1. Главная
  2. Посмотри

"Можно ноль, а можно миллион!" Уличные артисты о жизни и заработках на Арбате

На этой улице ежедневно происходят тысячи событий, для кого-то они, возможно, покажутся несущественными, но для кого-то это целая жизнь, судьба.
  • ПОДЕЛИТЬСЯ
  • Vkontakte
  • Facebook
  • Twitter
  • Одноклассники
  • Telegram
Новостью поделились: человек

Фото: Алихан Сариев Фото: Алихан Сариев

На этой улице ежедневно происходят тысячи событий, для кого-то они, возможно, покажутся несущественными, но для кого-то это целая жизнь, судьба. Сколько признаний в любви, предложений руки и сердца, эксцентричных поступков и неординарных знакомств здесь происходило - нам об этом можно только догадываться. Наверняка были и расставания, где-то печальные, а где-то даже трагические. Уверены, что ни одно прогулочное место в Алматы не соберет больше воспоминаний, чем это. Догадались, о чем мы? Конечно, о знаменитом Арбате. Но речь здесь пойдет не только о нем, но и о не менее любимой алматинцами улице Панфилова. Диалоги с теми, кто ежедневно выходит на променад в самом сердце города, читайте в репортаже корреспондентов Tengrinews.kz.

"Я так хотел, чтоб ты была счастлива со мной, но я отрицательный герой". До нас доносятся обрывки песни столь модной сейчас группы "Нервы". На импровизированной сцене стоит вполне симпатичный молодой человек, образ которого ну никак не вяжется с образом отрицательного героя. Его зовут Степан, и в разговоре с нами он признается, что такие тексты больше заходят у публики. "На улице люди бродят неспроста, бывает, что им плохо, некому душу излить, а тут мы, такие песенки для них поем, им сразу легче становится!" - рассуждает музыкант. 

На Панфилова Степан играет пару лет, до этого была Караганда, там также выступал в центре города, а еще в подземных переходах. "Уличную публику не обманешь, нравится - подходят, слушают, не нравится - мимо идут. Специально ни у кого ничего не просим, но и от денег тоже не отказываемся, если кто дает. Мы из той породы музыкантов, что зарабатывают для того, чтобы играть дальше, аппаратуру покупать, стоит она ведь недешево, - рассказывает наш герой. - Сколько можно здесь заработать? Можно ноль, а можно миллион! Это ж как лотерея.

Прежде чем выйти сюда, я долго думал, чем буду заниматься, как могу быть полезен, а ответ оказался на поверхности: мои песни и есть лучшее, что я могу дать людям. А еще мне близка китайская мудрость: "Не бойся идти медленно, бойся оставаться на месте". Вот за все время, пока здесь играю, я многому научился, тот, кем я был, и тот, кем я стал, - это две большие разницы", - говорит Степан и начинает играть следующую мелодию: публика долгих перерывов не любит. 

"Вы хотите интервью? Давайте, только быстро", - говорит нам Нуршад, он только подошел к своей "точке", а ему еще предстоит настроить гитару и решить, с какой песни он начнет сегодняшний вечер. Ведь репертуар у него немаленький, и к тому же серьезный: это хиты на турецком, испанском, английском и русском. А еще он владеет казахским и уйгурским языками. На вопрос, как ему удалось выучить столько языков одновременно, парень скромно пожимает плечами, говорит, учил самостоятельно, турецкий, например, помогли понять одноклассники, а на английском он и вовсе случайно заговорил и теперь знает его в совершенстве.

"Я люблю здесь петь, раньше играл со своим другом-барабанщиком, но он сейчас в Турции. Сегодня под рукой оказалась гитара, и я подумал, почему бы не выйти и не спеть на Арбате, ведь раньше нам удавалось собрать какой-то народ. Правда, сейчас не сезон, и люди стоять не любят, они просто проходят мимо и оценивают взглядом, еще на бис Фрэнка Синатру просят. Тут, кстати, никто из уличных музыкантов на английском не поет, я это случайно заметил.

Еще я люблю озвучивать разных героев из мультфильмов, делать пародии, хотите покажу? Спанч Боба знаете? Эй, Патрик, как дела?" - на этих словах мимика и голос Нуршада меняются, он начинает хихикать точь-в-точь как мультяшный персонаж. В этот момент зрителей вокруг нас становится все больше и больше. 

Казалось бы, Нуршада и Арию разделяют всего несколько шагов, но там, где сидит наша следующая героиня, уже совсем другой мир, в котором нужно не слышать, а видеть. Девушка с необычным именем 10 лет продает картины на Арбате. Пишет она их сама, причем за пару дней может создать сразу три штуки. Говорит, это потому, что по ночам не спит, а еще характер такой - любит все делать быстро. Ее работы написаны в национальном стиле.  

"Я использую рельефную масляную технику, преимущество моих картин в том, что они могут легко сворачиваться, не мнутся, и их удобно вывозить за рубеж. Секрет этой техники знаю только я, - признается девушка. - Людям такое интересно, и они даже в пандемию продолжают интересоваться искусством. Да, иностранцев сейчас мало, когда-то были американцы, но зато казахстанцы хорошо берут, причем и пенсионеры, и молодежь.  

Продажи идут по-разному. Неделю может быть затишье, а потом могу одну картину за 300 тысяч продать. Вот такой заказ, например, я отправила в Атырау. А здесь самые дорогие, это "Шанырак" и "Лошадки", они по 100 и 200 тысяч стоят, соответственно, маленькие работы - по 15 тысяч тенге. Как создается картина? Мое вдохновение - это воздух, пишу под настроение, о том, что думаю, что хочу. Без настроения не пишу вообще, так как аура всегда передается". 

К нашему разговору подключается соседка Арии, говорит, что продает картины уже 20 лет, стоит здесь и зимой, и летом. "Обидно, что большинство сейчас покупают больше мазню, чем живопись, - сетует женщина. - Это потому, что люди не разбираются, им нужна картина, чтобы "заклеить обои". Но есть и люди со вкусом, они берут работы казахстанского художника Смурыгина, его темы гор и городских пейзажей в тренде, вообще, я заметила, что у казахстанцев появился интерес к импрессионизму.

Вот три дня вообще ничего не могла продать, а сегодня одну картину продала. Когда-то здесь стояло посольство, было время, и турки покупали, и китайцы, и россияне, и американцы, это был 2006 год. После землетрясения в Турции турки "отошли", потом посольство "отъехало", и людей становилось все меньше и меньше. Китайцы нас до последнего "кормили", а сейчас и их не стало, все закрыто. За все время, пока я здесь работаю, максимальные заказы у нас были к праздникам 8 марта и 23 февраля, тогда нам по 20 штук заказывали".

Тем временем на улице вечереет.

Художники начинают собираться домой, а музыкантов, наоборот, становится все больше и больше. Из разных уголков слышим и Цоя, и "Зверей", где-то играет шансон, есть и классическая музыка.

И здесь главное - угадать с настроением прохожих, настроиться с ними, так сказать, на одну волну. Это неплохо получается у Виктора. Ему 70 лет, когда-то он жил в России, работал технологом стекла. А сейчас пишет стихи на тему любви и поет песни из советского прошлого. 

Мы идем на его "Привыкая к боли ран, я прощу тебе обман" - и видим, что не только у нас просыпается ностальгия. Где-то после строк "я не ною о судьбе" подходим, чтобы пообщаться. "Зимой еще здесь терпимо, - рассказывает Виктор. - А вот летом тут будут через каждые пять метров стоять музыканты и с такими усилителями, что мне здесь не место будет. Поэтому мне хотелось бы, чтобы по закону нам разрешали петь не только на Арбате и Панфилова, но и на любой другой улице. Я бывал в разных странах, нигде этому не препятствуют. Алматинцы ведь всегда были легким, веселым народом, сейчас же по городу пройдешь, нигде музыки нет, вы заметили? А мы, музыканты, просто хотим петь и дарить людям настроение. Надеюсь, нашу просьбу услышат". 

"А публика здесь какая?" - спрашиваем. "Благодарная! Как говорится, дальше Магадана точно не пошлют (смеется)".

В этот момент где-то рядом слышим: "Не желаете фото на память?" Девушку в костюме ангела зовут Аружан, говорит, что сегодня они с другом решили прогуляться, а заодно пофотографировать людей. Несмотря на то, что пока они студенты, у них уже есть своя фотостудия и большое желание работать. А за работу берут от 500 до 800 тенге. 

"Мы здесь просто кайфуем, - говорит их коллега Бахытбек, - дарим людям улыбку. Я сюда пришел, когда карантин начался, из-за того, что лишился работы. Получил от государства 42 500, взял фотоаппарат и вышел сюда. 

- А как вы определяете, что человек хочет сфотографироваться?

- Шестое чувство должно работать, а фотографы - хорошие психологи. Вот, допустим, видите, идет парень в наушниках, он точно не будет фотографироваться. Это я по одежде и по лицу определил. Сейчас, кстати, многие вайнеры и блогеры элементарно не умеют подходить к людям, ведь люди, как правило, пугаются при виде камеры.  

После восьми вечера Панфилова и Арбат постепенно стихают. "Это удивительно, февраль - и такая погода теплая", - шепчет кто-то из прохожих (мы снимали репортаж в тот день, когда холода начали отступать). И только где-то вдалеке мы слышим исполнителя, который поет беспрерывно, да, в это трудно поверить, но пауз он не делает вообще. И любой желающий может к нему присоединиться, для этого музыкант кладет рядом с собой различные инструменты. "Иногда здесь собираются барабаны, флейты, знаете, как все это звучит", - говорит нам алматинка, которая каждый день приходит сюда. Чтобы не сломать ту магию, которую создает автор, мы стараемся не задавать вопросов, а зачем, здесь и без слов все понятно, поэтому мы просто слушаем.  

В самом сердце города в эти минуты царит романтика. Скоро весна... 

Текст: Анастасия Солнцева. Фото: Алихан Сариев