В Казахстане периодически происходят резонансные нападения, которые совершают люди с психическими расстройствами. Каждый раз в обществе возникает вопрос: почему их не изолируют? Почему они свободно ходят по улицам?
Однако, как отмечают специалисты, сам диагноз — не основание для принудительной госпитализации. Корреспондент TengriHealth разбиралась, почему не все пациенты с подобными диагнозами находятся в стационарах.
Громкие случаи нападения
В феврале 2025 года подросток набросился с ножом на пятилетнего ребенка в лифте жилого дома в Астане. Пострадавшего доставили в больницу. Почти сразу стало известно, что 14-летний нападавший состоит на учёте в психоневрологическом диспансере.
История вызвала бурное обсуждение в обществе. Минздрав проводил служебное расследование.
"Есть определённые требования, в том числе и к опекунам таких детей, которые имеют инвалидность по поводу психического здоровья. Эти требования подразумевают, что они должны обеспечить постоянное наблюдение. Эти дети должны быть под постоянным контролем", — говорил представитель министерства.
В Мажилисе заявляли, что необходимо вернуться к вопросу о реформировании психиатрической службы.
"Потому что очень многие, кто имеет психиатрические особенности, они сегодня находятся в нашем обществе, не получая лечения. А это нужно делать, нужно к этому вопросу вернуться очень серьёзно", — высказывались депутаты.
В апреле 2026 года подобный случай произошёл в Алматы. Мужчина без причины жестоко избил 66-летнюю женщину, стоявшую на остановке. Видеокамера сняла, как он подходит к стоящей на остановке пожилой женщине и начинает жестоко избивать её кулаками, а когда она падает — ногами по голове.
Как выяснилось позже, у молодого человека ранее уже диагностировали психическое расстройство.
Момент нападения на женщину на остановке. Кадр из видео
Буквально через несколько дней стало известно о ещё одной похожей истории: мужчина в Костанае ударил незнакомую женщину, которая просто проходила мимо. Позже стало известно, что этот человек состоит на психучёте.
С одной стороны, после таких случаев нередко звучит один и тот же вопрос: почему этих людей заранее не изолируют от общества? С другой — эксперты предостерегают, что такие истории не должны становиться поводом для стигматизации.
Где и как лечить человека с психиатрическим диагнозом: кто это решает
Мы решили разобраться, какие юридические механизмы применяются для госпитализации людей с психиатрическими диагнозами.
Как рассказала Алима Махамбетова, заведующая общепсихиатрическим стационаром в Центре психического здоровья Алматы, действующее законодательство не позволяет поместить человека в клинику только на основании диагноза.
"До тех пор, пока пациент с психическим расстройством не представляет реальной опасности, пока он не совершил никаких противоправных действий, у врачей нет законных оснований для того, чтобы принудительно поместить его в лечебницу. Он может лечь в стационар только по собственному желанию (или по заявлению законных представителей, в случае, если пациент признан недееспособным— прим. редакции)", — объясняет Махамбетова.
Госпитализация возможна только при обострении его состояния или по решению суда.
Человека с психиатрическим диагнозом могут поместить в клинику через суд:
- в гражданском порядке, если он ещё не совершил правонарушения, но его признают опасным для него самого или для окружающих.
- в уголовном порядке, если правонарушение уже произошло.
"Важно помнить: до совершения противоправных действий человек может вообще ни разу не попасть ни в поле зрения полиции, ни в систему здравоохранения. Следовательно, и причин для его изоляции нет", — уточняет специалист.
Нередки случаи, когда родные, замечая странное поведение близкого, списывают его на "джинов" и водят больного по целителям вместо обращения за медицинской помощью. Это так называемое магическое мышление, которое психиатр считает отдельной проблемой.
В результате человек остаётся вне системы наблюдения, не состоит на учёте у врачей и продолжает свободно находиться в обществе. Люди теряют время, в течение которого заболевания, включая такие тяжёлые, как шизофрения, могут прогрессировать.
Диагноз — не равно агрессия
Алима Махамбетова отдельно подчёркивает принципиально важный момент, который часто теряется в общественных обсуждениях:
"Не каждый человек с психическим расстройством опасен для общества. Как, допустим, и не каждый условно здоровый человек совершенно безопасен", — говорит она.
И с ней сложно не согласиться: статистически значительно больше преступлений совершают люди, у которых во время следствия не выявляется никаких психиатрических диагнозов.
Как устроена система психиатрической помощи в Казахстане
Эксперт поясняет, что система оказания психиатрической помощи в Казахстане включает амбулаторное и стационарное звенья, которые работают в единой структуре.
И если со стационаром всё понятно — больной находится в закрытом отделении под круглосуточным наблюдением специалистов, то с амбулаторной помощью немного сложнее.
Амбулаторно лечат тех пациентов, чьё состояние позволяет жить вне стационара без риска для себя и окружающих.
Такое лечение назначают, когда человек:
- находится в стабильном состоянии (нет острого психоза, сильной агрессии, тяжёлых обострений);
- не представляет опасности для себя и окружающих;
- сохраняет критичность к своему состоянию (понимает, что болен, и готов лечиться);
- соблюдает рекомендации врача (принимает препараты, приходит на приёмы);
- может самостоятельно (или при поддержке семьи) жить и обслуживать себя в быту.
Пациенты на амбулаторном лечении должны наблюдаться у психиатра. Частота приёмов зависит от состояния больного. Они могут быть:
- Ежемесячными, если человек находится на принудительном амбулаторном лечении по решению суда. Такая мера часто применяется, если пациент уже проходил принудительное лечение в стационаре, его состояние улучшилось, и
суд принял решение перевести его на амбулаторное. - Ежеквартальными — при частых рецидивах заболевания.
- Раз в полгода — при стабильном течении болезни.
При этом, отмечает врач, практически невозможно проверить, как пациент принимает прописанные ему медикаменты, соблюдает ли все рекомендации психиатра и так далее.
"Если человек живёт один и он социально изолирован, качество контроля значительно снижается. Но если участковый психиатр заметит, что состояние ухудшится, больного, состоящего на принудительном амбулаторном лечении, снова по решению суда помещают в стационар", — обращает внимание специалист.
Особняком стоят те пациенты, которые числились на учёте в одном городе, но потом сменили место жительство. Как объяснила врач, они не обязаны законодательно уведомлять клинику о смене адреса проживания. Поэтому, переехав, такой человек может просто выпасть из поля зрения специалистов.
Сколько человек состоит на психиатрическом учёте в Казахстане
В ответ на наш официальный запрос в Министерстве здравоохранения сообщили, что по состоянию на 1 мая 2026 года на динамическом наблюдении с психическими и поведенческими расстройствами (без учёта расстройств, связанных с употреблением психоактивных веществ) состоит 211 586 человек.
Всем людям, состоящим на динамическом наблюдении, при наличии медицинских показаний назначается лечение, в том числе в амбулаторных условиях.
Принудительное лечение в стационаре: сколько человек и почему?
По данным министерства, за первый квартал 2026 года психиатрическую помощь в стационарных условиях получили более 10 700 тысяч человек.
Принудительное лечение применяется исключительно по решению суда и в строгом соответствии с законодательством, говорится в ответе.
"На сегодняшний день на принудительном лечении в региональных центрах психического здоровья находятся 150 человек, 760 человек в Республиканской психиатрической больнице специализированного типа с интенсивным наблюдением", — пояснили в министерстве.
Стало ли людей с психиатрическими диагнозами больше
По словам Алимы Махамбетовой, рост количества людей с психическими расстройствами действительно наблюдается. Но связан он не с тем, что казахстанцы стали чаще болеть.
"Население городов увеличивается, жизнь ускорилась, люди находятся в этой гонке. Не все выдерживают такой уровень напряжения. Поэтому мы сейчас отмечаем больше психических проблем, связанных с постоянным стрессом", — говорит врач.
Она отмечает, что с каждым годом всё больше людей сами обращаются за психиатрической помощью, и это тоже влияет на статистику выявления.
"При этом всё ещё сохраняется стигматизация психиатрии. Некоторые люди боятся обращаться в клинику из-за сложившейся картинки, что "сейчас их накачают препаратами и станет хуже". На самом деле психиатры в первую очередь врачи, и мы стремимся помочь нашим пациентам", — рассказывает спикер.
Можно ли предсказать агрессию?
На этот вопрос Алима Махамбетова отвечает однозначно: нет, нельзя.
"Спрогнозировать поведение абсолютно любого человека, независимо от того, есть у него диагноз или нет, невозможно. На вспышку агрессии может повлиять что угодно — от банального недосыпа и усталости до какой-то триггерной ситуации", — говорит психиатр.
При этом Махамбетова подчёркивает: система здравоохранения не может и не должна предсказывать поведение каждого человека. Она работает с уже проявившимися рисками, а не с потенциальными сценариями, которые, по сути, невозможно гарантированно просчитать.
Диагноз — не основание для изоляции
Психиатрические клиники не могут и не должны превращаться в закрытые учреждения, куда людей будут помещать "на всякий случай". Сам по себе диагноз не даёт оснований лишать человека свободы.
"Психиатрическая помощь направлена на уменьшение выраженности психопатологической симптоматики, стабилизацию состояния и снижение риска общественно опасного поведения", — комментирует специалист.
Вместе с тем, добавляет врач, невозможно полностью исключить вероятность поведенческих нарушений. Поведение человека с расстройством определяется совокупностью клинических, личностных и ситуационных факторов.
В итоге система оказывается в ситуации, где необходимо соблюдать баланс между правами человека и безопасностью общества. И, как подчёркивают специалисты, универсального решения здесь не существует.
Читайте также:
Вы хотите об этом поговорить? Как новый закон изменит работу психологов в Казахстане
“Я боялась своих мыслей“: история женщины, пережившей послеродовую депрессию
