Қазақша
Русский
Несмотря на то что у казахстанцев сегодня есть доступ к огромному объёму медицинской информации в интернете, многие по-прежнему верят, что онкологию можно вылечить черепашьим супом, а серьёзное аутоиммунное заболевание — ядами, настоянными на нашатырном спирте. В социальных сетях жителям страны предлагают десятки альтернативных способов избавиться от болезней, и нередко люди соглашаются на опасные эксперименты со своим здоровьем.
Почему, несмотря на доступную медицину, обилие информации и предупреждения врачей, люди всё ещё ищут исцеления у знахарей и целителей без медицинского образования, разбирался корреспондент TengriHealth.
Как неизлечимые болезни лечат желчью и жиром
В прошлом году частный фонд защиты природы TASBAQA забил тревогу: зоозащитники обнаружили аккаунт казахстанского блогера с аудиторией на тот момент около 300 тысяч подписчиков, через который знахарь, остававшийся за кадром, рекламировал в Instagram лечебные супы из черепах, змей и ежей. Автор утверждал, что они помогают избавиться от онкологических заболеваний, цистита, простатита и даже бесплодия.
Представители фонда направили обращения в МВД и Министерство здравоохранения с просьбой обратить внимание не только на использование краснокнижных животных при приготовлении этих средств, но и проверить заявления об эффективности "снадобий" для лечения столь серьёзных заболеваний.
После переписки с государственными органами человека, который непосредственно продавал эти супы, привлекли к административной ответственности и оштрафовали.
Со страницы в Instagram, на которую ссылались зоозащитники (мы намеренно не указываем аккаунт, чтобы не делать ему рекламу — прим. редакции) действительно исчезла реклама черепашьих и ежовых супов.
Однако сейчас на смену им пришли многочисленные публикации о пользе соков лопуха, змеевика, отвара из косточек фиников и тому подобных. По утверждению авторов роликов, эти средства помогают при заболеваниях сердца, щитовидной железы и печени.
Здесь же рекламируются лечебные женские тампоны, которым приписывают способность лечить целый список гинекологических и урологических заболеваний.
Сейчас у автора блога, о котором идёт речь, уже более полумиллиона подписчиков. Новые посты появляются регулярно, и практически каждый вызывает большой отклик аудитории.
В комментариях пользователи не только пишут отзывы, но и интересуются, можно ли заказать товары целителя за пределами Казахстана. Судя по всему, такие способы есть — люди благодарят за полученные посылки.
Как народная медицина может довести до реанимации
Совсем недавно председатель пациентского сообщества людей, живущих с системной красной волчанкой, Lupus Kazakhstan Жанна Базарова столкнулась с похожими постами в соцсетях и решила связаться с автором публикаций.
"На днях вижу рекламу "чистки кишечника". А я знаю, что такие процедуры могут быть опасны, особенно если речь идет о тонком кишечнике, где находится значительная часть нашей иммунной системы. Когда я попросила у автора рекомендаций показать диплом или хотя бы сертификаты, она мне написала: "Уши, лапы и хвост — вот мои документы" и заблокировала. То есть они уже откровенно издеваются из-за своей безнаказанности".
Она не смогла пройти мимо сомнительной рекламы, потому что сама несколько лет назад пострадала от альтернативных методов лечения. Тогда Жанна наткнулась в соцсетях на рекламу, в которой пожилая женщина рассказывала, как она с помощью апитерапии (лечение пчелиным ядом) избавилась от системной красной волчанки, и поверила этой рекламе.
"Мы все выросли на книгах советского времени и хорошо помним рассказы о том, как дедушки лечили суставы пчёлами. Поэтому сама эта идея не показалась мне странной", — рассказывает она.
На приёме у Жанны не попросили результаты анализов, хотя на тот момент показатели крови говорили о выраженном воспалении в организме, что было явным противопоказанием для такой процедуры.
"Уже на втором сеансе женщина поставила мне 45 пчёл. Она просто одну за другой прикладывала насекомых: ужалила — следующая, ужалила — следующая. Сначала я думала, что их будет две-три, но она продолжала и продолжала. Почему я точно запомнила, что их было 45? Потому что я заплатила за каждую", — продолжает Жанна.
После курса апитерапии состояние героини настолько ухудшилось, что она попала в реанимацию. Дело в том, что при системной красной волчанке любые методы, способные стимулировать иммунную систему, требуют особой осторожности, а эффективность апитерапии при этом заболевании не доказана.
"Причём уже после выписки я связалась с этой женщиной и попыталась рассказать о том, что со мной случилось, но она меня просто заблокировала", — вспоминает председатель пациентской организации.
К сожалению, апитерапия стала для Жанны не единственным неудачным опытом использования альтернативной медицины.
"У меня был опыт лечения ядами, настоянными на нашатырном спирте. Их нужно было пить по чайной ложке по схеме, которую назначил травник, приехавший, как мне сказали, из Китая. Я поверила ему и принимала эти настойки. Мне постоянно было плохо. Но тогда воспаление из-за волчанки было настолько сильным, что я не сразу поняла, насколько мне вредят сами яды", — вспоминает Жанна.
Остановилась она только после того, как об этом узнала её лечащий врач.
Сильного обострения после "лечения" не случилось, но желудок она себе испортила, говорит девушка.
Почему даже образованные люди верят знахарям?
Жанна пытается объяснить, почему даже образованные пациенты обращаются к альтернативной медицине.
"Лечение аутоиммунных заболеваний, таких как красная волчанка и другие, — это очень долгий процесс. Но пациентам хочется быстрого результата. Мы же как привыкли: выпил таблетку — и стало легче. Именно на этом и играют народные целители. Они обещают стопроцентное быстрое выздоровление, тогда как врачи никогда не дают таких гарантий", — считает пациентка.
Это мнение разделяют и сами доктора.
"Доказательная медицина требует сложных объяснений, оговорок и честно признаёт: гарантий нет, есть лишь вероятности и доверительные интервалы. Народный же метод предлагает простую и понятную схему: выпил и выздоровел. Без промежуточных условий. Наш мозг любит такие короткие маршруты — это называется эвристикой. Вместо сложного анализа мы предпочитаем объяснение, которое проще, убедительнее и лучше вписывается в нашу картину мира. К этому добавляется целый набор когнитивных искажений".
По словам Хегай, человек доверяет тому, что ему передала бабушка, соседка, подруга, потому что эти люди — часть его мира. Врач же нередко воспринимается как чужой: занятой, нередко уставший и раздражённый, говорящий непонятным языком, у которого на приём отведено 10–15 минут.
"Недоверие к системе здравоохранения — это не случайность, это зачастую накопленный системный опыт. Свою роль играет и подмена понятий — "натуральное, значит безопасное". Но в медицине это так не работает: мухомор тоже натуральный. Но это не значит, что он безопасен. Ещё один важный фактор — народная медицина даёт ощущение контроля над своим телом и здоровьем, которого нередко лишает официальная система", — добавляет она.
Хегай приводит примеры когнитивных искажений, которые заставляют даже образованных людей верить в сомнительные методы лечения:
- Предвзятость подтверждения (на английском сonfirmation bias) — мы замечаем и запоминаем случаи, когда народный метод "помог", и не придаём значения тем, когда не помог или когда человек выздоровел бы и без него.
- Эвристика доступности (availability heuristic) — яркая история знакомой соседки, которую "вылечил" настой трав, в памяти весит больше, чем абстрактная статистика из клинического исследования.
- Ложная причинно-следственная связь ("после — значит вследствие — post hoc ergo propter hoc"): выпил отвар, через три дня прошла ангина. Но горло при ОРВИ проходит само по себе примерно за три дня — с отваром или без него.
"Всё это не означает, что люди, которые выбирают народные методы, наивны или неразумны — их мозг работает точно так же, как у всех остальных, просто без специальной подготовки, которая учит распознавать эти ловушки мышления. Современных врачей и исследователей в развитых странах годами учат сомневаться, проверять и не доверять очевидному. Для всех остальных это навык, которому их никто не учил", — добавляет доктор.
По её словам, парадокс в том, что информации стало больше, но ориентироваться в ней не стало проще — скорее наоборот. Алгоритмы продвигают то, что вызывает отклик и эмоции, а не то, что достоверно. Страх, надежда, истории из серии "а вот моей тёте помогло" — всё это работает на аудиторию гораздо лучше, чем ссылка на рандомизированное контролируемое испытание.
Ещё одно популярное заблуждение, на которое обращает внимание Елена Хегай, — что разобраться в научных данных просто — достаточно попросить ИИ перевести статью или самому знать английский язык. Но чтение научной литературы и публикаций — это отдельный навык, которому нужно долго и упорно учиться.
"Здесь и кроется ловушка: ИИ при всём своём потенциале воспроизводит ту же проблему: он даёт ответы, которые звучат уверенно, но нередко интерпретирует данные исследований с ошибками, которые не распознать без хорошей подготовки. В итоге человек без профильного образования нередко чувствует себя достаточно компетентным рассуждать о том, в чём на самом деле не разбирается", — объясняет врач.
Как часто пациенты обращаются к народной медицине?
На днях в казахстанских социальных сетях завирусилось видео врача-реаниматолога, которая рассказала историю пожилой пациентки, поступившей к ней с запущенным заболеванием, причинявшим сильную боль.
На вопрос доктора, почему женщина так долго не обращалась за медицинской помощью, пациентка ответила, что всё это время лечилась в частной клинике, где ей назначили "каменное масло" и "экстракт семян годжи".
При этом оба средства не являются лекарственными препаратами, а их эффективность при лечении подобных заболеваний не доказана.
Она говорит, что за более чем 15 лет работы врачом видела, что пациенты используют что-то параллельно с официальным лечением. Иногда они об этом говорят сами, иногда — только если спросить напрямую и без осуждения.
"Кто-то пьёт травяные отвары, кто-то ходит к "бабушке", "изгоняет джиннов", лечится пиявками и кровопусканием, кто-то следует советам из Instagram, которые дают блогеры, рассказывающие про медицину. Это реальность, с которой абсолютно каждый врач в нашей стране работает каждый день, нравится нам это или нет. Поэтому я давно перестала делать вид, что этого не существует", — констатирует Хегай.
О том, что казахстанцы часто ищут медицинскую информацию в соцсетях, знают и на государственном уровне.
В мае 2026 года депутат Мажилиса Гульдара Нурым предложила усилить контроль за блогерами, публикующими медицинский контент. По данным, приведённым в её депутатском запросе, до 42 процентов казахстанцев хотя бы раз следовали советам о лечении из социальных сетей без обращения к врачу, самостоятельно ставили себе диагнозы и принимали лекарства.
В связи с этим депутат предложила усилить мониторинг недостоверной медицинской рекламы, обязать авторов такого контента предупреждать о необходимости очной консультации с врачом, а также создать открытый реестр БАДов с информацией об их составе и доказательной эффективности.
Кто должен помогать людям ориентироваться в медицинской информации?
Жанна Базарова считает, что большую роль в информировании людей могут сыграть пациентские организации:
"Например, многие пациенты читают инструкции к препаратам, пугаются возможных побочных эффектов и перестают принимать лекарства, даже не сообщая об этом врачу. Я сама так поступала: говорила, что продолжаю лечение, а на самом деле отказалась от препаратов и искала помощи у народных целителей. Именно поэтому нужны пациентские организации, которые помогают людям разобраться в заболевании и научиться доверять доказательной медицине".
Елена Хегай говорит, что ответственность точно не должна лежать только на самом пациенте. Она считает, что ответственность должна быть распределена:
- врачи должны объяснять, а не только назначать препараты и лечение;
- система образования должна включать основы критического мышления в отношении здоровья;
- государство должно регулировать медиапространство и поддерживать достоверные источники;
- журналисты — соблюдать стандарты и этику при освещении медицинских тем.
"А врачам важно помнить: когда пациент приходит с распечаткой из интернета — это не повод для раздражения, а повод для разговора. Из опыта: именно в таких беседах и рождается настоящее доверие", — добавляет она.
По словам Хегай, медицинская грамотность — это не врожденное качество, а навык, которому нужно учиться. И нехватка этих знаний не является уделом только развивающихся стран.
"Метаанализ последних исследований показал, что почти половина здоровых взрослых людей в мире демонстрирует недостаточный уровень медицинской грамотности. Это не исключение — это реальность, с которой мы имеем дело повсеместно", — добавляет врач.
Между тем, согласно исследованию "Анализ грамотности населения Республики Казахстан в вопросах здоровья", более трети казахстанцев испытывают трудности с оценкой достоверности медицинской информации:
- 36,3 процента респондентов признались, что им сложно определить, какой информации о лечении в интернете можно доверять,
- а 35,3 процента затрудняются оценить надёжность сообщений о рисках для здоровья, распространяемых в СМИ.
Авторы исследования отмечают, что особенно уязвимыми остаются пожилые люди, а также граждане с более низким уровнем образования и доходов.
Могут ли врачи использовать отдельные народные методы?
Елена Хегай считает, что могут, но с принципиальной оговоркой: не потому, что это народное, а потому что эффективность и безопасность метода были научно изучены и подтверждены.
"Например, мёд при кашле, имбирь при тошноте, куркумин как противовоспалительный агент — все эти методы успешно прошли клинические исследования. Для доказательного врача важен не источник метода — традиционный или современный, а именно наличие данных об эффективности и безопасности. Проблемы начинаются тогда, когда народные и прочие непроверенные методы используются вместо доказанного лечения, особенно при серьёзных заболеваниях. Именно здесь цена натуральности может оказаться очень высокой", — объясняет Хегай.
Важно понимать: доказательная медицина не отвергает народные методы как таковые — она просто требует одного: подтверждения, что метод действительно работает и не вредит. Если такого подтверждения нет, метод не должен применяться — независимо от того, народный он или нет, заключает доктор.
По её словам, в целом все врачи должны практиковать только медицину, основанную на научных доказательствах. Пациент может выбирать, лечиться у знахарей или врачей, и может принять решение использовать непроверенные средства под свою ответственность.
Она убеждена, что сам врач не имеет права рекомендовать к использованию методы и средства, не доказавшие свою эффективность в клинических испытаниях. И тем более продвигать их через соцсети.
+7 (777) 001 44 99
