1. Главная
  2. Посмотри

"Живем одной надеждой на Бога, президента и море". Сейчас Аралу плохо как никогда

Сильнейшая засуха в некоторых регионах Казахстана в этом году обрекла на голодную смерть десятки домашних животных. В списке несчастливых оказались
  • ПОДЕЛИТЬСЯ
  • Vkontakte
  • Facebook
  • Twitter
  • Одноклассники
  • Telegram
Новостью поделились: человек

Фото: Алихан Сариев Фото: Алихан Сариев

Сильнейшая засуха в некоторых регионах Казахстана в этом году обрекла на голодную смерть десятки домашних животных. В списке несчастливых оказались поселки Аральского района Кызылординской области. Когда корреспонденты Tengrinews.kz интересовались маршрутом у местных, в ответ слышали: "А вы уверены, что сможете это видеть, это не для слабонервных". О жизни в глубинке под палящим солнцем читайте в нашем репортаже. 

Прежде чем отправиться в села, пострадавшие от засухи, мы прибыли в Аральск. Отсюда до нужных нам мест часа полтора езды на машине. А перед дорогой есть немного времени, чтобы ознакомиться с городом. Удивила женщина на ресепшене в гостинице, она сначала долго и пристально смотрела на меня, а потом спросила: "Вот вы ведь из Алматы, скажите, а коронавирус правда существует?" "Правда", - ответила я и задумалась: "Неужели здесь все такие". Но нет. Гуляя, видим, что в Аральске так же, как и в Алматы, кафе работают строго по часам, а люди ходят в масках. 

По нашим ощущениям на улице больше 40, но гугл упрямо выдает всего 32 градуса. Впрочем, местные, как мы видим, к таким условиям приспособились. 

Кажется, что это город, у которого нет тени, здесь катастрофически мало зелени. Укрыться от солнца можно разве что в этих магазинчиках, в Аральске их много. Чего тут только нет - от магазинов одежды до шиномонтажек. 

Заходим в столовую. Утро здесь начинается не с кофе: за соседний столик присаживаются местные постояльцы, все заказывают по кружке пива. "Это еще не жара! У нас здесь в июле и 50 градусов бывает", - говорит один из них.

В двух шагах - центральная площадь. Выглядит она сейчас довольно пустынно.

Вообще, если бы городам присваивали цвета, то Аральску бы достался серо-песочный.

Обувь здесь нужно подбирать скорее не для красоты, а для комфорта. Под ногами вместо асфальта - сплошной песок. 

Автобусов тут нет, местные добираются на работу на такси. Если водителю по пути, то поездка обойдется в сто тенге, а если нет - то от двухсот тенге. Из машин чаще других нам встречались "Жигули".

Едем с водителем, интересуемся регионом. "Не хочу никого ругать, но вот был здесь аким Мархабат Жайымбетов, при нем многое делалось, а после него будто все застыло. Это депрессивный регион. Весной у нас как дождь - так потоп. Арычной системы нет, центральной канализации нет, а из-за этого сейчас комары", - рассуждает мужчина. 

Немного цифр, которые нам подсказали местные. Сейчас здесь проживают около 37 тысяч жителей. Средняя продолжительность жизни - 60-70 лет. Средняя зарплата - 120-150 тысяч тенге.

"А люди часто болеют?" - спрашиваем у жителей.

"Болеют, чаще всего это проблемы с сердцем, легкими, много диабетиков, молодежь стала болеть, - говорит один из собеседников. - В городе есть несколько больниц, поликлиника, но там нужны кадры и оборудование старое". 

Следующая наша остановка - местный базар.

Сюда мы решили заглянуть, чтобы узнать цены на мясо. Из-за засухи и, соответственно, больших расходов на сено они могли вырасти. Но пока, говорят продавцы, все по-старому. Килограмм говядины - 1 900 тенге. 

После базара мы еще немного погуляли по городу и заглянули в областной архив. Здесь хранятся 60 тысяч важных исторических документов. Знакомимся с его руководителем Болатбеком Куатовым. В архиве он работает 15 лет, до этого был учителем истории, написал книги про аральцев во Второй мировой войне и героев труда. 

"За последние три года Аралу плохо как никогда, - считает мужчина. - В этом году даже трава перестала расти, животные, люди болеют. Каждый день летом бураны, пыль, засуха. В море вода грязная, птицы, которые там летают, становятся разносчиками болезней".  

- А вы никогда отсюда не хотели уехать?

- Нет! Зачем? Я бы никогда не бросил свою землю, у меня душа за нее болит. 

- А как молодежь?

- У меня трое детей и четверо внуков, дочка в Алматы живет, возвращаться не хочет, внуки здесь учатся, кто-то мечтает стать президентом, кто-то - генералом (смеется). Если они захотят остаться здесь, я не буду против. В городе есть профтехучилище, а институтов нет. Надо бы открыть, чтобы молодежь могла получить высшее образование. 

- А в чем видите решение проблем Арала?

- Нужно внедрять израильские водосберегающие технологии, специальная программа нужна по спасению моря, правительство должно видеть, как люди живут. 

Мы идем дальше и по пути заглядываем в один из частных двориков. Здесь живут пенсионеры Алмагуль и Бозкулан.

Из скотины держат верблюдицу и верблюжонка. Малыш выглядит настолько изможденно, что его горб от истощения даже упал на бок. Мама сейчас ушла в степь в поисках пищи. 

"Им нужно пастбище, а его нет, - объясняет женщина, - животные приходят исхудалые. Если бы море пришло, была бы влажность, травы бы больше было, а так везде засуха. Мама там откусит, здесь надкусит, придет, а молока у нее нет. Когда пастбище было богатым, верблюдица давала молоко, шубат делали. А сейчас хорошо, если на малыша будет. Так мы их подкармливаем, даем комбикорм. Один мешок стоит две тысячи, в месяц мешка четыре берем. Но это их не спасает, а помогает лишь выжить".

Получается, если у человека, условно говоря, 10 коров, то он тратит 80 тысяч тенге в месяц, а это уже почти зарплата по местным меркам. К слову, у Алмагуль пенсия - 65 тысяч тенге и никаких компенсаций. Впрочем, как нам сказали жители, это раньше здесь в каждом доме держали по 10-20 животных, сейчас одно-двух с трудом могут прокормить. 

Рядом находится небольшой платный бассейн. Это единственное развлечение для местной детворы. 

А на противоположной стороне судя по всему когда-то было озеро, сейчас оно высохло, осталась одна соль. Говорят, в местности таких несколько. Печалит тот факт, что возле него люди устроили несанкционированную свалку. Прямо при нас мужчина, дом которого находится в двух шагах от этого места, вышел и не стесняясь понес пакет на "мусорку".  

И в этой хаотичной картине на огромной куче отходов пасется корова. У бедняжки одна кожа да кости. Нам показалось, что образ этого несчастного животного будто символизирует все происходящее вокруг. 

С этого места мы отправляемся в путь до Мергенсая. Это один из тех сельских округов, которые больше всего пострадали от засухи. Всего их семь. В дороге мы сделали еще несколько говорящих  фотоснимков. 

В Мергенсае есть школа и детский сад, жители здесь занимаются рыболовством и скотоводством. Мы приехали в самый разгар дня, в это время находиться на улице невозможно. Но на одной лавочке мы заприметили этих ребят. 

Взрослый мужчина представился Танатаром. Его имя переводится как "скоро будет светать". Да и сам он под стать своему имени не унывает.

"Я осенью рыболовством занимаюсь, но сейчас в такую жару рыбы нет. Еще держу верблюдов, коров, баранов, лошадей, коз. В этом году сено приходится закупать. Недавно из Жамбылской области привезли два вагона травы, мы деньги собрали, наняли два КамАЗа и привезли сюда. За один рулон платим 10 тысяч тенге. Например, если у тебя пять коров, то одного рулона хватает на три-четыре дня. У меня в месяц по 15-20 рулонов уходит".

- Ваши дети по вашим стопам пойдут?

- Нет, они в городе будут жить. Например, в Кызылорду, Алматы или Актобе поедут, сын хочет быть строителем.  

По соседству с Танатаром живет Мария-апа. В Мергенсай она переехала 63 года назад. Ее муж когда-то здесь работал рыбаком, а потом он умер, и женщина одна воспитывала восемь детей, работала уборщицей в школе. Сама себя она называет матерью-героиней, а на вопрос, сколько у нее внуков, смеется, говорит, что, наверное, больше 20.  

Вот что она нам рассказала:

"Раньше такого не было, а в этом году снега почти не было и дождей, из-за этого трава и не растет. Помощь обещали, но пока ее нет. Сено дорогое, чтобы купить его, придется продавать скот. А сделать это мы не можем, так как вся скотина худая, как такую продашь. Если бы был комбикорм, мы купили бы, но его нет, нам только привозят отходы пшеницы и ячменя. Где-то картоном кормят, а у нас и его нет. Только вода есть". 

Раньше море было совсем рядом с домом Марии-апа, сейчас на этом месте голая степь. Чтобы увидеть море, мы проехали еще 60 километров. Говорят, на дне начали высаживать саксаул, он позволяет остановить оползневый песок, но там, где пролегал наш маршрут, саксаула мы не видели. Зато видели горы мусора. 

И вот мы подъехали к берегу. Единственное, что напоминает здесь о жизни - это пасущееся стадо коров. Как нам объяснили, они прямо здесь живут, изредка хозяин навещает их. Пьют соленую воду и жуют то, что придется. А что придется, это уже вопрос. 

В воздухе витает что-то необъяснимо тяжелое, во рту едкий привкус, от пыли и запаха начинает болеть голова. И в этой пустоте мы вспоминаем слова одного из местных, которые будто все объясняют. 

"А что нам теперь делать? Все надеются, что когда-то море придет, надеются, что когда-то трава будет богатой. Здесь люди живут одной надеждой на Бога, президента и море..." 

Текст: Анастасия Солнцева. Фото: Алихан Сариев





Join Telegram