1. Главная
  2. Узнай
  3. Технологии
  4. Медицина

В Москве умер первый ребенок из-за новой болезни, вызванной COVID-19

© Reuters © Reuters

В Москве умер первый ребенок из-за новой болезни, вызванной коронавирусом. Об этом РИА Новости рассказала мать девочки Анна Паршикова.

Двухлетняя Мария Паршикова поступила в приемное отделение Морозовской больницы 18 мая, а 23-го скончалась за закрытыми дверями реанимации. Мать к ней не пустили: у девочки был COVID-19, в крови обнаружили антитела IgM - они вырабатываются в острой фазе болезни.

Во время эпидемии семья Паршиковых самоизолировалась на даче, и никто не контактировал с COVID-инфицированными. Поэтому новость о том, что у дочери коронавирус, потрясла родителей.

"У дочки поднялась температура под 40. Приехала скорая. Врачи заподозрили энтеровирусную инфекцию, сказали, ничего страшного, но если лихорадка продержится больше трех суток, вызывайте бригаду опять. Через два дня Маруся начала бегать и скакать как обычно - будто рубильник дернули, - вспоминает Анна. - Зато слегла я: слабость, озноб, но пониженная температура. После такие же симптомы появились у мужа. Мы и подумать не могли, что это COVID-19. У меня в крови нет антител. Либо я бессимптомник, либо вообще не болела, либо тестирование врет - загадка. Вообще, с коронавирусом больше вопросов, чем ответов. Муж и сын будут сдавать анализ, это важно, ведь мы тогда находились с родителями и немолодой няней, могли их заразить".

Через три недели после выздоровления у Маруси снова подскочила температура - 39. "Два дня я пыталась вызвать кого-нибудь - хоть платно, хоть бесплатно. Все бесполезно. На третий день у дочери сильно опух лимфоузел на шее, и мы вернулись в Москву. Врач из поликлиники сказал: похоже на мононуклеоз (инфекционное заболевание, для которого характерны лихорадка и воспаление лимфоузлов. - прим.). Доктора приходили практически ежедневно - и платные, и участковые. Все твердили одно и то же. Но потом я увидела на ножках девочки сыпь и скинула фото приятельнице, педиатру. Та заволновалась: "Срочно вызывай скорую, похоже на Кавасаки". Тут у меня волосы зашевелились".

Приехала бригада. Марусю осмотрели и предположили, что это просто аллергия на антибиотик, однако на всякий случай госпитализировали в Морозовскую больницу. По словам Анны, двое суток никто, кроме единственного дежурного врача, и слышать не хотел, что у малышки, возможно, синдром Кавасаки.

"Но надо отдать должное: начиная с третьего дня помогали дочери всем, чем могли. У меня уже нет сил и желания кого-то судить. Все равно мы никогда не узнаем, было ли что-то сделано не так", - вздыхает Анна.

Даже когда дочь попала в реанимацию, Паршикова не верила, что девочка умирает. Казалось, вот-вот кризис минует.

"Сейчас понимаю, что мой мозг перешел в режим самосохранения. Нет, я действовала: звонила, писала, трясла всех. Но когда твой ребенок угасает на глазах, сознание будто ставит блок и все как в тумане. Я убеждала себя: еще чуть-чуть, и все наладится. Даже спросила: "Вы нас из реанимации пока не переводите?" На меня посмотрели как на идиотку. Видимо, доктора уже все понимали. Но мне-то никто ничего не говорил", - рассказала женщина.

Маруся "сгорела" за семь дней. Потом врачи объяснили Анне: у девочки был Кавасаки-подобный синдром, вызванный коронавирусом. Он привел к обширному поражению внутренних органов.

"Совсем недавно дочь выглядела как нормальный ребенок, которому просто нездоровится. Вскрытие показало: у нее чудовищные повреждения внутренних органов. "Вы такое раньше видели?" - допытывалась я у врачей. Мне ответили, что так обычно бывает после длительного онкозаболевания или при иммунодефиците. А здесь неделя - и все", - описывает Паршикова.

По словам Анны, ей очень важно предать огласке свою историю: "Не для того, чтобы кого-то наказать, - мы хотим, чтобы люди знали об этой болезни".

Никто, переживает Паршикова, даже не подозревает, что жизнь детей в опасности. "На днях по ТВ сказали, что в Москве нет ни одного ребенка с этим синдромом. Я была в ужасе. Вместо того чтобы предупредить родителей, дезинформируют многомиллионную аудиторию. Это преступление, - считает она. - Даже сейчас в Морозовской больнице есть дети с этим диагнозом. Мне пишут сотни людей, я рассказываю им о симптомах дочери и, конечно, советую обратиться за помощью - ведь я ни в коем случае не врач".

Пульмонолог Дмитрий Овсянников объяснил, что еще в начале весны мировое врачебное сообщество обнаружило новый детский недуг - мультисистемный воспалительный синдром, ассоциированный с COVID-19. Другое название - Кавасаки-подобная болезнь.

"На сегодня известно о 600 случаях. Один ребенок погиб, то есть летальность - меньше одного процента", - уточнил врач.

Овсянников назвал шесть классических признаков синдрома Кавасаки: лихорадка, изменения слизистых оболочек (красные губы, земляничный или малиновый язык), отек ладоней и ступней, конъюнктивит, увеличение лимфоузлов, особенно шейных, а также разнообразная сыпь.

У детей с мультисистемным воспалительным синдромом могут быть не все симптомы, но даже некоторые из них должны насторожить родителей и врачей. Не стоит игнорировать и специфические черты новой болезни.

"Она поражает детей девяти-десяти лет, а средний возраст пациентов с синдромом Кавасаки - два года. Другие особенности - снижение артериального давления и шок. Могут быть нарушения желудочно-кишечного тракта (понос, рвота), головные боли и симптомы менингита", - перечислил эксперт.

"Профилактики нет. Важно понимать, что синдром развивается через одну-шесть недель после перенесенной коронавирусной инфекции. Если кто-то в семье переболел ОРВИ и тем более при подтвержденном COVID-19, нужно особенно пристально следить, нет ли у ребенка лихорадки, сыпи, конъюнктивита. В этом случае - срочно за медицинской помощью! Одна из причин фатального исхода - поздняя госпитализация", - заявил пульмонолог.