживающим фактором. В результате возникла новая реальность, где Тегеран после подобного договора через некоторое время может снова стать самой мощной военно-промышленной державой в Персидском заливе со всеми деньгами, полученными в случае сделки и отмены части санкций.

Это приведёт как минимум к новой конкуренции в этом важном регионе. Все страны Залива будут помнить, что Иран однажды может захотеть контролировать Ормузский пролив. Соответственно, они должны будут думать о вариантах реагирования на такое развитие событий.

Контроль над торговыми путями всегда создавал империи

Вообще, контроль над торговыми путями через какой-то важный пролив может создать империю, но может её и погубить. Как только доходы от такого контроля начинают усиливать страну, она стремится направить ресурсы на расширение своего влияния, что приводит к экспансии, к появлению ответной реакции от соседей. Это справедливо для любых исторических времён.

В XVI–XVII веках подобная ситуация возникла в Балтийском море, которое играло огромную роль в европейской торговле. Через Балтику в Англию, Голландию, Францию шли критически важные товары с Востока — из Польши, Швеции и России: зерно, лес, пенька для канатов для кораблей, воск, меха.

После того как Ганзейский союз потерял там своё значение, начали усиливаться династийные государства. И самым мощным была Дания.

Датские короли установили так называемую зундскую пошлину по названию пролива Зунда, через который проходили все торговые суда из Балтийского моря. Деньги поступали в королевскую казну. На них короли содержали флот, который контролировал судоходство, а также большую армию из наёмников.

Дания тогда контролировала юг Швеции и всю Норвегию. Её правителям принадлежала Гольштиния и Шлезвиг на территории Германии. И они стремились к захватам наиболее важных торговых портов в южной Балтике. Среди них выделялся Гамбург и устье реки Эльба.

Шведские пушечные корабли "Король Карл" или "Конунг Карл". Изображение создано в XVII веке, автор неизвестен, является общественным достоянием

Однако в ходе серии войн в начале XVII века Дания проиграла борьбу новому энергичному конкуренту — Швеции. И потеряла юг этой страны, а также часть Норвегии. После этого на Балтике возникла Шведская империя — она контролировала все порты от Ниеншанца, где позднее возник Санкт-Петербург, до Нарвы, Ревеля, Риги, Штральзунда в немецкой Померании, Бремена. Потом эта империя также завершила свою историю.

В 1645 году шведы и голландцы вынудили Данию подписать договор в Брёмсебру, согласно которому Швеция была освобождена от зундской пошлины. Для голландцев она была сохранена, но ограничена суммой в один процент от стоимости товаров. С учётом того, что основной перевозимый груз был недорогим — пенька, зерно, лес — доходы Дании значительно снизились. Хотя Копенгаген и продолжал держаться за зундскую пошлину.

Шведы в 1832 году открыли Гёта-канал, который позволял обходить Зундский пролив. В 1857 году Дания отказалась от сбора пошлин в обмен на компенсацию, большую часть которой заплатили Великобритания и Россия. В то время основная торговля шла между этими странами.

Такого поворота событий никто не ожидал

Так что, если Иран установит контроль над Ормузским проливом и станет взимать пошлины со всех важных грузов, которые сегодня проходят через него, то станет наиболее значительной страной, причём не только в этом регионе.

Когда США и Израиль начинали 28 февраля операцию против Ирана, они не думали, что этот вопрос вообще будет когда-нибудь стоять на повестке. Теперь им надо принять непростое решение — согласиться на сделку, которая фактически закрепит статус Ирана как региональной державы, или пойти на новый этап войны, которая всё равно приведёт к новым разговорам о сделке.

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора

Читайте также:

Противостояние Ирана и США — кто кого пересидит в Ормузском проливе

Конец американского зонтика. Как война 2026 года изменила Персидский залив

Три революции и несколько кризисов Ирана. Как история заходит на второй круг