Корреспондент Tengrinews.kz пообщалась с журналистом районной газеты "Тайыншинские вести", краеведом и исследователем хроник ранее засекреченной трассы мужества Аллой Бочкор, и рассказывает эту историю накануне дня начала войны.
Тайыншинская тайна
Алла Бочкор с детства слышала рассказы родителей и односельчан о живших в их домах героях-лётчиках и чудо-самолётах, поражавших воображение мощью и величием.
Алла Бочкор. Фото из личного архива
То, что роль Казахстана в Великой Отечественной войне очень значима, известно всем. Наша республика стала арсеналом фронта. В Петропавловске, например, работали сотни эвакуированных предприятий — оборонные заводы, фабрики, цеха, артели.
Тысячи североказахстанцев сражались на фронте, а женщины и дети-подростки работали на колхозных полях, приближая Победу героическим трудом.
Но есть и такие факты, которые малоизвестны.
"Долгое время под грифом "совершенно секретно" находилась информация о том, что тайыншинские земля и небо стали частью легендарной авиатрассы мужества Аляска — Сибирь, — начинает свой рассказ про АлСиб Алла Бочкор. — А населённые пункты Тайынша (ранее посёлок Новосухотино и станция Таинча), Большой Изюм, Октябрьское и Многоцветное были перегоночными и тренировочными базами на этом воздушном пути".
Здесь военные лётчики принимали и осваивали американские самолёты. На грунтовый аэродром садились истребители, бомбардировщики, торпедоносцы, самолёты-амфибии. Перегонщики передавали их прибывшим с фронта экипажам. Здесь же шли учения и дозаправлялись боевые и транспортные самолёты, добавляет Алла.
По этой трассе, один из пунктов которой находился в Тайыншинском районе СКО, перегнали всего около восьми тысяч военных самолётов — бомбардировщики-торпедоносцы А-20 "Бостон", бомбардировщики Б-25 "Митчелл", истребители Р-39 "Аэрокобра", Р-63 "Кингкобра", Р-40 "Киттихаук", транспортные — СИ-47 "Дуглас".
Алла Бочкор объясняет, что любая информация о маршруте АлСиб долгие годы находилась под грифом секретности по двум причинам:
- Сначала — чтобы обеспечить безопасность переправляемых грузов и техники.
- Позже — из-за ухудшения отношений между СССР и США.
"В годы холодной войны советское руководство из идеологических соображений умаляло роль военной помощи США и других стран-союзников в победе над фашистской Германией. Эта тема по-прежнему остаётся малоизученной. Воздушная трасса была настолько засекречена, что некоторые из тех, кто практически каждый день совершал подвиг, не смогли получить удостоверения ветеранов войны, хотя среди перегонщиков было немало награждённых орденами за героизм и мужество", — отмечает Алла Бочкор.
В истории — с рождения
Сама Алла с этой историей росла. С раннего детства она помнит рассказы своих родителей, родственников и односельчан о лётчиках. Повзрослев и став журналистом, она искала материалы в архивах, в печатных изданиях и в интернете, а главное — расспрашивала о секретных аэродромах старожилов сёл Тайыншинского района. И в итоге по крупицам собрала бесценную информацию.
"Знаете, для меня будто бы клубок распутывался. Одна история дополняла другую, вроде как интуиция мне подсказывала, куда нужно звонить, приезжать. Общалась с сельчанами из тайыншинских сёл, они делились своими воспоминаниями. А потом люди даже сами начали звонить, чтобы рассказать всё, что знают. Не поверите, однажды даже на похоронах интервью брать пришлось. Хоронили родственника, и тут случайно слышу, как женщина кому-то рассказывает, что её мать мыла американские самолёты. После похорон её расспросила", — описывает ход своего исторического расследования журналист-краевед.
К этому она добавляет другие подробности, которые разузнала: Тайынша (сейчас это город) и несколько близлежащих сёл в качестве перегоночной и тренировочной баз АлСиба были выбраны не случайно.
Ровная поверхность степи была удобна для разгона самолётов, и в то же время отсюда было налаженное железнодорожное сообщение с Кокчетавом (ныне Кокшетау) и Петропавловском. Кроме того, тут можно было расквартировать лётный состав.
Карта воздушного маршрута. Предоставлено Аллой Бочкор
"А главное — тайыншинские сёла находились на пути воздушного маршрута. Из Фэрбенкса (США) путь пролегал по территории СССР через Якутск, Красноярск, Омск. Именно после него происходила остановка в Таинче, а дальше самолёты летели в Свердловск, Казань, Москву", — рассказывает Алла Бочкор.
В центре современной Тайынши есть здание, в котором сейчас находится детско-юношеская спортивная школа.
На одной из его стен установлена такая памятная табличка:
Фото предоставлено Аллой Бочкор
"Это единственное сохранившееся в городе здание, где размещались лётчики", — отмечает Алла Бочкор.
Шрам "на память" и пряники от офицера
Алла родилась в селе Октябрьском — одном из старейших в районе, основанном украинскими переселенцами во времена столыпинской реформы. Здесь же раньше жили её родители.
Фото из семейного архива Аллы Бочкор
В Октябрьском располагался один из перегоночных аэродромов АлСиба и дислоцировался учебно-тренировочный полк морской авиации. Семьи офицеров и рядовых лётчиков расселили по домам местных колхозников.
Хотя село было не из маленьких, жилья для военных-квартирантов было недостаточно, поэтому прибывшие вырыли много землянок на окраинах Октябрьского и расположенного рядом Большого Изюма.
В одних строениях они жили, в других — проводили теоретические занятия. Тут были также обустроены склады с продовольствием и боеприпасами.
Это рисунок аэродрома, который в 1943 году нарисовал отец Аллы Бочкор
В домах родителей Аллы, которые тогда были детьми, тоже жили офицеры.
"В семье моего отца Михаила Ивановича Халаима, которому шёл тогда седьмой год, поселился капитан Фёдор Острошапкин с женой и детьми. По словам отца, жили очень дружно, делились всем, что имели. Лётчики подкармливали своих голодающих хозяев, приносили сахар, крупу. В такое тяжёлое время это было большой помощью".
Со старшим сыном лётчика отец Аллы был примерно ровесником, поэтому они вместе играли в мальчишеские игры.
"У отца от этих игр даже "на память" осталась отметина — шрам, — улыбается журналистка. — Как-то он спрятался под железной кроватью, а сынок офицера прыгнул на неё, вот железкой по голове отца и царапнуло. После того, как закончилась война, мои родственники продолжали переписываться с Фёдором".
В семье даже осталась фотография лётчика Острошапкина.
Капитан Острошапкин жил с женой и детьми в доме отца Аллы. Его фото сохранилось в семье
Маме Аллы — Таисии Ивановне — в то время было около четырёх лет. В их доме квартировали два офицера. И тогда ещё девочке Тае запомнилось, что они были очень высокие — ей они казались просто исполинами.
А ещё в память врезалась такая история.
Семья мамы была большая — шестеро детей. Отец на фронте, жили очень бедно, часто голодали.
"Из продуктов видели только картошку, но моя мама почему-то не могла её есть, сколько ни уговаривали. И вот мама вспоминала, что лётчики как-то решили научить девочку кушать картофель. Однажды они пришли с большим кульком пряников и сказали: "Тая, если съешь хоть немного картошки, отдадим тебе эти пряники". Мама честно жевала нелюбимую еду, но так и не смогла проглотить. Пряники ей всё равно дали, пожалели ребёнка", — с улыбкой вспоминает рассказы мамы Алла Бочкор.
Родители Аллы Бочкор. Фото из семейного архива
Горящие самолёты за окном
Из-за сложнейших северных условий аварийность на трассе АлСиб была очень высокой. За три года её существования погибло немало лётчиков, в том числе и во время тренировок на американских самолётах в Тайынше, Октябрьском, Многоцветном.
"По словам начальника трассы Героя Советского Союза Ильи Мазарука, американцы о советском участке АлСиба говорили так: "По этой трассе могут летать либо сумасшедшие, либо самоубийцы, либо русские". Трагических случаев происходило немало и во время тренировок лётчиков", — говорит журналистка.
Аэродром был хорошо виден из окна дома Аллиной мамы, и она, с её слов, вспоминала:
"У нас не было игрушек, и с наступлением холодов наблюдение из окна было нашим единственным развлечением. Мы с сестрой Верой забирались на подоконник и часами наблюдали за взлётами самолётов. Зачастую они, только оторвавшись от земли, воспламенялись на наших глазах, какие-то из них лётчикам удавалось потушить, другие взрывались".
А ремонтировали самолёты в селе Большой Изюм. Двигатели разбирали в просторном здании старинной Успенской церкви, упразднённой в 1930-м советской властью и восстановленной в 1990-е годы.
Успенская церковь в селе Большой Изюм. Фото предоставлено Аллой Бочкор
После ремонта, по воспоминаниям, самолёты на окраину села вытаскивала "на буксире" пара запряжённых быков.
Кроме того, в большеизюмской церкви самолёты не только ремонтировали, но и собирали, ведь село расположено близ железнодорожного пути, а часть самолётов и других грузов переправляли по АлСибу не своим ходом, а на поездах. Их везли в полуразобранном виде.
Могилы лётчиков
"Двоюродный брат моего отца Николай Петрович Мамич в те годы был уже в подростковом возрасте, поэтому помнил многие подробности, к тому же паренёк с друзьями был частым гостем у лётчиков, — добавляет Алла. — По его словам, сразу за селом, около реки Чаглинка, проводились лётные учения. С поля взлетали бомбардировщики и истребители, с небесных высот падали учебные авиабомбы, спускались парашютисты. Лётчиков, прошедших соответствующую подготовку, направляли на фронт, на их место в село прибывали новые группы".
Николай Мамич также вспоминал, что советским лётчикам были непривычны американские машины, оснащённые приборами, показывающими футы, мили и галлоны. Лётчики делали пометки на панели губной помадой, но порой это вносило путаницу и даже приводило к трагическим последствиям:
"Происходили аварии, взрывы и на перегоночном пути, и на учебном поле аэродрома, уходили из жизни молодые ребята. Некоторые лётчики погибли в Октябрьском и были похоронены на сельском кладбище. В 1970-80-е годы прах погибших родные из России перевезли на родину. Сегодня на братской могиле осталась лишь одна надпись "Пётр Васильевич Клюев". Погиб он 24 июля 1943 года, парню на тот момент было всего 22 года".
Могила лётчика Петра Клюева в Октябрьском. Фото предоставлено Аллой Бочкор
А на кладбище села Многоцветное есть братская могила, в которой покоится прах шестерых лётчиков. В небольшой папке из школьного музея, которую Алле Бочкор предоставил директор Многоцветенской школы Сергей Тупицын, хранятся несколько писем и копия документа из военкомата, свидетельствующая о гибели лётчиков. Вот цитата из него:
"5 марта 1943 года авиазвено 1-й авиаэскадрильи 13-го авиаполка ВВС ВМФ в составе трёх самолётов ПЕ-3 совершало тренировочные полёты по маршруту: аэродром Многоцветное — Тайнча — Булаево — Петропавловск — Многоцветное. Из-за плохих метеоусловий все три самолёта потеряли ориентировку и ударились об землю в 6 км западнее села Новороссийское Советского района Северо-Казахстанской области. Экипажи самолётов погибли. Место захоронения — село Многоцветное Красноармейского района Северо-Казахстанской области".
В документе также упоминаются их имена:
- Экипаж ведомого самолёта: лётчик, капитан Щербаков Иван Сергеевич, штурман, старший лейтенант Чернышев Василий Сысоевич.
- Экипаж второго: лётчик, старший сержант Гутенев Яков Тимофеевич, штурман, старший сержант Калинин Иван Семёнович.
- Экипаж третьего: лётчик, сержант Золин Василий Фёдорович, штурман, сержант Кабаньян Алексан Карапетович.
Братская могила лётчиков, разбившихся 5 марта 1943 года в селе Многоцветном. Фото предоставлено Аллой Бочкор
На протяжении многих лет сельчане хранят память о погибших — ухаживают за могилой. Около десяти лет назад обветшавший к тому времени обелиск по инициативе ветеранов и благодаря финансовой поддержке местного ТОО заменили на мраморный монумент. Тогда же провели траурный митинг.
И стоит добавить, что несчастные случаи происходили не только с военными, но и с местными гражданскими.
"Тётя Николая Мамича и моя бабушка Анна Белицкая ехали на телеге, запряжённой быками, везли солому. В это время поблизости взлетал самолёт, который взорвался в воздухе, едва поднявшись. Тётя Николая Петровича погибла, а моя бабушка была ранена, но осталась жива", — делится Алла Бочкор.
Эхо войны
В ходе своего исторического расследования Алла Бочкор узнала, что раньше при средней школе в Тайынше действовал поисковый отряд. Ребята вместе со своим военруком собирали материалы по Великой Отечественной войне, исследовали те места, где жили и тренировались лётчики. Однажды им даже посчастливилось обнаружить корпус авиационного пулемёта.
А вокруг села долгое время торчали железные пружины, за которые самолёты привязывали. После войны колхозники во время пашни то и дело выковыривали их из земли.
"Коренной житель села Октябрьского Жаксыбай Сатанбеков вспомнил и рассказал мне, что в детстве видел около села учебные авиационные бомбы, гильзы, пружины — ими были усеяны все близлежащие поля. Учебная бомба, отлитая из цемента — аналог настоящей, только внутри корпуса, где должен находиться заряд, зияло сквозное отверстие. В корпусе были металлическое ушко для подвески авиабомбы под самолёт и крылышки в нижней части. После войны авиабомбы не сразу убрали, и рачительные сельчане порой использовали их для своих нужд. К примеру, известна была всему селу хозпостройка с погребом из авиабомб на подворье семьи Крутевич. А после нашего разговора Жаксыбай Сатанбеков и вовсе разыскал часть авиационной бомбы. Теперь они хранятся в музее", — рассказывает Алла Бочкор.
Учебная авиабомба, найденная в селе Октябрьском. Фото предоставлено Аллой Бочкор
А к сегодняшнему дню кое-где сохранились ямы и бугорки на месте землянок и хозяйственных помещений лётчиков.
"АлСиб — это наша история"
Старожилы тайыншинских сёл поделились с журналистом-краеведом десятками потрясающих историй. О том, как лётчики подкармливали их в те голодные годы, как помогали в полевых работах, как из списанной парашютной ткани сельчанки шили своим детям одежду… А какие красивые истории любви лётчиков и местных красавиц записала Алла.
"Я очень благодарна всем тем, кто словом и делом помог мне сохранить эту историю. Увы, многих моих собеседников уже нет в живых. И я счастлива, что успела с ними поговорить, записать их ценные воспоминания. Память о героях войны должна жить вечно. И как хочется, чтобы в учреждениях образования и культуры нашего района и области была хоть каким-то образом обозначена незаслуженно забытая уникальная страница истории Великой Отечественной войны под названием АлСиб", — вот что двигало Аллой Бочкор.
Алла Бочкор. Фото из личного архива
Она с сожалением отмечает, что период секретности оказался слишком долгим, в результате упущено время, когда можно было собрать максимум информации, фото, артефактов, записать беседы с очевидцами. Но она и радуется, что многое удалось восстановить — так что тайыншинцы, североказахстанцы и все казахстанцы могут сказать "АлСиб — это и наша история!"
