1. Главная
  2. Почитай

Некоторым людям "чипы уже вставили"

Различные конспирологические теории гласят, что вместе с вакциной от COVID-19 людям "будет введен чип". Мне кажется, что у некоторым людям чип уже вживили. Это чип страха и равнодушия.

Авторский блог эксперта по Ближнему Востоку Акмарал Баталовой.

В прошлогодней поездке в Сирию я встретила 13-летнего Нурдина. Когда ему было семь лет, он попал под ракетный обстрел, остался без ног. Бывает такое, посмотришь человеку в глаза, и его боль становится твоей. От подруги узнала, что у нас есть центр инвалидов "Независимая жизнь Дос", где люди с ограниченными возможностями собирают коляски. Так родилась идея помочь сирийским детям и нашим инвалидам одновременно. Хочу искренне поблагодарить всех, кто принял участие в этой благотворительной акции, за отзывчивость и милосердие! За полгода нам удалось собрать 30 колясок.


Члены казахстанского инвалидного Центра «Независимая жизнь «ДОС»

Но как же их вывезти в условиях пандемии, когда все границы закрыты? Даже во время активных пассажирских перевозок трудно найти авиакомпанию, которая согласилась бы доставить груз весом больше 600 килограмм бесплатно. Решила написать письмо в Минобороны Казахстана с просьбой помочь. Ответили по-военному быстро и коротко: вылет меньше чем через неделю попутным рейсом в Москву, затем - российским военным бортом - в Сирию. Безвозмездно.

Военные, они люди надежные, неоднократно убеждалась в этом. Большое человеческое спасибо министру Нурлану Ермекбаеву и всем нашим военнослужащим, кто дал возможность этой поездке случиться!

Для меня это был первый опыт. Как оказалось, для нашей бюрократической системы - тоже. Никогда до этого частное лицо само по себе не вывозило гуманитарную помощь за границу. Для того чтобы вывезти любой товар с территории ЕАЭС, необходимо заполнить таможенную декларацию в стране вывоза с указанием конечного пункта доставки. Это для того, чтобы не проходить таможенные процедуры в стране транзита. Для того чтобы заполнить таможенную декларацию, нужно получить разрешение Минздрава на вывоз медицинских товаров, согласно правительственному постановлению. Для того чтобы получить данное разрешение, нужно получить три справки на трех разных интернет-платформах.

У меня оставалось пять дней, чтобы это сделать. Первый день ушел на попытку зарегистрироваться в интернет-приложениях, но они висли. Дозвониться в Минздрав и получить вразумительный ответ от безликих чиновников не получалось. Понимая, что времени катастрофически не хватает, обратилась к министру здравоохранения через соцсети. Он ответил только в пятницу вечером, когда до поездки оставалось три дня, и только один из них - рабочий. После поручения министра все сдвинулось с места. Печально, что многие вопросы у нас решаются после вмешательства первого руководителя, но, несмотря на это, хочу от души поблагодарить Алексея Цоя и всех помогавших мне работников Минздрава в Нур-Султане и Алматы за неравнодушное отношение. Они вышли на работу в выходные, и лицензия на вывоз инвалидных колясок была выдана за день до вылета.

Однако меня поразила фраза одного из чиновников. Он сказал: "Давайте попробуем зайти в приложения вместе и будем там разбираться. Мы ведь не знаем, как это работает со стороны заявителя, поскольку находимся по эту сторону компьютера".

То есть, например, когда я не знала, как воспользоваться банковским мобильным приложением, работник банка по телефону пошагово объяснил мне, как это сделать.

Служащие же министерства сделали это с трудом, видимо, из-за несовершенства системы приложений, постоянных совещаний и проверок, не оставляющих времени на обучение.

Причем хочу еще раз подчеркнуть: все чиновники понимали конечную цель и искренне готовы были помочь. Но бюрократическая система, не учитывающая неординарных ситуаций, к тому же облаченная в цифру, затрудняла их человеческое стремление.

Параллельно общалась с работниками брокерской компании, которые вели меня через дебри таможенной бюрократии, объясняя, какие документы и разрешения еще нужны. Выяснилось, что на вывоз 100 килограмм конфет, которые я также собиралась передать сирийским детям, необходимо получить разрешение от АО "Рахат". Потому что существует Закон РК "Об авторских правах", который защищает уникальный рецепт сладкой продукции. Да-да! Нужно разрешение от кондитерской фабрики, чтобы вывезти ее продукцию за границу!

На сайте компании смогла обнаружить только номер телефона отдела продаж. Дозвонившись, объяснила, кто я и что мне нужно. Женский голос ответил, что не знает, как помочь, и перенаправил меня в канцелярию. Там тоже не знали, что делать, и соединили с пиар-менеджером. Ее не было на месте, пришлось снова звонить в канцелярию и просить номер мобильного. "Это информация личного характера, я не могу дать вам ее номер", - таков был ответ. "Ну так дайте ей мой и попросите перезвонить", - настояла я.

Пиар-менеджер перезвонила через час, но и она не знала, что делать, и посоветовала обратиться к заместителю директора по экспорту. Тот направил в юридический отдел. В юридическом отделе попросили предъявить копию чека, подтверждающего, что конфеты действительно куплены.

Чека у меня не было. Конфеты я собиралась купить после того, как получу лицензию Минздрава на вывоз колясок. Без нее поездка могла не состояться. Зачем мне тогда 100 килограмм конфет?

Тщетно пыталась уговорить юриста выдать разрешение без чека. Объяснила, что оно необходимо для срочного заполнения таможенной декларации. Клятвенно обещала вернуть этот чрезвычайно важный документ, если поездка не состоится. Но юрист кондитерской фабрики была неумолима, без указания первого руководителя разрешения не выписывала.

Снова позвонила замдиректора, он ничем помочь не мог. Перезвонила пиар-менеджеру. Та посоветовала отправить письмо руководству фабрики с просьбой выдать разрешение на вывоз 100 килограмм конфет. Отправив e-mail, посмотрела на часы. Было 17.05. Пятница. Рабочий день заканчивался. Снова набрала номер пиар-менеджера, попросила проверить почту и ускориться с ответом. "Ну, знаете, тут я уже помочь не могу. Даже не знаю, когда секретарь распечатает ваше письмо и когда она занесет его начальству. Скорее всего, шеф прочтет его уже в понедельник и отпишет исполнителям", - ответила менеджер. Закипая, спросила ее: не ошиблась ли я номером? Может быть, я обращаюсь не на кондитерскую фабрику, а в какое-то бюрократическое госучреждение: акимат, министерство или даже кабинет министров?

"Это наши правила, и мы не можем их нарушать", - ответила девушка. Тут я не выдержала. Сказала, что не буду покупать конфеты и, послав все к черту, бросила трубку. Через полчаса девушка, отвечающая за рекламу, перезвонила и сказала, что в понедельник до обеда разрешение будет выдано.

Конфеты в ассортименте фабрики "Рахат" я все же купила, 120 килограмм, вместе с шоколадом "Казахстан". Все-таки хороший продукт для рекламы страны. Да и бабушка моя всю жизнь на этой фабрике проработала. С детства помню фигурки Деда Мороза в новогодних подарках. Правда, они были не полые, а из цельного куска шоколада с половинками лесного ореха. 

А еще мне таможенный брокер сообщила, что необходима справка на выезд меня самой, разрешающая сопровождать гуманитарный груз. Письмо от моей частной компании почему-то не годилось, поэтому я обратилась в редакцию Tengrinews. Слушая рассказ про мои мытарства, руководитель издания сочувствовал и возмущался вместе со мной, но когда я дошла до разрешения на выезд, сказал: "Подождите, мне надо посоветоваться с юристом". Мы дружно рассмеялись. Но справку я в итоге получила.

В аэропорту Нур-Султана работник таможни проверил все документы, пересчитал все коробки на борту самолета и выдал вожделенную таможенную декларацию, строго сказав: "Держите конверт при себе, не потеряйте и по прибытии сразу передайте сирийской стороне".

По прилете на военный аэродром под Москвой выяснилось, что не только наша, но и российская бюрократическая система впервые столкнулась со случаем доставки частной гуманитарной помощи. До этого она отправлялась от правительств, благотворительных фондов и НПО. Мы прождали четыре часа, пока наземные службы решили, что делать с нашим грузом, кто его будет разгружать и где его разместить на ночь. Но, зато, я познакомилась с главным человеком, который командует воздушным гаражом российского военного порта. Он оказался нашим земляком, Сергей Викторович родился в Талдыкоргане.

Когда мы, наконец, вечером следующего дня добрались до аэропорта военной базы РФ в Латакии, привезенные нами коробки были быстро перегружены в грузовики общества Сирийского Красного Полумесяца и увезены в Дамаск.

В Сирии о таможенной декларации и бумажках с разрешениями никто даже и не спросил. То ли копии документов уже были заранее отправлены из Москвы таможенной службой, то ли они здесь, действительно, были никому не нужны.

Нам с оператором уехать на машинах SARC ночью не позволили российские военные, опасаясь за нашу безопасность. Несмотря на то что активные военные действия на большей части страны прекратились, обстановка местами еще напряженная. Поэтому постоянную заботу военнослужащих армии России мы с оператором ощущали во время всей двухнедельной поездки и очень за нее благодарны. Несмотря на то что мы граждане разных государств, наши два народа всегда неизменно объединяет многовековая история и общий культурный код взаимопомощи.

Конечно, наш гуманитарный груз – это капля в океане, поскольку в Сирии в среднем на минах подрываются до 200 человек в сутки. Большая часть – дети из сельских мест. В стране, измученной войной, также много больных с врожденным церебральным параличом, и колясок катастрофически не хватает. Поэтому тридцать семей в Дамаске, Алеппо и Сувейде были им очень рады.

Неважно, сколько лет ребенку, но если он лишен возможности двигаться, его мир сужается до одиночества в пределах одной комнаты. Он еще больше, чем здоровый ребенок, зависим от взрослых. С появлением средства передвижения такие дети получают относительную свободу, возможность самостоятельно посещать школу, больше находиться на свежем воздухе и общаться со сверстниками.

В Сирии столкнулись интересы крупных мировых держав, региональных и местных оппонентов, которые никак не могут договориться между собой. Однако в результате этого многолетнего и многогранного конфликта, как всегда, страдает простой народ. Но, несмотря ни на что, сирийцы всегда помогают друг другу.

Система благотворительности имеет долгую историю и традицию. Многие состоятельные люди остались в стране и, участвуя в ее восстановлении, открывают школы и больницы. Те, кто уехал, помогают родным и своей стране из-за рубежа. Активно действуют различные неправительственные, молодежные и религиозные организации. По всей территории страны действуют офисы общества Красного Полумесяца. Очень понравилось, как организованно и дружно работают его команды, в которые входят врачи, психологи, бывшие военнослужащие и волонтеры.

Большую работу также проводит благотворительный фонд первой леди – Асмы аль Асад.

Существенную помощь оказывают Россия, Иран, Индия, Китай, другие союзные государства, гуманитарные миссии ООН и другие международные благотворительные и религиозные организации. Но этого недостаточно, поскольку разрушения и урон, которые нанесены этой когда-то процветающей стране, колоссальны.

Незаконные санкции США и ЕС, объявленные Сирии, усложняют ситуацию. Война продолжается, но уже другими, экономическими, методами. В эту страну невозможно перечислить деньги, под запрет попадают детское питание, противораковые препараты, аппараты МРТ и другое медицинское оборудование. В итоге опять страдают простые люди. Знакомый сириец рассказал, что его сын учится на стоматолога. "У меня зарплата – 30 долларов, а набор необходимых для стоматологической практики инструментов стоит 150 долларов", - сетовал он.

А ведь раньше Сирия сама помогала другим странам, и даже после недавнего взрыва в Бейруте машины скорой помощи везли пострадавших из соседнего Ливана в сирийские больницы.

По моим личным наблюдениям, по сравнению с прошлым годом жизнь стала намного тяжелее. Введены хлебные карточки, которых не было даже во время активной фазы боевых действий, тогда мука и хлеб дотировались государством. За бензином – многокилометровые очереди машин. Подруга из Алеппо с ужасом рассказала: "Сейчас на улице хулиганы могут подбежать и выхватить телефон или сумку из рук. Даже в войну такого не было!" По таким рассказам можно представить, какой была жизнь до войны. По многим людям на улицах видно, что они недоедают, большинство из них выглядит очень уставшими. Дети раньше никогда не просили милостыню напрямую, даже в бедных районах, они продавали цветы, какие-нибудь мелкие сувениры. Сейчас же, не стесняясь, бегут следом, крича: money-money. Очень горько видеть, как через голод ломают достоинство нации, пережившей гражданскую войну и набег орд международного терроризма, как хотят, во что бы ни стало, поставить ее на колени.

В то же время все столики по вечерам в дорогих ресторанах в центре городов заняты, в основном красиво одетыми женщинами. Несмотря на кризис с бензином, в Дамаске по-прежнем с утра до позднего вечера непрекращающийся поток машин. На знаменитом рынке Аль Хамидия в Дамаске в рабочий день, как всегда, не протолкнуться.

Это о жизни на правительственной территории.

Непростая судьба и у жителей провинции Идлиб, которую контролируют не согласившиеся на примирение боевики вооруженных группировок и террористических организаций. Мирные граждане, не согласные с государственной политикой или нейтрально относящиеся к ней, но не имеющие ничего общего с радикалами, вынуждены жить по их правилам. Тех, кто пытается перейти на правительственную территорию по периодически открывающимся гуманитарным коридорам, убивают. Террористы используют мирное население в качестве живых щитов во время возобновляющихся боевых действий.

С середины прошлого века Идлиб является оплотом запрещенной в Сирии и многих других странах организации "Братья-мусульмане". Сейчас эта провинция находится под контролем террористических группировок, таких как Аль Каида, Джабхат ан Нусра (организации признанные террористическими  и запрещенные в РК) и других вооруженных формирований, состоящих из иностранцев, включая граждан Кавказа, Центральной Азии и, между прочим, Казахстана. Сознание целого поколения молодых людей радикализировано за это время. Однако вопрос освобождения последней из 4 зон деэскалации заморожен по политическим мотивам.

Если не решить эту проблему в ближайшее время, террористическая угроза будет продолжать распространяться по всему миру. Не исключено, что боевики, получившие военный опыт в Сирии, уже экспортируются в другие зоны конфликтов, их могут использовать в тех или иных деструктивных целях в разных странах.

Понятно, что от совместного решения всеми странами проблемы терроризма и объединения усилий по борьбе с ним зависят не только мир в Сирии и благополучие ближневосточного региона. От экономического восстановления этой страны выиграет глобальная стабильность.

Поэтому меня каждый раз поражают комментарии некоторых людей, включая некоторых наших чиновников. Они спрашивают: почему ты о сирийцах беспокоишься, вместо того чтобы казахстанцам помочь? А зачем тебе Сирия?

Ни одна мораль или религия мира не дозволяет осуждать и обсуждать благотворительные действия других людей. Каждый сам решает, кому, сколько и где помогать. Конечно же, оказывать помощь лучше молча. Призывать других присоединиться приходится в крайнем случае, когда беда совсем большая и усилий одного человека недостаточно. А в Сирии беда просто огромная. Сирийская трагедия будет еще долго отдаваться болезненным эхом по всему миру.

Различные конспирологические теории гласят, что вместе с вакциной от COVID-19 людям "будет введен чип, с помощью которого можно будет контролировать их мысли и психологическое состояние". Мне кажется, что у некоторым людям чип уже вживили.

Это чип страха и равнодушия.

Такие люди  боятся за себя, не желая проявить сострадание к другим, не могут выйти из зоны комфорта, расширить границы своего сознания. Многие жалуются на жизнь, виня правительство и систему, боятся принять самостоятельное решение и взять на себя ответственность за него, ссылаясь на бюрократические запреты. Забывая при этом, что качество государственного управления в любой стране зависит от гражданской позиции ее населения и что правила были созданы людьми, а не наоборот.


Шейх друзской деревни с семьей.

Все мои сирийские друзья потеряли кого-нибудь из родных и близких и все еще продолжают терять. Однако, несмотря на трудности, они всегда доброжелательны, каждый раз все приглашают меня в гости. Даже переживая войну, экономический кризис и пандемию, сирийцы сохраняют удивительную чистоту и доброту сердец, умение делиться и помогать друг другу. Важно, что здесь до сих пор сохраняется обязательное школьное образование и оно бесплатное. Жители этой страны при знакомстве c гордостью указывают свой образовательный титул: доктор Айман, инженер Мазен. Еще одна деталь - в Дамаске открыт оперный театр и зал его всегда полон зрителей.

Поэтому на вопрос, зачем мне Сирия, отвечу так. Здесь, помимо прикосновения к древнейшей истории человечества, которую пытаются стереть из его памяти, получаю пример ежедневного героизма простых людей, их мужества и верности своей родине. Каждый раз становлюсь свидетелем того, как стойко сирийцы стараются сохранить достоинство, терпение, высокую культуру и чувство юмора даже в, казалось бы, невыносимых условиях.

Из каждой поездки привожу заряд позитива, душевного тепла и любви от этих людей, переживающих невероятные страдания, но сохраняющих искренность, честность и человечность. Через свои статьи, репортажи и фильмы стараюсь поделиться этим с теми, кто живет в мире и благе, но не всегда осознает, что это и есть счастье.

Вот зачем мне Сирия.

Фото из личного архива Акмарал Баталовой.