"Если увидишь, что жена твоя плачет без причины, обязательно врежь ей"

06 августа, 10:58
16

Друзья!

Продолжаем знакомство с обычаями и традициями наших предков. В очередной главе моей книги "Қарашаңырақ" речь пойдет о том,

Как казахи решали неудобные вопросы

Часть I

Теперь о типичном. О ситуациях, которые сегодня принято обсуждать вполголоса, слегка испытывая при этом, как выражался мой незабвенный Мастер по кинодраматургии ВалерСеменыч Фрид, "мокрое неудобствие".

Я уже говорил, что бездетных в степи слегка недолюбливали. Их подозревали. Сторонились. Побаивались. В итоге бездетные попадали в зыбкую зону людей с мутноватым прошлым. Их называли еще "Құ бас". Не в значении "хитрая головушка", а в смысле "голая". Пустая башка, пустой котелок. Хотя, казалось бы, при чем тут котелок?

Но я вам скажу больше: бездетных мужиков даже друзья обзывали. Остальные сочиняли про них сальные анекдоты и не разрешали сидеть рядом на всеобщих тусовках, будь то аульная дискотека с танцами до утра или же казино с фартовыми ставками. Короче, все их беззлобно троллили, а враги – так те вообще торжествовали и громко хохотали им вслед. Из-за этого те злились и от безысходности колотили своих жен…

И тут поднимается во весь свой исполинский рост фундаментальный древнеказахский вопрос: имели ли право мужья бить своих жен?

Ответов тут может быть два. Первый: "Да, имели".

Сторонники такого мнения готовы подкрепить свою позицию многочисленными примерами.

Второй: "Нет, не имели".

Так считают в основном либералы, подкрепляя свою мысль поговоркой: "Қатыныңды соқсаң, сағы сынады" – "Будешь мутузить жену, она сломается". Полагаю, у каждой из сторон были и остаются свои сторонники. До сих пор кухонные мыслители ломают о него свои копья. И какими бы ни были ответы, к сожалению, "кое-где у нас порой" как били, так и бьют. Иногда от души, по велению сердца, так сказать, но чаще всего просто так – "для общего порядку". Дань давней традиции.

А все почему?

Потому что с давних пор живет у нас негласная установка, дескать, в каждой женщине обитают демоны. Не зря у ней "шашы ұзын, ақылы қысқа" – "волосы длинные, а ум короткий". Хотя она сама тут ни при чем. Она не виновата. Просто это демоны ее накручивают. Они селятся в ее мозгах и начинают шалить. Это они сбивают женщину с верного пути, поэтому их нужно срочно выбивать оттуда всеми доступными средствами. Раньше это делалось плеткой. Или палкой. Или еще чем-нибудь, что попадалось под руку. Ничего не поделаешь. Демоны. И пэмээс тут, кстати, тоже ни при чем.

Помнится, один уважаемый аксакал даже учил меня: "Если увидишь, что жена твоя плачет без причины, обязательно врежь ей".

– Зачем это? – удивился я.

– Тогда она будет плакать по причине.

Тоже логично.

На самом-то деле аксакал не это хотел сказать. Он имел в виду, что плач без причины может аукнуться: так женщина может накликать беду в дом. Поэтому лучше всего рыдать по какому-нибудь стоящему поводу. Настоящему. А просто так ныть – не положено.

А еще существовали говорящие приметы.

Скажем, у жены зачесался левый глаз. Значит ее ждет радостная весть. А если правый, то надо готовиться – муж отлупит. А если зачесалась макушка, затылок и виски одновременно, то это значит пора мыть голову. Это уже я так думаю. То есть, как говорил старина Фрейд, "иногда сигара - это просто сигара".

Так вот насчет рукоприкладства. Тут учитывались некоторые нюансы. Допустим, черти взыграли, жена беснуется, и надо бы с ними разобраться. С чертями, естессьно. Не с женой же, она тут не при делах, как было сказано. А как быть, если жена – дочь какой-нибудь местной шишки? Волостного там. Или судьи не дай бог. Воеводы. И что тогда? Попробуй тронь ее пальцем…

"Да ну ее вместе с ее чертями!" – думали чаще всего благоразумные мужья и не трогали. Пусть сама с ними договаривается. С демонами, имеется в виду.

Поэтому били выборочно. Многое зависело от статуса невестки. От ее родословной и социального положения. Если простушка, то можно и в глаз дать. А если из крутых, то бить ее не следовало. Могли и ответку прислать. Вдруг у ней брат – батыр! А то могли вообще забрать дочь обратно. Вместе с приданым. А с приданым расставаться никому не хотелось.

Рудименты таких понятий живы до сих пор. В сетях и сегодня гуляют разные видео, где некие мозгоправы, чаще всего служители веры, муллы разные и имамы, читают инструкции о том, как следует бить жену. В каких случаях муж имеет право и даже обязан таким образом воспитывать свою супружницу. И, между прочим, толково объясняют, вдумчиво и подробно. Как "ментозавры" с приличной практикой: как бить, чем бить, по каким местам бить и в течение какого времени. Правда, при этом они не уточняют, к примеру, позволено ли жене отвечать? То есть вступать в спарринг. А что если она имеет дан по карате? А если у ней еще и хук справа в двенадцать атмосфер? И вообще, что делать, если жена смахивает на Мордюкову в молодости? Ведь в таком случае ситуация может повернуться на все сто восемьдесят градусов. И тогда как быть молодому муженьку? Куда бежать? Кому жаловаться? Маме жены? А может, ее папе? Своим? Позвать на подмогу друзей?

Словом, тут снова возникают вопросы.

"В ранешние времена" жена, которую избивает муж, должна была терпеть. И жалеть. Не себя, а мужа. Почему это, спросите вы. А потому что он оплот. Он государь и надежа! Он изводит себя с утра до вечера, думает о процветании и вхождении в ряд тридцати наиболее богатых семей аула или даже всей округи! А это ведь, согласитесь, дело непростое. Например, тот же скот. Он ведь может взять и подохнуть! Может утонуть. Его могут утащить волки. На него могут наслать мор шайтаны всякие. И тогда каюк.

Поэтому, когда муж бил жену, она должна была в этот момент думать о том, что он просто… устал. У него был плохой день. Или месяц. Год… Это он от переживаний за хозяйство. А так в целом он хороший. У него куча достоинств. Он знает кучу анекдотов и красиво поет. Он вообще добрый. Просто день не задался. Думы пришли невеселые. Или корова обожралась клевера и ее пришлось зарезать, или ягнята погибли по недогляду…

Так должна была рассуждать настоящая казахская жена. Тем более если она еще и бездетная. Такую он просто обязан был бить. Пусть это и не могло кардинально изменить ситуацию. Все равно бил. И все вокруг смотрели на нее как на малахольную. Как на больную. Как на позор семьи и всего рода. Ее бьют, а она все упирается и не рожает. Дура!

В таком случае муж имел право жениться на другой.

Впрочем, он, конечно, мог жениться на другой в любой момент. И не обязательно по этой причине. Но дело в том, что при таком раскладе он забирал у бездетной все ее имущество, ее скот и отдавал второй жене. А если вторая еще и рожала, то первая должна была помогать ей во всем и быть у нее в услужении (как золотая рыбка в сказке Пушкина – но там не случилось). Таким образом она должна была искупать свою "вину" и глубоко осознавать, как она не права. Вот такая была традиция. Поэтому любая молодуха, выйдя замуж, молила всех богов, чтоб они послали ей ребеночка.

Если проблема не решалась, шли к баксы, к шаманам, к лекарям. Ездили по сакральным местам, ночевали у святых могил, приносили жертвы.

Но были и отступления от норм.

У замечательного казахского поэта Магжана Жумабаева есть пронзительный рассказ "Шолпанның күнәсы" – "Прегрешение Шолпан". Между прочим, это его единственное произведение в прозе.

По сюжету Шолпан несказанно везет. Ей удается выйти замуж за любимого человека – что в те времена было практически невозможно. Но вот Шолпан повезло. И она так любит своего мужа, что боится... забеременеть. Боится, что ребенок может встать между ней и ее Сарсенбаем. Поэтому она молит бога, чтобы он продлил ее счастье. Чтобы он любил только ее.

Господь услышал ее молитвы, и три года пролетели незаметно. Ребенок так и не появился. Но однажды Сарсенбай неосторожно рассказал жене о том, что был у друга, а у того куча детей, и они все такие классные, и он так с ними наигрался... Короче, "дом без детей – это могила", бросил он. И все. Шолпан как кипятком окатило. Она стала молить бога об обратном. Но, как известно, у бога добавки не просят.

Прошло еще пять лет. Итого восемь в браке. Без детей. Все смирились. И только Шолпан не расставалась с мыслью о ребенке. И тут ей на подмогу пришла старинная поговорка: "Ұрлық қыл да мал тап; ойнас қыл да бала тап" – "Захочешь разбогатеть – своруй, а захочешь завести ребенка – согреши".

Бесхитростная поговорка. Простая и в то же время жизненная. Ее сегодня сделали своим кредо многие предприимчивые молодухи. Можно сказать, что она стала даже неким руководством к действию.

Вот и Шолпан начинает думать – с кем бы замутить. Отбирает кандидата и наживает с ним ребенка. Но... не сложилось. Все закончилось трагически...

Так в чем был главный просчет несчастной женщины?

Шолпан всего лишь хотела завести ребеночка. И все. Уходить от Сарсенбая она не собиралась, ведь она его любила. По-настоящему. Она хотела как лучше...

Почитайте – советую. А то я тут коряво пересказал. И опять же Магжан описывает отдельный случай. Его нельзя было ни в коем разе считать типичным. Скорее всего, отступление от норм. Потому и цепляет.

Продолжение следует…

Получить короткую ссылку


  • Подписаться на канал новостей TengriNews:

  • Google News
  • Yandex News
  • Yandex Zen

Нравится Поделиться
Хотите больше статей? Смотреть все
Читают
Обсуждают
Сегодня
Неделя
Месяц