Так уж сложилось, что словосочетание "казахстанские ученые" привлекает внимание, в первую очередь, скептиков, затем - патриотичных оптимистов, и только потом - инвесторов. В идеале все должно быть наоборот - если бы отечественная наука имела надежную финансовую опору, она бы не оставила шансов скептикам, которые убеждены, что ничего принципиально нового казахстанцы придумать не смогут.
Нужно понимать, что от стереотипов страдает репутация. Взять хотя бы британских ученых, которые, как мы знаем, вычислили пропорции идеального снеговика и решили вопрос о курице и яйце. А ведь мало кто вспомнит, что Великобритания подарила миру Интернет и пенициллин, Исаака Ньютона и Чарльза Дарвина.
Вспомним, чем казахстанские ученые удивляли нас в 2013 году.
Первыми на ум приходят странные, иногда откровенно бесперспективные проекты. К примеру, в уходящем году казахстанцы изобрели сразу три вечных двигателя. Житель Актау Саттыбай Дуйсенбаев пошел по пути классической механики, его агрегат состоит из вала, лопастей и шестеренок. Изобретатель, как и его коллеги, жившие несколько веков назад, основные надежды возлагает на силу всемирного тяготения. И если здесь ошибка в конструкции объясняется классически - стремлением любой системы к равновесию - то другие казахстанские перпетуум мобиле вызывают множество вопросов. И один из них риторический: "А вдруг получится?"
Алматинец Ертай Шинтеков и житель Шымкента Абдамбай Бултанов независимо друг от друга создали модели магнитного вечного двигателя. Объяснить, почему их проекты, скорее всего, обречены на провал, могут лишь специалисты. Помните, как это было в рассказе "Упорный" Василия Шукшина, когда деревенский изобретатель Моня показал чертежи вечного двигателя школьному педагогу?
- Не будет колесо врaщaться, - скaзaлa учительницa.
- Почему?
- Не знaю покa… Это нaдо рaссчитaть. Оно не должно врaщaться.
Но в этих изобретениях есть два весомых плюса. Первый - даже Леонардо да Винчи занимался разработкой вечного двигателя. Несомненно, такая работа развивает мышление и, возможно, сподвигнет изобретателей на новые, применимые на практике идеи. Второй плюс выражен в одной фразе, которую высказали читатели нашего сайта: "Хотя бы не пьют".
Теперь о серьезном. Главный тренд последних лет в области инноваций - энергетика. Особенно в преддверии EXPO-2017. Наиболее интересным проектом 2013 года можно считать ветрогенератор Николая Буктукова. Его конструкция свидетельствует о том, что даже в наш высокотехнологичный век есть место простоте, которую не нужно измерять в нанометрах. К слову, такие установки уже работают на фермерских хозяйствах Алматинской области. Изобретением интересуются за рубежом, например, в Южной Корее. Хотя потребителям не важны конструкционные особенности ветрогенератора. Ключевые вопросы здесь следующие - будет ли выработанная им энергия дешевле и экологичнее? Да, будет.
Еще один интересный проект - солнечная батарея повышенной мощности. Здесь все немного сложнее, так как этот вид возобновляемой энергии считается самым бесперспективным ввиду низкого коэффициента полезного действия и дороговизны оборудования. Это означает, что успешный проект должен существенно превосходить аналоги по характеристикам. Солнечная батарея Владимира Антощенко соответствует этим требованиям, так как одна ее пластина выдает мощность в 15 Ватт, это в шесть раз больше, чем у зарубежных фотоэлементов.
Номинацию "Самое прозаичное изобретение" можно присудить системе по обеззараживанию питьевой воды. Однако, как бы скучно не звучала тема исследований лаборатории при КазНУ имени Аль-Фараби, ее актуальность бесспорна. Проекту вполне под силу совершить тихую, незаметную революцию в своей сфере. Конечно, Нобелевскую премию за такое не присуждают, однако благодарных граждан, в случае успешного завершения исследования, будет достаточно. Никому не хочется пить воду с хлоркой, это как-то не инновационно.
Не чужды казахстанцам высокие информационные технологии. К примеру, искусственный разум. Не совсем такой, как голливудские Скайнет и U. S. Robotics, но вполне отвечающий понятию искусственного интеллекта. Да и цели исследователи из Института проблем информатики и управления преследуют вполне мирные - они хотят научить компьютеры разговаривать и понимать человеческую речь. Вторая часть проекта более футуристична - это система компьютерного зрения, предназначенная для создания машинных образов, имитирующих поведение человека. В этом проекте ключевыми составляющими являются не провода и микросхемы, а нули и единицы, программный код. Заставить робота двигаться относительно просто, гораздо сложнее придать его движениям целесообразность.
Еще одно изобретение в сфере IT - трехмерное телевидение. Создатели позиционируют этот проект как Made in KZ, хотя рассказал о нем россиянин Дмитрий Козко, проживающий в Майами, а сам диалог проходил в одном из кафе латвийской Юрмалы. Но значительная часть инвестиций в проект действительно поступила из Казахстана, точнее, от Кенеса Ракишева. Также, по словам Козко, в проекте задействованы казахстанские специалисты. Это изобретение, в отличие от других, уже имеет реальные перспективы - к примеру, оно будет опробовано на Олимпиаде в Сочи. Ожидается, что через несколько лет мы действительно сможем погрузиться в трехмерный мир прямых трансляций, "прогуляться" по футбольному полю во время финала Лиги чемпионов или "сесть за руль" болида F1.
В заключение хочется вернуться к теме перпетуум мобиле. В чем же вечный двигатель казахстанской науки? В стремлении быть "не хуже, чем другие"? Или в показателе количества инноваций на душу населения? Прогрессом у нас движет не лень, как в известном высказывании, и не скептики, считающие, что все уже изобретено, а если нет - то будет изобретено за рубежом. Им движет пытливый ум и любопытство. Вечный двигатель казахстанской науки противоречит не только постулатам Кельвина и Клаузиуса, но и обычным жизненным принципам, так как зачастую нашим изобретателям приходится работать в условиях безденежья. Однако, несмотря на это, казахстанский перпетуум мобиле все-таки крутится.
Дмитрий Хегай
