1. Главная
  2. Почитай

"Исчезнувшая" Дэвида Финчера: Как спасти брак и остаться в живых?

Не успел экран остыть от женского супермозга в картине Люка Бессона, как Дэвид Финчер предложил нам головоломку на тему мозга обычного. Оказалось, наблюдать за страстями реальной женщины Эми интереснее, чем за превращениями фантастической Люси.

Не успел экран остыть от женского супермозга в картине Люка Бессона, как Дэвид Финчер предложил нам головоломку на тему мозга обычного. И оказалось, что наблюдать за страстями реальной женщины Эми намного интереснее, чем за превращениями фантастической Люси.

Новый фильм Финчера "Исчезнувшая" снят по одноименному роману Джиллиан Флинн, который увидел свет в 2012 году, был назван "50 оттенков серого вещества для думающих женщин" и стал бестселлером.

Флинн сама написала сценарий, кое-что изменила и завещала Финчеру перенести на экран эту бескомпромиссную анатомию брака. Морально и физически Финчер был к этому готов.

Дело в том, что каждый уважающий себя режиссер рано или поздно в подтверждение своего мастерства отправляется в пустыню брака для того, что бы ответить на проклятые вопросы: куда уходит любовь и как спасти отношения? Полански снял об этом "Горькую луну", Бертолуччи "Спасительное небо", Кубрик "С широко закрытыми глазами", Триер "Антихриста".

Сегодня едва ли кто-то станет смотреть на большом экране классическую трехчасовую драму Бергмана "Сцены из супружеской жизни". Не тот жанр. Совсем другое дело - психотриллер и остросюжетный детектив.

"Исчезнувшая" Дэвида Финчера - это и триллер, и детектив на тему войны полов в брачный период. Здесь есть страсть, ложь, убийство, месть, коварство и безнаказанное зло.

Все начинается с того, что Ник (Бен Аффлек) обнаруживает загадочную пропажу своей жены Эми (Розамунд Пайк) в день пятилетия их супружества. С этого момента Финчер начинает раскладывать детективный пасьянс: "Леди исчезает", "Порочная страсть", "Основной инстинкт", "Женщина на грани нервного срыва"...

Можно сказать, что "Исчезнувшая" Финчера - это антиутопия брака. Герои фильма, конечно, не раз слышали, что брак - это постоянный труд и умение искать компромисс, но они считали, что эта заповедь не для них, наивно веря в бесконечность страсти. Это была пагубная самонадеянность. Страсть рано или поздно проходит. По Бегбедеру, она вообще длится год, потом нежность и, наконец, скука. Кого-то это устраивает, кого-то бесит.

Собственно, Финчер обратился к тому самому "кризису семи лет", с которым больше всего проблем и возникает. Герои "Исчезнувшей" знакомы семь лет, пять из которых живут в браке. Помнится, была даже такая картина "Зуд седьмого года" с Мэрилин Монро. Так вот этот самый зуд объяснить до конца до сих пор так никто и не смог. Вдруг, ни с того ни с сего все взрывается и начинаются ломки, как в тех классических женских стенаниях: "Опостылел ты мне!"

Никто не сомневался, что Финчер превратит половые игры супружества в триллер, но то, что он сделает это как проницательный патологоанатом, не ожидал никто.

"Мы подавляли друг друга и причиняли боль", - говорит Ник. "Это и есть брак", - отвечает ему Эми. Финчер делает из этого драматургию всего фильма, словно вторя афоризму Ницше: "Мужчина переживает о том, что причинил женщине боль, в то время как женщина переживает, что причинила недостаточно боли".

Вывод Финчера беспощаден: чем больше женщина жертвует собой ради мужчины, тем она коварнее превращает в жертву его самого. Если хотите, по закону компенсации.

Своим фильмом Финчер не дает никаких рецептов, он просто оставляет на нашей совести ответ на вопрос: можно ли в браке избежать того искушения, когда один вынуждает другого становиться хуже, чем он есть на самом деле?

"Исчезнувшая" - это картина о том, на что способна женщина, лишившаяся объекта страсти.

Точнее сказать, психоз Эми - это бунт против безразличия и деградации любимого мужчины. Женщина не понимает саму себя, в этой неопределенности ее природа, писал Ортега-и-Гассет. Она часто хочет чего-то, но не всегда знает - чего. Но есть и определенность. Эми (а в пределе обобщения - любая женщина) хочет чувствовать себя нужной и не чувствовать себя вещью (синдром "Бесприданницы"). Ей нужен не только секс, но и высокая классика, а "для Ника культура - это ТV-реалити-смартфон и рука, засунутая в трусы". Финчер показывает нам, как в сознании женщины мужчина ее мечты, муж и будущий отец ребенка превращается в ленивого, лживого и неверного супруга, способного ее убить. Надуманные страхи? Отчасти. Психоз? Безусловно.

Эми, с блеском сыгранная Розамунд Пайк, - типичная современная стерва, с ее обязательным атрибутом делать из мужчин все, что захочется. Ее метаморфозы от соблазнительной интеллектуалки до молчаливой простушки поразительны. Коварная интриганка и виртуозная притворщица, демоническая тварь и жертва одновременно. Она играет и флирт, и паранойю. И смотреть "Исчезнувшую" во многом стоит только из-за нее. Ее загадочность пугает: о чем она думает, что чувствует, чего от нее ожидать? Похоже, на эти вопросы Ник так никогда и не получит ответа.

Помимо тревожно-детективного жанра, который безупречно интонирует музыка Трента Резнора и Аттикуса Росса, "Исчезнувшая" - это еще и сатира. На современный лживый, фальшивый мир вообще и американский мир в частности.

Финчер - один из немногих современных режиссеров, который занимается исследованием нашего иллюзорного сознания. Мир для него - это фантом и матрица. Призрачная иллюзия поддерживается улыбкой, которую моментально тиражируют смартфоны и телекамеры. Знаменитое американское Keep smiling! Финчер превращает в сатирическую издевку. Улыбка становится у него признаком лжи. Вы обманываете других, но главное - вы обманываете самих себя, а это, как говорил герой "Голгофы", самое худшее, что я могу сказать о человеке.

Если в "Бойцовском клубе" Финчер диагностировал шизоидность человека как неизбежность мира потребления, то в "Исчезнувшей" он констатирует необратимую трансформацию личности: в современном медийном мире (а он весь медийный) стремление "казаться" полностью вытеснило желание "быть". "Мы были рады притворяться счастливыми", - говорит Эми.

Проницательный гуру Дэвид Финчер со свойственной ему иронией и цинизмом вновь поставил перед нами гогеновские вопросы: О чем мы думаем? Что мы чувствуем? Что мы делаем друг с другом? Что нам делать дальше? Осталось только ответить на эти вопросы. Чтобы быть, а не притворяться счастливыми. Если это еще возможно.