В больничке лежим с Владимиром Алексеевичем Толоконниковым.
Не удержалась сегодня, подошла поговорить.
Спрашиваю, что важнее всего в этой жизни?
Отвечает:
- Дети твои и любовь народная.
Смеется: - Я, говорит, лицом-то не вышел, а сыновья мои красавцы, в мать пошли. Жду внучков, даст бог.
Эх, если бы я мог прожить жизнь заново, я бы ценил то, что имел и никогда не грешил.
Успокаиваю: "Так все мы не без греха, идеальных нет"...
Отвечает: "Нет, мы рождены, чтобы удержаться от греха... а не можем".
Я желаю дяде Володе выздоровления и напоминаю про роль в "Собачьем сердце" с самим Евстигнеевым... Грустно так на меня посмотрел и говорит: "Ну что ж вы напоминаете мне про это... я пытаюсь забыть. Не будет больше такого кино. Настоящего. Грустно мне...
Напоследок пожелал мне любви и не одиночества. Нельзя быть одной, это страшно, сказал дядя Володя, закуривая третью сигарету подряд (хоть и нельзя ему).
Народный артист СССР, России и Казахстана.
Говорит: "Я - закоренелый алматинец и все, что делал и делаю только для вас, для народа".
И еще, говорит, самый родной и близкий человек в жизни - это мама. Я каждый день ее вспоминаю. Женщины-то они обмануть могут, а мама - никогда. Береги ее и люби всегда...
А я пожелала ему скорейшего выздоровления еще раз, сказав, как он нам всем нужен. Глаза заблестели, улыбнулся широко, обещал сыграть спектакль по выздоровлении в Лермонтовском, в котором он уже 24 года, как бессменно играет.
Будем ждать, дядя Володя.
