Обратить на это внимание предлагает экономист Руслан Султанов. В авторской колонке на Tengrinews.kz он отмечает, что самое тревожное — не рост кредитов, а то, что для нового поколения рассрочка становится нормой раньше, чем появляются финансовая устойчивость и привычка жить по средствам. Эксперт объясняет, почему это риск не только для одного отдельно взятого молодого человека, но и для экономики.
Для части молодёжи первый финансовый опыт сегодня — это уже не накопительный счёт и не первые инвестиции. Это кнопка "оформить рассрочку за три минуты". И именно это делает происходящее намного опаснее, чем кажется на первый взгляд.
Потому что речь идёт уже не просто о кредитовании. Речь идёт о постепенном изменении финансовой культуры целой страны.
Кредит постепенно перестаёт быть решением чрезвычайной ситуации. Он становится способом дожить до зарплаты, купить телефон, оплатить отпуск или закрыть предыдущий заём. И самое опасное — общество начинает воспринимать это как норму.
Каждый второй казахстанец — с кредитом: что говорят цифры
По данным Первого кредитного бюро, число людей с кредитами достигло 10 496 525 человек. При населении в 20 518 005 это означает, что кредиты уже есть у 51,2 процента жителей страны. Фактически — у каждого второго. Это ситуация, когда заёмные деньги начинают заменять реальные доходы.
Экономика растёт, доходы падают: почему казахстанцы берут всё больше в долг
И особенно тревожно это выглядит на фоне того, что экономика растёт, а люди богаче не становятся. Экономический рост в Казахстане составил:
- 5,1 процента в 2023 году,
- пять процентов — в 2024-м,
- 6,5 процента в 2025 году.
Но одновременно индекс реальной заработной платы ушёл в отрицательную зону.
Когда реальные доходы не успевают за инфляцией, долг начинает поддерживать потребление. Люди продолжают покупать технику, оформлять рассрочки, пользоваться займами, поддерживать привычный уровень жизни.
На коротком горизонте это выглядит почти как благополучие. Магазины полны покупателей. Торговые центры загружены. Продажи техники растут. Экономика показывает хорошие цифры. И создаётся ощущение устойчивости.
Но особенность долговой экономики в том, что она долго выглядит успешной. Потому что часть этого благополучия — это потребление будущих доходов, которые люди ещё не заработали.
Займы до зарплаты молодеют: средний возраст заёмщика уже 33 года
По данным исследования Национального банка, средний возраст клиента сегмента займов "до зарплаты" снизился с 36 лет в 2022 году до 33 лет в 2024-м. Одновременно средняя сумма такого займа выросла с 50,6 тысячи до 64,2 тысячи тенге.
На первый взгляд разница кажется небольшой. Но для экономики это очень серьёзный сигнал. Чем моложе заёмщик, тем выше вероятность, что кредит становится не исключением, а образом финансовой жизни.
Человек ещё не успел создать капитал, накопления или устойчивый доход, но уже входит в схему постоянного долга. И это уже не просто вопрос банковского сектора, а вопрос того, какую модель общества мы формируем.
PDL-кредит: экстренная помощь или образ жизни?
Особенно показательны займы "до зарплаты", которые вроде как продукт для краткосрочных кассовых разрывов. Но цифры показывают совсем другую картину. В 2024 году хотя бы один PDL-кредит получили почти два миллиона человек.
При этом две трети из них уже имели обязательства и по другим видам микрокредитов.
То есть для огромного числа людей заём "до зарплаты" давно перестал быть экстренной помощью. Он стал частью повседневной финансовой модели.
Ещё тревожнее другая цифра — около 30 процентов клиентов оставались в статусе PDL-заёмщика более шести месяцев в течение года. Когда речь о продукте "до зарплаты" — это уже не временная сложность, а образ жизни. А некоторые заёмщики оформляли по 20–25 таких кредитов в год, причём среднегодовой объём таких займов превышал миллион тенге на человека. Получается, что часть населения начинает жить в режиме постоянного перекредитования.
Чем опасна долговая модель для целого поколения
И именно здесь возникает главный риск, который пока недооценивается. Самая опасная стадия долговой модели наступает не тогда, когда кредиты становятся массовыми, а когда общество перестаёт считать это проблемой. Когда жизнь в кредит начинает восприниматься как обычная часть взрослой жизни, экономика незаметно входит в очень опасную фазу зависимости.
Когда долг становится нормой: 5 последствий для экономики
Это связано с тем, что долг меняет не только финансовое положение человека — он меняет его будущее. Чем раньше человек попадает в долговую модель, тем позже у него появляется собственный капитал, то есть:
- позже появляются накопления,
- позже приходит финансовая независимость,
- позже создаётся бизнес,
- позже формируются инвестиции,
- позже появляется устойчивый средний класс.
В какой-то момент страна начинает выращивать не поколение инвесторов и предпринимателей, а поколение постоянных заёмщиков.
Казахстан рискует вырастить поколение заёмщиков
Это особенно заметно по структуре последних лет, где одним из ключевых драйверов экономики оставались расходы домашних хозяйств на конечное потребление.
Фото: © Tengrinews.kz
Но если этот спрос всё активнее финансируется кредитом, возникает такая конструкция: экономика ускоряется за счёт того, что население заранее тратит свои будущие доходы. Не производительностью труда, не развитием бизнеса и не ростом благосостояния, а расширением потребительского долга.
На коротком горизонте это действительно создаёт рост. На длинном — начинает подрывать устойчивость самой системы.
Потому что каждая новая волна кредитов одновременно становится и будущим ограничением.
Чем больше доходов население направляет на обслуживание долгов, тем меньше остаётся пространства для формирования собственного капитала. И тогда экономика попадает в ловушку. Чтобы поддерживать прежний уровень потребления и роста, системе требуется всё больше новых кредитов.
Но чем выше долговая нагрузка, тем слабее становится сама база для дальнейшего роста. Это делает экономику крайне уязвимой и неустойчивой.
Да, это замедляет спрос.
Да, это болезненно для части бизнеса.
Но продолжение прежней модели было бы намного опаснее. Потому что проблема уже давно не в самих кредитах. А в том, что общество постепенно привыкает жить не за счёт созданного благосостояния, а за счёт постоянного доступа к новому долгу, что начинает менять саму экономическую культуру страны.
Такая модель может выглядеть успешной вплоть до момента, когда система начинает ломаться. Пока люди способны занимать — рост продолжается. Но если экономика слишком долго поддерживает потребление через постоянное расширение долга, страна постепенно начинает проедать собственное будущее.
И тогда кредиты перестают быть инструментом развития. Они начинают становиться механизмом, через который экономика скрывает отсутствие настоящего роста благосостояния. А в какой-то момент есть риск столкнуться с ситуацией, когда целое поколение входит во взрослую жизнь уже не с капиталом, а с долговой нагрузкой.
И это уже проблема не банков.
Это проблема будущего экономики Казахстана.
Мнение редакции может не совпадать с мнением автора
Читайте также:
Высокая базовая ставка в интересах большинства. Эксперт о том, что создаёт экономику Казахстана
В Казахстане легализовали криптовалюту. Что можно, а что всё ещё нельзя?
