1. Главная
  2. Посмотри

"Cколько слез я вижу". Петрович и его антикварная лавка

Улица Есенберлина. Кабинет с двумя креслами и картиной. В углу звукозаписывающее устройство, прототип нынешнего диктофона. 

Тишину пробивает звук часов, отдаленно напоминающий звон из "10 негритят".  В какой-то момент может показаться, что мы в кабинете из особняка на Негритянском острове, который описывала Агата Кристи в своем романе.

На часах 13.00. Дверь распахнулась, появляется Анатолий Петрович Стрижко. Для своих он просто Петрович. Мужчина на снимке - владелец антикварной лавки. 

"Идея магазина появилась не просто так. Когда в Прибалтике был, я зашел в одну квартиру. Увидел, что одна вещь в этом доме передается по наследству, от отца к сыну. Это сейчас есть такая традиция, в то время это не было нормой, не было принято так. Кто ехал на целину, с одним чемоданчиком уезжали и все. Когда я вернулся домой, сказал себе, что буду собирать коллекции. Дочкам будет что оставить. Собрал, а уже девать-то некуда. Поговорил с Валерой Семеновым (владелец антикварного магазина на Сейфуллина - прим. автора). Так и появилась антикварная лавка. Но ты никогда сюда не поставишь продавца. Это не трусы продавать или продукты питания".

Беседует с нами антиквар с перерывами. Каждые пять минут звучит колокольчик на двери, посетители сменяют друг друга.

"Как проходной двор", - смеется Петрович. "Это ладно, если покупают, в большинстве случаев приходят как в музей. Знаешь, сколько слез я вижу, от бабушек, от дедушек, от ветеранов труда, войны. Сами еле ходят, иной раз дети или внуки приводят".

"Приходит ко мне частенько бабушка одна. Ей около 80 лет. Я ей табуретку ставлю здесь, в центре комнаты. И она начинает советские открытки смотреть. А у нас их больше трех тысяч. Она не то что каждую открытку помнит, она всех авторов знает наизусть".

"Бабушка смотрит и плачет. Каждый раз. Такая счастливая уходит от нас. Благодарит нас за воспоминания".

По просьбе посетителей в лавке завели книгу для жалоб и отзывов. На страницах только слова благодарности. "Спасибо вам большое, Анатолий. Вспомнила свое детство, родителей, бабушку и деда", - примерно такие строки оставляют люди в книге. 

"Надо было вам через недельку прийти. Сейчас все в куче, мы к переезду готовимся", - говорит Анатолий Петрович.

"Этот дом под снос уходит?"

"Это тут ни при чем. Больше места нужно мне, много вещей собралось. А все должно лежать так, чтобы приятно было смотреть. Тут больше людей, которые приходят за воспоминаниями, за ностальгией. Хотя мы с Валерычем уже десять лет бьемся над тем, чтобы восстановить краеведческий музей Целинограда".

"У каждой вещи должен быть свой хозяин. Когда я продаю что-то,  для меня неинтересна сумма. Меня волнует, куда именно уходит эта вещь. Когда у меня приобретают монету, а потом ее перепродают, мне так обидно становится. А вот когда вещь обретает своего хозяина, я очень доволен. Или когда приходят просто за воспоминаниями, так приятно на душе. Вот бабушке, которая любит открытки, я ей их дарю. Ну как вы будете просить у пожилого человека деньги за открытки?"

"Чем больше ты общаешься с вещами, тем больше они тебе отвечают. В иные моменты ты можешь прийти сюда, а тут кавардак, вещи не на своих местах. Это не сказки, и я не сумасшедший. Вещи не живые, но у них есть своя энергия".

"Вот такого флага в мире больше нет", - указывает антиквар на советский вымпел.

"В нашем деле случайных людей нет, здесь все ходят по кругу. Есть общество антикваров Астаны. Очень много желающих туда вступить, но прежде чем вступить, нужно иметь коллекцию. А чтобы собрать коллекцию, время нужно. Почему молодые не занимаются антиквариатом? Потому что у вас всегда нехватка денег. У вас всегда деньги нужны, университет - платно, все платно. А у нас-то бесплатно было. При этом каждый из вас хочет иметь квартиру, джип. У вас всегда есть, куда нужно и можно вложить деньги. Для антиквариата нужны вливания, хорошие средства. Ну и место для хранения. С этим сейчас напряженно у вас", - говорит Петрович.

 

"Но молодежь ходит к нам, всегда взгляд у них горит. Мне сказали, что молодежь наша не читает - это вранье. Они читают взапой. Мы в свое время не все читали Карла Маркса, а сейчас молодежь "Капитал" читает взахлеб. Вот с Аграрки (Казахский агротехнический университет - прим. автора) приходят и говорят, дайте "Капитал". Времена меняются, но люди-то не меняются".

"Очень много молодежи стали коллекционировать наши монеты казахстанские. До молодых то ли дошло, то ли донесли, может, прочитали. Ведь на наши казахстанские монеты большой спрос в Канаде, в России, в Израиле. Почему так? Такого дизайна нет нигде, поверьте. В этих странах специалисты одни сидят, но у них все равно нет такой красоты монеты, как у нас. Вот выпустили монеты с изображением Абылай хана, стоила 324 тенге. Сейчас меньше чем за шесть тысяч не найдешь, скупают сразу. Но кто считает, что на этом можно заработать, - это глупо".

"У моих у внуков есть альбомы с казахстанскими монетами. Подарил им с тем условием, чтобы их родители туда не лезли. Грубо говоря, 150 тысяч стоит альбом, небольшие деньги для Астаны. Но, покупая такой альбом для внука, это как бы вложение небольшое на будущее. Через десять лет такой альбом будет стоить 1,5 миллиона тенге, на свадьбу хватит".

"А на какие товары у вас спрос повышенный? Что сейчас, грубо говоря, в тренде?"

"Спрос на товары - это как мода, нельзя предугадать, что завтра будет в тренде. Сегодня в моде значки, завтра холодное оружие или самовары. Просто надо иметь всего понемногу в магазине, потому что никто не предугадает, что завтра будут конкретно покупать".

"Я думал, что картины никогда из моды не выйдут, - выходят. Марки в последнее время "умерли" так. "Умерла" тема фотоаппаратов. Вообще это мешками вытащить можно, сейчас многих запчастей, аксессуаров нет. Да и вам удобнее сейчас с такими телефонами пощелкать и все".

"Но ходят ко мне две девченки и парнишка из Аграрки. Ой как любят фотографировать, проявляют все сами. Из Канады нужные запчасти, детали выписывают. Но, думаю, это им передалось от родителей либо от дедов".

"Конечно, сейчас выбор большой всего. Все так блестит, светится. Китай научился все красиво делать. Но это не то качество, которое было раньше. Пришла как-то раз сюда молодая семейная пара, папе 70-летнему в подарок виниловые пластинки искали. Ну я их в кабинет посадил, чтобы они выбрали сами. А они с собой принесли еще новый проигрыватель, купили в магазине техники. Он такой красивый, светится, но такой тихий. Я стою и практически его не слышу. Я говорю им, заберите это и сдайте в магазин обратно и приходите снова. Сказал им, что подберем патефон или "вертушку". В мое время, когда дома патефон играл, мы во дворе танцевали, было слышно всем. Они сдали эту технику и пришли обратно. Подобрали пластинки им, они купили и уехали. Дней через пять зашел дед, с палочкой, видно, плохо ходит. Это тот мужчина, которому купили "вертушку" и пластинки. Он, оказывается, как прослушал пластинки, попросил своих детей привезти его в магазин, где они нашли эти вещи. Какая память у людей все-таки. Он со слезами ушел отсюда. Так что не все хорошо, что светится.  Старая вещь играет по-настоящему как-то".

 "А что вы сами коллекционируете?"

"Всегда ордена и медали. Но сразу скажу, ни один антиквар свою коллекцию в магазине хранить не будет. Да и самое интересное никто на прилавках не хранит. Все в сейфах, под замком".

"Как-то приходила пара, они собрались восстановить медали деду. Мы это иногда это делаем. Я считаю, что это нормально, когда знают историю своих предков, кто воевал и где. Ну мне парень говорит: "Дед наш уже давно не соображает. Как его ни спросишь, то он был в Севастополе, то он был в Одессе, то он был на "Малой земле". Я говорю, принеси копии документов на медали. Он принес. Я читаю наградные листы и понимаю, какой там мужик был".

"Человека в 17 лет призывают в морскую пехоту, попадает в разведывательную роту. Надо самим быть на войне, чтобы понимать, что там такая мясорубка была. Да там выжить было практически невозможно. А дед имеет ордена за Одессу, за Севастополь. Я насчитал 38 боевых наград. Он еще и партизан 1, 2 степеней, у деда два ордена Красной звезды, два ордена Отечественной войны. И это без юбилейных медалей. Когда посчитали сумму, за которую можно это все восстановить, я им сказал, что только из уважения к деду это обойдется в 30 тысяч долларов. Ну можно сделать новодел (современные копии старинных вещей, предметов коллекционирования), обойдется в тысячу долларов. Они не стали ничего заказывать. Но я парню тому сказал, что он живет рядом с настоящим героем, на него молиться надо".

"Никогда не жалейте о том, что вещь ушла из магазина. На ее место приходят две другие вещи, еще более интересные. И у каждой своя уникальная история", - говорит антиквар и поворачивается к новому посетителю.

Текст Айгерим Абилмажитова, фото Турар Казангапов