Қазақша
Русский
English
Может ли это быть болезнью, которую нельзя называть?
В соседней России уже второй месяц подряд у фермеров массово изымают скот на убой. В некоторых регионах введён карантин. По официальной информации, среди животных эпидемия пастереллёза и бешенства. На этом фоне Казахстан ввёл ограничение на ввоз мяса из нескольких регионов России "в целях недопущения заноса и распространения особо опасных заболеваний". О том, насколько ситуация опасна для нашей страны и может ли эпидемия перейти через границу, редакция Tengrinews.kz решила поговорить с казахстанскими экспертами. И от них внезапно услышала другой диагноз — ящур.
Есть ли ящур в 2026 году в Казахстане: что говорит Минсельхоз
Второй месяц с новостных лент российских СМИ (и не только) не сходят новости об "эпидемии, которую нельзя называть". Судя по публикациям в местных медиа, у фермеров в Сибири, Поволжье, Новосибирской, Пензенской, Саратовской, Омской областях и других регионах массово изымают скот — коров, коз, овец, свиней, а туши сжигают или хоронят. Счёт уже давно идёт на тысячи голов. Официально это объясняется мерами по "локализации вспышек пастереллёза и бешенства".
По мере того как изъятий становилось всё больше, люди, протестуя и пытаясь защитить свой скот, начали перекрывать подъезды к сёлам. И заявлять, что среди изъятых животных были и здоровые, а также что им не предоставляют результаты анализов, которые бы подтверждали, что у скота выявили именно пастереллёз и бешенство.
При этом российские фермеры, эксперты и издания всё чаще говорят о том, что симптомы у животных больше похожи совсем на другую болезнь.
На этом фоне Казахстан запретил ввоз скота и мяса из некоторых регионов России: Северо-Кавказского федерального округа — Дагестана, Ингушетии, Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии, Северной Осетии — Алании, Чечни и Ставропольского края, а также из Калмыкии, Бурятии, Астраханской и Новосибирской областей. Ограничения касаются ввоза и транзита живых сельхозживотных, генетического материала, мяса и мясной продукции, молока и молочной продукции без термической обработки.
Меры введены "в целях недопущения заноса и распространения особо опасных заболеваний". Но о каких именно заболеваниях идёт речь — в официальных казахстанских сообщениях о запрете на ввоз не уточняется.
При этом Министерство сельского хозяйства (МСХ) Казахстана не выказывает никакого беспокойства. Там в ответах на наши запросы заверяют, что эпизоотическая ситуация в стране стабильная. По их данным, среди животных есть лишь единичные случаи бешенства и пастереллёза, а фактов массового падежа скота нет.
"Очень похоже на ящур": почему вспышку могут скрывать, экспорт мяса и статус МЭБ
Председатель Мясного союза Казахстана Максут Бактибаев, к которому корреспондент Tengrinews.kz обратился за комментарием, тоже считает, что происходящее в России очень похоже на ящур. Он говорит, что это болезнь, которую не любят называть или стараются скрыть. Но почему? Ящур опаснее пастереллёза или бешенства?
Чем ящур отличается от бешенства и пастереллёза у скота
Как видно, бешенство имеет гораздо более серьёзные последствия для скота и человека. Ящур не смертельно опасен для животных, объясняет нам директор НИЦ ветеринарии и биотехнологии Западно-Казахстанского инновационно-технологического университета, доктор ветеринарных наук Гайса Абсатиров. Но почему именно ящур выгоднее скрывать?
Самый большой риск болезнь представляет для молодого скота — приплода, который тяжелее его переносит, отвечает учёный. И ещё дело в том, что заболевание очень заразное — распространяется моментально.
И таким образом, продолжает председатель Мясного союза Казахстана, вспышки ящура наносят удар по экономике. Если о заболевании узнают другие страны — они запретят ввоз мяса, чтобы не заносить эту болезнь. К тому же при вспышках ящура страна теряет благополучный ветеринарный статус, который присваивает международное эпизоотическое бюро.
"В бюро говорят: здесь хорошо, здесь плохо. Комиссии приезжают. Страны боятся потерять этот статус, потому что это уже напрямую экономическая безопасность. Теряешь статус — теряешь экспортные контракты, большие предприятия получают убытки. Сто процентов, это единственная причина, по которой болезнь не называют. Всеми силами скрывают. (...) Россия в этом случае просто не хотела терять контракты, потому что для них экспорт сельхозпродукции — это серьёзная статья валютной выручки и репутация. Поэтому скрывают", — делится своей версией происходящего Бактибаев.
Вспышка ящура в Казахстане в 2022 году: как справились
Эксперт напоминает, что и в Казахстане несколько лет назад ситуацию с ящуром долго не признавали публично. Только когда вспышка на севере страны стала слишком масштабной, её пришлось признать. Больных и контактировавших с ними животных утилизировали через сжигание.
После этого Казахстан потерял благополучный статус, а затем скот стали массово вакцинировать.
"В Казахстане скрывали до последнего, но настолько было много случаев, что мы были вынуждены это признать, потеряли статус. (...) В итоге мы смирились, получили новый статус. Сделали вакцинацию, обновили программы, и нам сказали: всё, теперь вам можно. Раньше статус был "без вакцинации", а сейчас "с вакцинацией". Это всё обратимо, просто требует времени. Два-три года надо заниматься", — объяснил Бактибаев.
В пример Максут Бактибаев привёл свой опыт. Несколько лет назад в его хозяйстве тоже был ящур, позже он вакцинировал всю ферму.
"Эта болезнь лечится. У меня есть три тысячи голов. Из них там все переболели. Может, голов 30 умерло от слабости. Это нормально, ничего страшного там нет", — уверяет эксперт.
Когда ящур охватил стадо его коров, добавляет он, были приняты следующие меры:
- умерших животных сожгли;
- тех, кто болел сильнее, сдали на мясокомбинат;
- тех, кто выздоровел, не трогали.
Можно ли есть мясо после ящура — правила обработки
Максут Бактибаев поясняет, что употреблять такое мясо можно, но только после строгой проверки и правильной обработки. Без контроля ветеринарных служб использовать его опасно.
"Главное условие — тщательная термическая обработка. Вирус ящура погибает при высоких температурах, поэтому мясо должно быть хорошо проварено или пройти промышленную переработку, например, в консервы или варёную продукцию. Сырым, вяленым или недожаренным такое мясо употреблять нельзя".
Также мясо животных после болезни не допускают к свободной продаже в сыром виде. Обычно его направляют на специальные предприятия для переработки.
Резюмируя, эксперт отмечает: ящур не приговор для хозяйства и жизнь после него не заканчивается. Однако для этого нужна большая работа: лечить животных, соблюдать ветеринарные меры и правильно распоряжаться продукцией. При грамотном подходе сохранить хозяйство и восстановиться после вспышки, уверяет он, вполне возможно.
Самое главное — сразу сообщить о выявлении заболевания и локализовать его, чтобы не допустить масштабной вспышки и не дать инфекции распространиться за пределы региона или страны.
Массовый убой скота при ящуре: зачем уничтожают даже здоровых животных
На вопрос о том, правильно ли массово забивать животных при вспышке болезни, председатель Мясного союза Казахстана отвечает, что действия России соответствуют протоколам:
"То, что они делают сейчас, — это неплохо и правильно. Так и нужно по правилам. У них ветеринарная служба гораздо сильнее нашей, работает жёстче и чётче. Они своевременно локализовали очаг вспышки в Новосибирской области и забили всех животных, которые могли быть потенциальными переносчиками. Население было против, но, по сути, проблему решили".
Эксперт поясняет, что отдельное заболевшее животное можно лечить. Но при массовой вспышке ситуация другая: переболевшая корова может остаться носителем инфекции и продолжить распространять болезнь.
Доктор ветеринарных наук Гайса Абсатиров делится примерно такой же информацией: при вспышке ящура нередко применяется так называемый метод полного уничтожения поголовья в очаге инфекции. Животных умерщвляют бескровным способом и затем утилизируют. Это как раз связано с тем, что болезнь очень заразна: вирус может передаваться воздушно-капельным путём, через слюну, подстилку, транспорт. То есть действия по их истреблению вполне понятные, когда речь идёт о ящуре.
"Резюмируя: то, что происходит сейчас в России, мы это уже сами пережили. Ничего плохого и сверхъестественного там не делается. Просто люди склонны драматизировать. Тут нужна была правильная разъяснительная работа. Сказать: это ящур, мы вам компенсируем ущерб, всё объяснить — и люди бы поняли. А там ничего не говорят. Свято место пусто не бывает — всё заполняется слухами, домыслами и теориями заговора", — делится своим мнением Максут Бактибаев.
Теории заговора: "Мираторг" и другие версии
Действительно, на фоне информационного вакуума соцсети быстро заполнили тысячи тревожных версий о том, зачем убивают животных. Предположения звучали самые разные — от "коммерческих интересов" крупных игроков рынка до совсем загадочных домыслов.
Одной из самых популярных версий стала история вокруг агрохолдинга "Мираторг". В России часть пользователей соцсетей связала массовый убой скота в Сибири с якобы интересами компании, из-за чего даже начали звучать призывы бойкотировать её продукцию.
Поводом для таких подозрений стало то, что под изъятие попадал в основном скот из частных хозяйств, тогда как поголовье крупных агрохолдингов, по словам местных жителей, не тронули.
Максут Бактибаев говорит, что это объяснимо: животных мелких фермеров уничтожали в первую очередь, чтобы болезнь не обрела глобальный масштаб.
"Большие предприятия не пострадали. Там нереальные капиталы, инвестиции, от этого зависит экономика всей страны".
Но из-за нехватки официальной информации в сети быстро разошлись слухи, будто мелкие хозяйства "зачищают" в интересах крупных игроков, которые якобы хотят зайти в эти регионы и занять рынок.
В соцсетях распространялись и более радикальные слухи — вплоть до утверждений, что владельцев хозяйств "специально" вводят в кризис. Подтверждений этим заявлениям нет.
Казахстан в зоне риска?
Кстати, директор центра ветеринарии и биотехнологии на западе Казахстана Гайса Абсатиров тоже уверен, что у соседей случилась вспышка именно ящура.
По словам профессора, при выявлении такой болезни страна должна в течение суток уведомить международные ветеринарные организации. Однако, как считает специалист, вместо открытого признания власти долгое время скрывали проблему.
Что касается рисков для нас, то эксперт уверенно утверждает, что в некоторых районах Западно-Казахстанской области уже могут быть первые признаки ящура. По его словам, это Бокейординский, Бурлинский и Жангалинский районы.
Он объясняет своё утверждение тем, что к нему за консультацией обращаются местные фермеры и симптомы, которые они описывают, больше всего похожи именно на ящур. Из-за этого владельцы хозяйств, по словам профессора, массово ставят вакцины скотине.
"Что предпринимают? Вакцинацию делают. Но тут нужна целенаправленная работа пока, и контроль, и мониторинг, и эффективность. Сейчас должны мониторить, работает ли вакцина. Если нет, значит, другую надо искать", — говорит Гайса Абсатиров.
По его мнению, болезнь могла попасть в страну из-за рубежа:
"Я думаю, что мигрирует из России к нам. Потому что были уже случаи, когда из-за несогласованности ветеринарных служб соседних государств через нас транзитом пытались из России провезти животных в Узбекистан, в Кыргызстан. Были скотоводы прямо с явными признаками ящура у животных — у них обильное слюнотечение, поражения носовой полости".
Примечательно, что в российских СМИ звучали противоположные версии — что "ящур мог быть завезён в Сибирь из северных районов Казахстана".
Сайгаки как переносчики ящура
К сказанному Гайса Абсатиров добавляет, что переносчиками ящура через границу могут быть и сайгаки. Заболеванию подвержены практически все парнокопытные животные — как домашние, так и дикие. Поэтому профессор призывает держать ситуацию под контролем, чтобы она не переросла в ветеринарно-экологический кризис. Его может спровоцировать то, что численность сайгаков остаётся высокой, а уже в мае ожидается приплод, после чего поголовье ещё увеличится.
В случае масштабной вспышки болезни, считает профессор, могут понадобиться жёсткие меры по изъятию заражённых животных, как это делают в других странах.
"Выход, единственный выход сейчас — надо профилактическую вакцинацию проводить всех восприимчивых животных. А сайгаков с явными клиническими признаками — их надо, как говорится, изымать и уничтожать. Всё, больше нет выхода", — уверен он.
Но Минсельхоз Казахстана, напомним, считает ситуацию стабильной, а обращения редакции с запросами раскрыть подробности — так же как и вопросы о ящуре — оставляет без ответов.
А что касается возможной вспышки болезней среди сайгаков, то на это в ведомстве заявляют, что с начала 2026 года проведено 179 исследований диких переносчиков "особо опасных болезней" и ничего не обнаружено:
"По результатам лабораторных исследований Национального референтного центра по ветеринарии случаев особо опасных заболеваний среди дикой фауны на сегодняшний день не зарегистрировано".
Таким образом, Минсельхоз уверяет, что поводов для беспокойства нет.
А эксперты, с кем мы говорим, в один голос напоминают: Казахстан уже проходил подобные кризисы и знает, как бороться с ящуром. По этому опыту можно утверждать, что ситуация при вспышках не безвыходная, если реагировать вовремя — вакцинировать, вводить ограничения, локализовать очаги и принимать меры по сдерживанию инфекции.
Да, ящур — это заболевание, о котором не любят говорить вслух и которое чаще скрывают. Но в таких случаях лучше всего работает обратный подход: чем быстрее заболевание признать и начать действовать, тем меньше оно распространяется и тем легче последствия.
Читайте также:
Как водные ресурсы Казахстана оказались в частных руках и нужно ли вернуть их государству
Достояние или тушёнка? Что происходит с сайгаками в Казахстане и нужно ли их убивать
+7 (777) 001 44 99
