1. Главная
  2. Почитай

"В 42 пойду в депутаты". Илья Ильин о хейте в соцсетях, карьере и результатах Олимпиады в Токио

Интересная и полезная статья ✅ "В 42 пойду в депутаты". Илья Ильин о хейте в соцсетях, карьере и результатах Олимпиады в Токио ⚡ Читайте онлайн публикации на актуальные темы на интернет-портале Tengrinews.kz.
  • ПОДЕЛИТЬСЯ
  • Vkontakte
  • Facebook
  • Twitter
  • Одноклассники
  • Telegram
Новостью поделились: человек

Фото: Алихан Сариев Фото: Алихан Сариев

Мы встретились с казахстанским тяжелоатлетом Ильей Ильиным, чтобы узнать о том, что нового происходит в его жизни, а главное - его мнение об Олимпиаде-2020 в Токио. Сейчас Илья руководит ледовым комплексом в Кызылорде, и именно там он и предложил встретиться. Стоило ему войти в здание, как все вокруг сразу заулыбались, десятки ребят окружили спортсмена с просьбой сфотографироваться. "Маски, маски, ребята, не подводите меня!" - настойчиво обращается Илья к посетителям. Мы поднимаемся на второй этаж, где и находится кабинет директора. Здесь на столе видим несколько книг: одна - про нефть, вторая - что-то из мотивационного. Повсюду раздаются звонки, вопросы, просьбы. "Это хорошо, - признается Илья, - я люблю, когда жизнь кипит". 

- Мы сейчас ездим по региону, а Кызылорда вашего детства - она какая? Бывали ли вы в области? И что бы вы хотели здесь изменить как коренной житель?

- Я помню Кызылорду в возрасте шести лет где-то, вспоминаю свой детский сад, арыки с водой, зелень, очень жаркое лето и ветреную зиму, яркий, светлый город, у меня довольно добрые воспоминания о нем. Я здесь вырос, до 16 лет прожил, потом уехал на сборы, жил в Алматы, Нур-Султане, снова сюда вернулся. Мои родители сейчас проживают в Нур-Султане, а в Кызылорде у меня брат родной, он директор спортивной школы, двоюродный брат работает под моим руководством, он следит за холодильной установкой.

Раньше Кызылорда была компактнее, чем сейчас, процентов на 30-40 город разросся, что очень радует. Центр у нас всегда был такой пышненький, а за центром - одноэтажные дома, и дальше инфраструктура не сильно была развита. Сейчас уже не скажешь так. Так называемый район "Шанхай" уже очень близок к городу, там и школы спортивные есть, и все остальное развито. За последние 10 лет мы построили левый берег, что очень приятно. Кызылорда не осталась позади других регионов, мы свое почетное место среди всех занимаем, сейчас наш бронзовый призер Олимпиады приехал, и в спорте все неплохо у нас.

В прошлом году я побывал в Жосалы и Шиели (поселки в Кызылординской области - прим. авт.), смотрел там залы тяжелой атлетики. Где-то они оставляют желать лучшего, но где-то мне понравилось. Если считать, что это поселки, то нормально. Я для того и приехал в регион, чтобы развивать здесь все это. 

Что бы я поменял в регионе? Вода здесь в нехорошем состоянии, горячей вообще нет. Этот вопрос уже давно стоит. Все эти коммуникации нужно менять. Это прям проблема для жителей. Я думаю, все о ней знают и хорошо было бы ее решить. 

- Мы заметили, что в регионе в основном говорят на государственном языке. Как у вас выстроены коммуникации, учите ли вы язык?

- Я столкнулся с отсутствием школ казахского языка для взрослых. Существуют же взрослые школы английского языка. Может, я плохо ищу и это моя ошибка, но я действительно не могу найти место, куда бы я пришел, а там еще 10 таких же, как и я. Я пробовал учить язык индивидуально, но у меня не очень получается. Можно, конечно, погрузиться в языковую среду, пожить где-то в ауле, но для этого потребуется несколько лет.

А если бы была школа, где я мог сесть и не стесняться того, что я неправильно что-то говорю, не бояться, что меня будут поправлять при каждом моем неправильном высказывании, спокойно учиться, так было бы здорово. Ну не пойду же я с детьми учиться! А так в коллективе меня народ потихоньку учит. 

- Директором ледового комплекса "Мұз айдыны" вас назначили в мае прошлого года. Можно уже подвести промежуточные итоги вашей работы? Вы не пожалели, что из большого спорта ушли на госслужбу?

- В условиях пандемии фактически здесь я работаю месяцев восемь, пока еще рано что-то говорить, сейчас только набираю обороты. Но за все это время я ни в коем случае не пожалел, что сюда пришел.

Ну куда мне идти дальше? Ну тренерство - замечательно. Сейчас я веду занятия онлайн, это как хобби мое. Записываю видео, набрал группу людей, не штангистов, а тех, кому интересны занятия спортом. Пытаюсь понять, мое или не мое. В сборной Казахстана по тяжелой атлетике, там все укомплектовано, есть главный тренер, все необходимое. Я могу поддерживать их, проводить какие-то мастер-классы, передавать знания, два-три дня с ними побыть, дальше у них там все построено. В Федерации тяжелой атлетики Казахстана я бы себя, конечно, видел, но так получилось, что пока там все на паузе.

Я давно говорил, что хочу стать спортивным менеджером, управленцем, поэтому я здесь. Пока не на 100 процентов все получается, но коллектив не жалуется, дети занимаются, мероприятия проводятся. 

Сейчас мне 33, а в 42 я планирую пойти в депутаты. Я ведь не сразу стал заслуженным мастером спорта, вначале был перворазрядником юношеским. А на госслужбе я руководствуюсь теми же принципами, что и в спорте. Мне дали "Мұз айдыны", и я хочу, чтобы коллектив говорил: "Илья молодец, нас хорошо понимает" или "при Илье не было холодно", грубо говоря, "зарплату вовремя давали". Чтобы обо мне не только как о спортсмене хорошо говорили, но и как об управленце. А как только я буду готов идти дальше, то пойду дальше. 

- В декабре прошлого года вы получили еще одну должность - главного научного сотрудника при Национальном научно-практическом центре физической культуры. А в эту область как вас занесло?

- Я доктор PhD, у меня есть докторская степень, и вот как-то меня рассмотрели в лице главного научного сотрудника. Сейчас думаю над тем, какую статью написать в научный журнал, это будет материал либо по тяжелой атлетике, либо по менеджменту, либо по психологии.

Видите, у нас, у спортсменов, есть очень много знаний внутри, которые мы получили за 20 лет, теперь их нужно правильно вытащить. Спортивное питание, диетология, правильное поднятие штанги, психология после ухода из спорта, как нужно вести себя при олимпийском цикле, как восстанавливаться - это все тоже внутри меня заложено, и теперь нужно только правильно вынести на бумагу. 

- Под новостью об этом вашем назначении было очень много хейта. Комментаторы называли вас магистром химии и задавались вопросом, уж не о допинге ли вы собираетесь писать научные статьи? Как вы относитесь к такого рода шуткам в ваш адрес?

- Я читаю комменты, но если их будет за 500, то просто не успеваю этого делать. К таким комментам, о которых вы говорите, я отношусь с юмором. Для меня это смешно, прикольно. Такое обижало раньше, когда я был болен еще внутри, у меня душа болела, рана была, ведь у меня были и максимально пиковые моменты, и максимально критические моменты, которые я пережил. Сейчас я уже проще на эти вещи смотрю.

Вообще я думаю, что те люди, которые пишут позитив, и те, которые хейтят, - это разные люди. Потому что если человек понимает изнутри ситуацию, элементарно проводит анализ, он говорит: "Слушай, я приблизительно ситуацию вижу, понимаю", он негативную энергию передавать не будет. Конструктивная критика - это хорошо, я ее рассматриваю, делаю выводы. А если деструктивно, то таким надо посмотреть на себя: что ты сделал в этой жизни, что планируешь, что делаешь сегодня. С другой стороны, чтобы такого хейта не было, нужно делать медали. 

На этом наше интервью прерывается, Илью срочно вызывают в акимат на встречу с Камшыбеком Кункабаевым - боксером-кызылординцем, завоевавшем бронзовую медаль на Олимпиаде в Токио. Через пару часов мы снова встречаемся, чтобы как раз поговорить об Олимпиаде. 

- Илья, Олимпийские игры в Токио. Что. Это. Было. 

- Давайте разберем. Это не позор! Это восемь бронзовых медалей, они почти золотые, просто чуть-чуть не доработали.

Первое, тяжелая атлетика. Мы очень сильно пострадали из-за допинговых скандалов, и у нас всего было две лицензии, а это топовый спорт в Казахстане, из двух лицензий - две бронзы. Зульфию (Чиншанло - прим. авт.) жестко подсуживали, из пяти подходов три ей не засчитали, хотя она смело могла бы второй стать, это 99 и 9 процента. Ну не дали нам больше лицензий, сказали: "У вас проблемы, вы их решите, а потом мы вам больше дадим". А так, может, и я поехал бы, будь в хорошей форме, серебро, может быть, и принес бы. Дальше бокс. Здесь мы просели в менеджменте. Вы помните прошлый год, это проблемы с федерацией, АИБА (международная ассоциация бокса - прим. авт.) что-то запретили, не дали. В МОК сами взялись за организацию Олимпийских игр в боксе. 

Что еще. Баландина не было - то есть темной лошадки, победителя в других видах спорта, в которых мы не ожидаем. И с Олей Рыпаковой не получилось. Легкая атлетика, плавание - там можно было поднажать. Я думаю, в НОК три-четыре года идут большие изменения какие-то. ДШНК (дирекция штатных национальных команд - прим. авт.) отдали под неолимпийские виды спорта, менеджмент еще не раскрылся правильно в работе, федерации взяли на себя все. 

- Боец MMA Куат Хамитов очень эмоционально отреагировал на выступления нашей сборной. Одна из его цитат: "Привозят легионеров, а на местных спортсменов смотрят как на скот..."

- Легионеры - это неплохо, не надо делать из них зло. Конечно, если ты берешь легионера готового, завтра Олимпиада, и потом он уехал - это чисто коммерция, это никому не нужная медаль.

Но если ты берешь легионера, а еще лучше хорошего тренера с двумя-тремя легионерами, эту систему внедряешь в Казахстане, и эти три ученика с тренером на протяжении четырех лет здесь тренируются, всю сборную Казахстана укомплектовывают, для них создаются все условия, то это будет плюс в легионерстве.

А еще лучше будет, если с двух сторон подтянуть: и в инфраструктуру вложиться, и в легионеров.  

- Кстати, об инфраструктуре. Одна из основных проблем - это то, что не все дети сегодня имеют доступ к занятиям спортом. 

- Такая проблема существует. ФОКи мы ведь не от хорошей жизни строим, а оттого, что не хватает залов спортивных. В основном у нас только залы бокса, борьбы, может, футбола. Но государство все делает планомерно: строительство ФОКов, квоты для специалистов, тренерство. Это работа не одного года.

Сейчас в пандемию это все просело, бюджеты порезали, все ушло на здравоохранение. Я вот тут работаю и вижу, что у нас три ФОКа должны были открыться, но все на паузе, ничего не строится. Подожди, говорят, Илья. В некоторых регионах даже спортинтернатов нет. В Костанае, например. А ведь это большой регион. Получается, ДЮСШ (детско-юношеская спортивная школа - прим. авт.) работает, доводит до определенного момента ребенка, потом его отдают либо в Алматы, либо в другой город. И таких я не знаю сколько регионов, из 16, наверное, в пяти-шести есть интернаты, в остальных - нет. 

- На этой Олимпиаде золото взял узбекский тяжелоатлет Акбар Джураев - воспитанник казахстанского тренера Ержаса Болтаева. Когда-то Ержас был и вашим личным тренером, а потом его лишили аккредитации и ему пришлось уехать из Казахстана. Получается, мы не ценим своих. 

- Я бы сказал, мы упускаем своих. Акбар действительно хорош, он еще в Париже выиграет, вплоть до Лос-Анджелеса этот парень будет вести. С Ержасом мы давно по душам, конечно, не общались. Жду момента. А так я его поздравил. Я ему сказал: "Ержас, тут шум, твой номер все просят", а он говорит: "Я знаю, через пару дней приеду".

Ну не мог он остаться в стране. Что ему еще оставалось делать? Детей тренировать? А тут его приглашает другая страна: вот тебе условия, мы в тебя верим, давай к нам. И Ержас решил поехать, чтобы развивать себя и создавать олимпийских чемпионов.

Зла он ни на кого не держит, может, небольшая обида в голосе была. Говорит, я еще с удовольствием вернусь и поработаю, для своей страны поприношу золотые медали. Он очень переживает за то, что так все вышло. 

- А что нужно делать уже сейчас, чтобы в следующих Играх мы все-таки взяли золото?

- Одно из условий - повысить зарплаты тренерам. Я могу ошибиться, но в регионах они получают что-то до ста тысяч. А когда низкая зарплата, очень трудно развиваться. Можно только на старых дрожжах работать, очень трудно в себя вкладывать.

Наши тренеры отстают по знаниям, они не знают, что такое нутрициология, диетология, правильное питание, даже элементарно физиологию человека могут не знать. Ведь чтобы постоянно обучаться, нужен энтузиазм, деньги. А когда у него 40 детей-подопечных, еще своих трое и зарплата маленькая, то на себя энтузиазма нет, денег тем более, есть только старые знания, которые заложил университет и тренер.

Что касается долгосрочной перспективы, то, как я уже говорил, нужно посмотреть по регионам, где не хватает интернатов. И массовый спорт нужен. Сейчас, наверное, говорить об этом не актуально, но тем не менее нужно привлекать детей как-то. В порядок приводить то, что есть. Если зал, то он не должен быть советских времен. Он должен быть красивым, ярким, чтобы мама привела ребенка и там им было приятно находиться. А у нас не везде возникает это чувство.  

- Если вернемся к Олимпиаде в Токио, в этом году было несколько скандалов, которые уже связали с политикой: случай с белорусской легкоатлеткой и российской гимнасткой. Вы согласны с тем, что на Играх все больше политики и все меньше спорта?

- Олимпийский спорт - это лицо страны, большие деньги, престиж, дополнительные инвестиции. Все это очень сильно переплетено и с политикой, и с бизнесом.

О белорусской спортсменке судить не могу, я не знаю их реальную ситуацию в стране, а вот то, что произошло с российской гимнасткой, - это политика, причем связанная с большими деньгами. Сказали бы израильтянке, ты хотя бы чисто сработай. И такие вещи повсеместно. Я был на Олимпиаде в Рио-де-Жанейро, со слезами приехал туда и со слезами уехал, зачем поехал, непонятно, и я видел там, как одного российского борца засудили прям, он народ успокаивал. Есть такие вещи, когда настолько все политизировано. Иногда кто-то должен выиграть и все, хоть ты тресни. К сожалению, Казахстан тоже оказывается в этом клубке политических интриг, нас за компанию что ли засуживают. 

- В своих социальных сетях вы сейчас проводите марафон "60 дней без сахара". Каково это жить без сахара, поделитесь с нами вашими результатами. 

- Первую неделю было довольно сложно. А во вторую - уже нормально. Почему я это делаю с народом? Потому что одному очень тяжело сдержаться. А когда ты видишь, что на тебя смотрят 50 тысяч человек и еще кто-то идет за тобой, то должен им соответствовать.

Вот я вчера прилетел и меня так потянуло на сладкое. Дома сладкое, здесь сладкое. Ой, вы не представляете, как я держался, я все сложил в один пакет, чтобы ничего не видно было, и успокоился. Сегодня захожу в магазин и ко мне подходит охранник, говорит: "Илья, блин, я сорвался, мне так неудобно перед тобой". Это было так мило (смеется). Я ему ответил: "Ты галочку сделай и иди дальше".

В запрещенных продуктах у меня сахар, шоколад, кейки, торты. Но без фанатизма. Фрукты можно. Чай пью со стевией. Я думаю, что привыкну к этому через полгода. 

- Назовите 5 топ-рекомендаций от Ильи Ильина для казахстанцев. 

- Во-первых, считайте калории, поймите, что такое белки, жиры и углеводы. Для этого есть специальные программы на телефоне. Это займет 15 минут вашего времени. У вас есть норма, не заходите за ее пределы. Во-вторых, меньше сахара и мучного. Если постоянно есть пельмени и бесбармак, то, конечно, животик будет расти. В-третьих, спорт: через день ходишь, бегаешь, 10 тысяч шагов в среднем либо посещаешь зал. В-четвертых, хороший сон. Ну и последнее, узнавайте себя побольше, записывайте цели на месяц.

Текст: Анастасия Солнцева. Фото: Алихан Сариев





Join Telegram