1. Главная
  2. Посмотри

Плов и слезы. Как живут люди в Сайрамском районе ЮКО

  • 31

"Такого хорошего плова, как в Сайраме, вы больше нигде не найдете", - нахваливает нам местный узбек кухню Сайрамского района (неподалеку от Шымкента) и тут же дает совет, какое кафе лучше всего посетить. Сам поселок буквально усыпан всевозможными "чайхана" с тандырной самсой и центрами шашлыка, и поэтому создается впечатление, что еда - это чуть ли не главный досуг в этих местах, а может быть, и вовсе основа этого села и для кого-то смысл жизни. Но как на самом деле живут люди в этом поселке контрастов, о чем они говорят и что их беспокоит, попытались узнать корреспонденты Ренат Ташкинбаев и Турар Казангапов.

Эти строения - бывший наркодиспансер. Как рассказали нам местные, здесь живут 26 семей этнических казахов, которые в разное время вернулись на историческую родину, преимущественно из Узбекистана.

Эти строения - бывший наркодиспансер. Как рассказали нам местные, здесь живут 26 семей этнических казахов, которые в разное время вернулись на историческую родину, преимущественно из Узбекистана.

Глядя на рекламу свадебных салонов на улицах Сайрама, можно получить впечатление, что подвенечные платья здесь пользуются какой-то особой популярностью.

Глядя на рекламу свадебных салонов на улицах Сайрама, можно получить впечатление, что подвенечные платья здесь пользуются какой-то особой популярностью.

Салоны предлагают, как платья в национальном стиле - узбекские, казахские, так и в нейтральном - европейском (последние пользуются предпочтением у местных).

Салоны предлагают, как платья в национальном стиле - узбекские, казахские, так и в нейтральном - европейском (последние пользуются предпочтением у местных).

Подобные заведения встречаются здесь очень часто.

Подобные заведения встречаются здесь очень часто.

Но на самом деле сейчас у этих предпринимателей фактически нет заказов.

Но на самом деле сейчас у этих предпринимателей фактически нет заказов.

"В данное время у нас не сезон, в апреле бывает немного заказов. В мае обычно никто не играет свадьбы, потому что есть суеверие, что тот, кто поженился в мае, будет маяться. А потом наступит ораза (мусульманский пост), считай, два месяца тоже ничего не будет. И получается, сезон начнется в августе-сентябре и продлится до декабря", - говорит Улугбек Абдрахманов. Вместе с супругой Мукадас они держат салон свадебных платьев в Сайраме.

"В данное время у нас не сезон, в апреле бывает немного заказов. В мае обычно никто не играет свадьбы, потому что есть суеверие, что тот, кто поженился в мае, будет маяться. А потом наступит ораза (мусульманский пост), считай, два месяца тоже ничего не будет. И получается, сезон начнется в августе-сентябре и продлится до декабря", - говорит Улугбек Абдрахманов. Вместе с супругой Мукадас они держат салон свадебных платьев в Сайраме.

"А еще из-за большой конкуренции цены падают и платья не окупаются. Приходится сдавать наряды в аренду за 30 тысяч тенге. Это нам невыгодно", - отмечает Мукадас.

"А еще из-за большой конкуренции цены падают и платья не окупаются. Приходится сдавать наряды в аренду за 30 тысяч тенге. Это нам невыгодно", - отмечает Мукадас.

Не очень идет бизнес и у Шарахмата Альметова. Он открыл в поселке продуктовый магазин. Но торговли, говорит, фактически нет никакой, а еще сельчане часто берут товары в долг.

Не очень идет бизнес и у Шарахмата Альметова. Он открыл в поселке продуктовый магазин. Но торговли, говорит, фактически нет никакой, а еще сельчане часто берут товары в долг.

"Убытки одни, все свои люди в долг берут. Есть те, которые годами ничего не платят", - говорит мужчина. Он хотел запустить здесь швейный цех, но и это дело у него не пошло.

"Убытки одни, все свои люди в долг берут. Есть те, которые годами ничего не платят", - говорит мужчина. Он хотел запустить здесь швейный цех, но и это дело у него не пошло.

"Цех построил швейный, вот машины стоят новые, нет работы. Охота что-то делать, было бы два-три миллиона - пошло бы дело. Или хотя бы работу дали бы, а так швей здесь много, работяг много", - показывает нам простаивающее оборудование Шарахмат.

"Цех построил швейный, вот машины стоят новые, нет работы. Охота что-то делать, было бы два-три миллиона - пошло бы дело. Или хотя бы работу дали бы, а так швей здесь много, работяг много", - показывает нам простаивающее оборудование Шарахмат.

Он решил нам показать еще кое-что, не относящееся к его семье и бизнесу, но что-то такое, что его очень сильно беспокоит.

Он решил нам показать еще кое-что, не относящееся к его семье и бизнесу, но что-то такое, что его очень сильно беспокоит.

Шарахмат приглашает нас зайти к нему на чашку чая. По дороге мужчина делится с нами мыслями о безработице и коррупции в ЮКО. "Чтобы устроиться техничкой, 100 тысяч надо дать взятку. Получается, чтобы зарабатывать 30 тысяч тенге, надо целое лето бесплатно пахать", - говорит мужчина.

Шарахмат приглашает нас зайти к нему на чашку чая. По дороге мужчина делится с нами мыслями о безработице и коррупции в ЮКО. "Чтобы устроиться техничкой, 100 тысяч надо дать взятку. Получается, чтобы зарабатывать 30 тысяч тенге, надо целое лето бесплатно пахать", - говорит мужчина.

"Здесь есть оралманы, они приехали в 1997 году из Таджикистана, не получили ни квоту, ни жилье. Пойдемте, посмотрите, как они живут", - говорит мужчина и приводит нас к ветхим одноэтажным баракам.

"Здесь есть оралманы, они приехали в 1997 году из Таджикистана, не получили ни квоту, ни жилье. Пойдемте, посмотрите, как они живут", - говорит мужчина и приводит нас к ветхим одноэтажным баракам.

Но есть и те, кто приехал из Таджикистана. Среди них Наима Ельбаева. В этой квартире она живет с детьми и внуками. Она рассказала, что они были одними из первых репатриантов. Но по каким-то обстоятельствам именно они не смогли получить ни квоту, ни жилье.

Но есть и те, кто приехал из Таджикистана. Среди них Наима Ельбаева. В этой квартире она живет с детьми и внуками. Она рассказала, что они были одними из первых репатриантов. Но по каким-то обстоятельствам именно они не смогли получить ни квоту, ни жилье.

"Когда мой муж был жив, он куда только не бегал - и в Верховный суд, и Президенту писал, отправлял письма в 16 стран, даже Маргарет Тэтчер. Люди приходили обещали, обещали, но все так и осталось", - говорит Наима.

"Когда мой муж был жив, он куда только не бегал - и в Верховный суд, и Президенту писал, отправлял письма в 16 стран, даже Маргарет Тэтчер. Люди приходили обещали, обещали, но все так и осталось", - говорит Наима.

Пенсионерка уверяет, что состояла в очереди на жилье, и вроде эта очередь начала двигаться, но потом вдруг их отбросили на 100 пунктов, выделив дома другим людям.

Пенсионерка уверяет, что состояла в очереди на жилье, и вроде эта очередь начала двигаться, но потом вдруг их отбросили на 100 пунктов, выделив дома другим людям.

Рядом с квартирой Наимы есть еще одно здание. Говорят, что это когда-то была кухня старой наркологии. На первый взгляд, здание это непригодно для жилья.

Рядом с квартирой Наимы есть еще одно здание. Говорят, что это когда-то была кухня старой наркологии. На первый взгляд, здание это непригодно для жилья.

"Они здесь тоже живут, только летом, в квартире ведь все не помещаются. Но разве это человеческие условия?" - говорит Шарахмат.

"Они здесь тоже живут, только летом, в квартире ведь все не помещаются. Но разве это человеческие условия?" - говорит Шарахмат.

"Я бы шоколад сделал из этой комнаты, плиты положили бы, крышу переделали бы. Не надо даже денег, участок только дайте. Помогли бы им..." - сказал мужчина, и в его голосе послышалась дрожь.

"Я бы шоколад сделал из этой комнаты, плиты положили бы, крышу переделали бы. Не надо даже денег, участок только дайте. Помогли бы им..." - сказал мужчина, и в его голосе послышалась дрожь.

"Не могу, жалко, такие люди хорошие, такие добрые, нормальные люди и вот так живут, - Шарахмат не смог сдержать слез. - Я им говорю, давайте, переезжайте ко мне".

"Не могу, жалко, такие люди хорошие, такие добрые, нормальные люди и вот так живут, - Шарахмат не смог сдержать слез. - Я им говорю, давайте, переезжайте ко мне".

<p>"Вот, видите, какая проблема, так живут люди. Я очень болею за них", - продолжает мужчина.</p>

"Вот, видите, какая проблема, так живут люди. Я очень болею за них", - продолжает мужчина.

"У нее есть сын, он золотой, мастер на все руки, работяга, он один их кормит", - рассказывает Альметов. Сама женщина называет Шарахмата вторым отцом для своего сына. Во время нашего визита сын Наимы был на заработках.

"У нее есть сын, он золотой, мастер на все руки, работяга, он один их кормит", - рассказывает Альметов. Сама женщина называет Шарахмата вторым отцом для своего сына. Во время нашего визита сын Наимы был на заработках.

Что касается семьи Наимы Ельбаевой, то Асанова подтверждает, что эта семья по какому-то недоразумению действительно осталась без квоты и дома, а тем оралманам, которые приехали в одно время с Ельбаевой, предоставили жилье.

Что касается семьи Наимы Ельбаевой, то Асанова подтверждает, что эта семья по какому-то недоразумению действительно осталась без квоты и дома, а тем оралманам, которые приехали в одно время с Ельбаевой, предоставили жилье.

Сюда их расселили временно, сразу, как они прибыли в Казахстан. Тогда еще здание больницы, говорит женщина, было более-менее пригодным для жилья.

Сюда их расселили временно, сразу, как они прибыли в Казахстан. Тогда еще здание больницы, говорит женщина, было более-менее пригодным для жилья.

По словам активистки, после долгих мытарств местный акимат выделил всем 26 семьям в собственность эту землю, и уже даже запланирован снос ветхих строений. "Я хотела бы отметить наших акимов, которые помогли нам провести колонки и заполучить эти участки", - отметила женщина.

По словам активистки, после долгих мытарств местный акимат выделил всем 26 семьям в собственность эту землю, и уже даже запланирован снос ветхих строений. "Я хотела бы отметить наших акимов, которые помогли нам провести колонки и заполучить эти участки", - отметила женщина.

Вот только за чей счет эти люди будут возводить здесь себе дома - непонятно.

Вот только за чей счет эти люди будут возводить здесь себе дома - непонятно.

Раньше здесь был дом отдыха, потом располагалась психиатрическая больница, и после это здание отдали наркологии.

Раньше здесь был дом отдыха, потом располагалась психиатрическая больница, и после это здание отдали наркологии.

Как рассказала нам местная активистка Гуля Асанова, в таких условиях два десятка семей оралманов живут уже больше десяти лет.

Как рассказала нам местная активистка Гуля Асанова, в таких условиях два десятка семей оралманов живут уже больше десяти лет.

Как уверяет представитель интересов оралманов (сама она пожелала остаться за кадром), все эти люди должны были получить жилье в одном из районов, но почему-то дома предоставили другим.

Как уверяет представитель интересов оралманов (сама она пожелала остаться за кадром), все эти люди должны были получить жилье в одном из районов, но почему-то дома предоставили другим.

"Они сказали, что будут спонсоров каких-то искать", - предположила наша собеседница. На фото - квартира одной из семей. Накрыт стол, приехали в гости родственники.

"Они сказали, что будут спонсоров каких-то искать", - предположила наша собеседница. На фото - квартира одной из семей. Накрыт стол, приехали в гости родственники.

Эту тему не раз поднимали в СМИ, но проблема этих оралманов, говорит Асанова, так и осталась нерешенной.

Эту тему не раз поднимали в СМИ, но проблема этих оралманов, говорит Асанова, так и осталась нерешенной.

По словам Асановой, снос этих квартир запланирован на конец апреля.

По словам Асановой, снос этих квартир запланирован на конец апреля.

"У нас он такой, всем помогает, за всех переживает, такой характер у него. У кого дома хлеба нет, сразу в магазин идет и дает. Не может быть спокойным, когда у кого-то чего-то не хватает. Говорит, как можно спокойно здесь чай пить, если у кого-то хлеба нет", - рассказала нам о своем супруге жена Шарахмата, пока тот отошел, чтобы в очередной раз кому-то чем-то помочь.

"У нас он такой, всем помогает, за всех переживает, такой характер у него. У кого дома хлеба нет, сразу в магазин идет и дает. Не может быть спокойным, когда у кого-то чего-то не хватает. Говорит, как можно спокойно здесь чай пить, если у кого-то хлеба нет", - рассказала нам о своем супруге жена Шарахмата, пока тот отошел, чтобы в очередной раз кому-то чем-то помочь.

Он и его супруга Нарпащща особо на жизнь не жалуются, разве что, говорят, за лекарствами для деда-диабетика далеко приходится ездить, а еще молодежь сидит без работы.

Он и его супруга Нарпащща особо на жизнь не жалуются, разве что, говорят, за лекарствами для деда-диабетика далеко приходится ездить, а еще молодежь сидит без работы.

Сайрамбай с супругой и внуком.

Сайрамбай с супругой и внуком.

"Дети, внуки есть. Все нормально", - говорит нам еще один местный житель Сайрамбай Нурметов.

"Дети, внуки есть. Все нормально", - говорит нам еще один местный житель Сайрамбай Нурметов.

"Раньше молодежь пила, а сейчас молодежь вообще не курит и не пьет. Это хорошо", - делится своими мыслями Сайдахмат Толаметов.

"Раньше молодежь пила, а сейчас молодежь вообще не курит и не пьет. Это хорошо", - делится своими мыслями Сайдахмат Толаметов.

Пообщались мы и с другими жителями Сайрама.

Пообщались мы и с другими жителями Сайрама.

В Сайраме особое отношение к религии.

В Сайраме особое отношение к религии.

Оно проявляется не только наличием мечетей и мавзолеев местных святых, которых здесь, кстати, немало.

Оно проявляется не только наличием мечетей и мавзолеев местных святых, которых здесь, кстати, немало.

Но и вот такими объявлениями на местном рынке.

Но и вот такими объявлениями на местном рынке.

Он готов помочь отремонтировать это здание и сделать его жилым, но уверяет, что этот объект, как и другие бараки, подпадает под снос.

Он готов помочь отремонтировать это здание и сделать его жилым, но уверяет, что этот объект, как и другие бараки, подпадает под снос.

Сайрам значительно отличается от остального Казахстана, в особенности от северных регионов нашей страны.

Сайрам значительно отличается от остального Казахстана, в особенности от северных регионов нашей страны.

Но все же временами кажется, что это какой-то другой мир.

Но все же временами кажется, что это какой-то другой мир.

Здесь своя пресса.

Здесь своя пресса.

Свои исполнители.

Свои исполнители.

Тандырная самса.

Тандырная самса.

Свои традиции.

Свои традиции.

Ну и, конечно, своя кухня.

Ну и, конечно, своя кухня.

Оказавшись в этом поселке, ощущаешь, что ты попал в какую-то параллельную реальность.

Оказавшись в этом поселке, ощущаешь, что ты попал в какую-то параллельную реальность.

Сайрамский плов. Тот самый, ради которого многие готовы ехать сюда издалека. Даже из Турции и Ирана.

Сайрамский плов. Тот самый, ради которого многие готовы ехать сюда издалека. Даже из Турции и Ирана.

Вроде здесь есть знакомые вещи.

Вроде здесь есть знакомые вещи.

Фото: Турар Казангапов. Текст: Ренат Ташкинбаев.

Фото: Турар Казангапов. Текст: Ренат Ташкинбаев.

А вот сайрамская молодежь в отсутствие рабочих мест, напротив, предпочитает уезжать из своего родного поселка. Например, в Южную Корею. Говорят, там можно заработать приличные деньги.

А вот сайрамская молодежь в отсутствие рабочих мест, напротив, предпочитает уезжать из своего родного поселка. Например, в Южную Корею. Говорят, там можно заработать приличные деньги.

"Вообще-то в Сайраме много богатых людей, но по их виду не скажешь, просто они это никак не показывают", - рассказали нам по секрету местные.

"Вообще-то в Сайраме много богатых людей, но по их виду не скажешь, просто они это никак не показывают", - рассказали нам по секрету местные.