Видеть глаза музыкантов и слышать их дыхание

06 ноября, 16:22
1

Даже поклонники классики и многолетние меломаны критикуют современные оркестры Казахстана за скуку, склонность к облегченной "попсе" с ее завидным постоянством фальшивящих духовиков, за безжизненность. Строгие слушатели сдержанно улыбаются: "Да, это не Berliner Philharmonike (крупнейший симфонический оркестр Германии)…" А вы уверены, что все так грустно? А давайте знакомиться ближе?

В это же самое время сутками не спит молодой парень, листая партитуры и в сотый раз переслушивая трактовки симфоний Шостаковича. Его зовут Канат Омаров, он уже третий сезон является главным дирижером Государственного академического симфонического оркестра. Поводом для встречи стал Международный фестиваль "Посвящение Маэстро", который проходит в филармонии Алматы в течение всего ноября. Но разговор выплеснулся далеко за рамки первоначального плана…

TENGRINEWS: Канат, симфонический оркестр объединяет максимальное количество музыкантов, создающих единое произведение. Есть пример выдающегося пианиста Григория Соколова, в процессе творческой жизни прошедшего путь от игры с лучшими оркестрами к исключительно сольным концертам. В музыке сложно гарантировать результат, но когда ты один, по крайней мере, результат зависит только от тебя. В твоем случае результат зависит от нескольких десятков людей - классических музыкантов, каждый из которых учился своей профессии не менее 15 лет, имеет обостренную индивидуальность и неповторимый опыт… Как ты справляешься?
Канат Омаров:

Это непросто. Это самые захватывающие ощущения. Это иногда страшно. Ты приходишь на репетицию, и перед тобой порядка 80 музыкантов, которые должны стать единым целым, поверить в твою идею, доверить тебе свои чувства, руки, уши, превратиться в один инструмент. Конечно, я выхожу к оркестру со сформировавшимся видением произведения. И оно не застывшее, оно пластичное и хрупкое, которое принимает окончательную форму только в совместном музицировании.

Нас учили музыке и ее законам, но для дирижера один из самых главных навыков - умение коммуницировать. Мне важно видеть глаза музыкантов, чувствовать минимальные движения тела, даже слышать дыхание. Я не знаю точно, чем закончится репетиция или концерт, это всегда риск. Я просто стараюсь быть искренним и не пропустить мгновения настоящего творчества.

TENGRINEWS: Тебе посчастливилось консультироваться с культовыми дирижерами нашего времени, включая Фабио Луизи и Валерия Гергиева. Профессиональное общение с такими крупнейшими музыкантами не сбивает с толку? Ведь каждый из них имеет свою неповторимую технику и всемирное признание. Трудно сохранить индивидуальность рядом с такими авторитетами?
Канат Омаров:

И Фабио Луизи, и Валерий Гергиев - это гиганты, сумевшие создать особенные оркестры, целые фестивали, великие интерпретации. Каждая встреча, каждое общение врезается в память навсегда, потому что несет важные для меня уроки. О том, что твой жест должен пониматься однозначно и точно, о том, что оркестр всегда "больше" тебя и это правильно, о преданности и чуткости к композиторам, о бездонности партитур… Рядом с большими музыкантами ты лучше понимаешь себя самого. На самом деле, у меня куча важных вопросов, которые хотелось бы задать маэстро, я мечтаю, чтобы таких встреч было больше.

TENGRINEWS: Я знаю, что ты всегда следишь за музыкальной жизнью мира. Что сегодня вызывает у тебя наибольший интерес: феномен Курентзиса (Теодор Курентзис - российский дирижер, назначенный главным дирижером оркестра немецкого Юго-Западного радио в Штутгарте), последняя программа Зальцбургского фестиваля, лондонская постановка "Зигфрида" с Антонио Паппано за пультом?
Канат Омаров:

О, это все, безусловно, интересно! Вы, возможно, удивитесь, но сейчас меня больше всего привлекает и восхищает Александр Сладковский и то чудо, которое он творит с оркестром Татарстана. С его приходом оркестр приобрел совершенно другое лицо. Рахлинские сезоны, блестящий Фестиваль современной музыки имени С. Губайдулиной, яркие программы, гастроли. Оркестр засверкал, он набрал просто крейсерскую скорость. Об оркестре стали говорить, потому что появилось принципиально другое качество. Я слушаю их в YouTube и вижу живые, заинтересованные лица музыкантов, на которых читаются амбиции, дерзкие цели.

Мне очень интересен Кирилл Петренко, который возглавляет Берлинский филармонический. Жалко, что он почти не дает интервью, а может, это, наоборот, логично. Я стараюсь не пропускать записи Владимира Юровского, Джона Гардинера, Даниэле Гатти.

TENGRINEWS: Знаешь, а ведь изменения, которые ты стараешься внедрять в ГАСО, тоже уже достаточно существенны. Первый за долгие годы фестиваль, растущее мастерство оркестра, постоянные премьеры - Малера и Шостаковича ведь уже давно не играли. Кстати, почему выбрали именно Первую симфонию Малера и именно Девятую симфонию Шостаковича и кто формировал такую необычную программу фестиваля?
Канат Омаров:

Программу я формировал сам, вложив в нее давние мечты, потом долго обсуждал и согласовывал детали с приглашенными коллегами. Это действительно редко исполняемые у нас произведения. Девятой симфонией Шостаковича будет дирижировать лучший интерпретатор композитора - Михаил Юровский. Девятую симфонию Михаил Владимирович предложил сам, и у меня с ним связаны серьезные ожидания. Я понимаю, что после работы с ним оркестр получит опыт на годы вперед.

Мурад Аннамамедов будет дирижировать Симфоническими танцами Рахманинова, и это тоже не случайно. Мураду Атаевичу музыка Рахманинова особенно близка, я помню, как он дирижировал Второй симфонией, это было незабываемо. Все четыре концерта фестиваля мы рассредоточили на весь ноябрь, чтобы не терять качество.

TENGRINEWS: Меня очень радует, что каждый дирижер будет иметь не менее пяти полноценных крупных репетиций, один этот факт обещает качественные осмысленные концерты. Я помню твой рассказ о Мравинском, отменившем концерт после блестящей репетиции симфонии Брукнера, потому что понимал, что второй раз добиться такого совершенства невозможно. Не боишься такой ситуации?
Канат Омаров:

Я не Мравинский и не могу позволить себе такой роскоши. Но ощущение идеального контакта с оркестром у меня тоже было. Правда, всего несколько раз за весь мой скромный дирижерский опыт. Это незабываемые ощущения. Словно оркестр читает твои мысли, или ты читаешь мысли каждого музыканта, словно каждая нота, каждый тембр склеиваются так плотно, что образуется фантастическое единое энергетическое поле. Атмосфера невероятного куража, счастья. В такие моменты оркестр словно импровизирует, причем импровизация сразу получается в отточенной форме, сразу в десятку. Но это случается крайне редко. Потом я думаю: а может, мне показалось? Ведь я тоже могу ошибаться.

TENGRINEWS: Сравнение с импровизацией как высшим выражением счастья - это не сожаление о джазовой музыке? Ведь ты прекрасный саксофонист, который знает, любит и умеет играть джаз. Ты можешь быть солистом, который на одном инструменте добьется большего с точки зрения артикуляции, фразировки, звукоизвлечения, даже красоты, чем оркестр со всеми красками.
Канат Омаров:

Да, я люблю джазовую музыку. Признаться, в джазе работать с музыкантами иногда легче. Игра с джазовыми музыкантами - это как разговор с самим собой. И саксофон обязательно "отвечает", если тебе важно быть с ним. В случае с оркестром ты ждешь "ответа" не от инструмента, а от живых людей. И этот ответ становится для тебя самым важным, потому что ты должен "оживить" партитуру. Знаете, мне кажется, что абсолютно счастливым я чувствую себя именно наедине с партитурой, когда удается найти что-то особенное, когда ты словно понимаешь симфонию мыслей композитора, ловишь нематериальную форму. И вот, ты несешь это хрупкое ощущение "открытия" с собой, на репетицию, которая для музыкантов является будничной рутиной, и тут ты либо способен материализовать идеи великих композиторов и заразить весь оркестр, либо будешь испытывать разочарование и слышать музыку только в своей голове.

И разочарований в жизни дирижеров случается больше. Потому что эту тонкую материю слишком легко убить - неправильным темпом, фальшивой нотой, размазанным акцентом, чем угодно. Вы же помните гениального дирижера Карлоса Клайбера, под руками которого оркестр по гибкости и цельности достигал уровня солиста… Так вот, он говорил: "… иногда музыка функционирует в партитуре совершенно, ты слышишь это внутренним слухом. Но когда ты пробуешь перенести это слышание в реальность, результат чаще остается далеко позади твоего внутреннего представления…" Крайне сложно достичь уровня партитуры. Это постоянный вызов, или цель, или даже обязательство. Для меня оркестр - как крутая бесконечная дорога, на которой я испытаю счастье и боль, преодолеваю трудности, живу.

Разговор с молодым дирижером затянулся до вечера. Его рассуждения о мастерстве полны впечатлений от дневников Ван Гога и Рихтера, лекций Тарковского и Питера Брука. Он верит, вслед за Ренуаром, что структуру произведения должен создавать не рисунок, а цвет. Он оттачивает технику, чтобы забыть о ней. Он сокрушается из-за "плановых" концертов и мечтает изменить сам их формат. Он убежден, что для музыкантов главное - создать условия для творчества и роста.

Я тоже верю, что с таким дирижером, как Канат Омаров, алматинцы будут знать музыкантов ГАСО "в лицо", как чикагцы свой Чикагский симфонический оркестр. А строгие слушатели будут выходить с концертов со счастливой улыбкой.

P.S. Фестиваль "Посвящение Маэстро" проходит в Казахской государственной филармонии имени Жамбыла (Алматы). Звездный состав классических музыкантов съезжается из разных стран и городов ради ЧЕТЫРЕХ грандиозных концертов, которые состоятся 7, 16, 23 и 30 ноября.

 

Раушан Джуманиязова

Фотографии: Николай Постников

Получить короткую ссылку


Нравится Поделиться
Показать комментарии (1)
Читают
Обсуждают
Сегодня
Неделя
Месяц