1. Главная
  2. Посмотри

Бермудский треугольник Астаны. Где находится столичный микрорайон "804-й километр"

  • 21

Не многие знают, что в Астане есть микрорайон "804-й километр". Можно попытаться найти его на картах, но это не так просто. Например, Google по такому запросу не дает никаких результатов. Но если указать в поиске "улица 804", то на карте искомое место высветится как улица Коктал. Другой поисковик - Yandex - с первого раза обнаруживает микрорайон "804-й километр". Он действительно имеет отношение к улице Коктал, вот только расположен на самой ее окраине. Примечательно, что в картах Google эта улица обрывается на самых подступах к 804-му микрорайону. Точно такие же проблемы испытывают все, кто пытается найти это место, например, водители скорой помощи - жителям приходится преодолеть внушительное расстояние, чтобы встретить бригаду врачей. Местные называют свой поселок бермудским треугольником, указывая на то, что он находится как бы на небольшом островке между двумя железнодорожными линиями. Корреспонденты Ренат Ташкинбаев и Турар Казангапов отправились в этот загадочный район Астаны.

На карте микрорайон "804-й километр" представляет собой маленький поселок, в котором всего пять домов.

На карте микрорайон "804-й километр" представляет собой маленький поселок, в котором всего пять домов.

Двигаясь по улице Коктал, мы приближаемся к железной дороге. Эти два магазина - ориентир для неместных и по своему центр для людей, живущих на 804-м километре.

Двигаясь по улице Коктал, мы приближаемся к железной дороге. Эти два магазина - ориентир для неместных и по своему центр для людей, живущих на 804-м километре.

В сам 804-й микрорайон пассажирские автобусы не заезжают. Приходится через железнодорожные пути идти пешком, если, конечно, нет своего авто.

В сам 804-й микрорайон пассажирские автобусы не заезжают. Приходится через железнодорожные пути идти пешком, если, конечно, нет своего авто.

Впрочем, как оказалось, и наличие автомобиля, не гарантирует, что вы без труда попадете в поселок.

Впрочем, как оказалось, и наличие автомобиля, не гарантирует, что вы без труда попадете в поселок.

Миновав железнодорожный переезд, мы были вынуждены оставить машину.

Миновав железнодорожный переезд, мы были вынуждены оставить машину.

Местная дорога для нашего авто оказалась непролазной.

Местная дорога для нашего авто оказалась непролазной.

Преодолев бездорожье пешком, мы оказались в небольшом поселке, окруженном с двух сторон железнодорожными путями.

Преодолев бездорожье пешком, мы оказались в небольшом поселке, окруженном с двух сторон железнодорожными путями.

Местные по старинке называют этот район "Казармы". Говорят, раньше эти бараки были служебным жильем для железнодорожников.

Местные по старинке называют этот район "Казармы". Говорят, раньше эти бараки были служебным жильем для железнодорожников.

<p>В настоящее время здесь шесть&nbsp;домов, на несколько хозяев (всего около 16 семей). Как правило, это дети или родственники бывших путейцев.</p>

В настоящее время здесь шесть домов, на несколько хозяев (всего около 16 семей). Как правило, это дети или родственники бывших путейцев.

"На карте в Интернете мы себя ищем и не можем найти, нас нигде нет", - говорит Любовь Гаврилова. Вместе с мужем Сергеем они искренне удивляются, как нам удалось отыскать их микрорайон.

"На карте в Интернете мы себя ищем и не можем найти, нас нигде нет", - говорит Любовь Гаврилова. Вместе с мужем Сергеем они искренне удивляются, как нам удалось отыскать их микрорайон.

"Мы с базара приехали на такси, водитель говорит: "Я даже не знал, что здесь люди живут", - рассказывает нам Любовь Павловна.

"Мы с базара приехали на такси, водитель говорит: "Я даже не знал, что здесь люди живут", - рассказывает нам Любовь Павловна.

Когда-то они жили в городе, в квартире, но со временем захотели перебраться на землю.

Когда-то они жили в городе, в квартире, но со временем захотели перебраться на землю.

От городской суеты они уехали в родительский дом Любови.

От городской суеты они уехали в родительский дом Любови.

"Здесь тихо, хорошо", - говорит Сергей Павлович. В этот момент все в доме начинает вибрировать, значит проезжает поезд. Но к такому соседству местные привыкли и уже даже не обращают внимания.

"Здесь тихо, хорошо", - говорит Сергей Павлович. В этот момент все в доме начинает вибрировать, значит проезжает поезд. Но к такому соседству местные привыкли и уже даже не обращают внимания.

"Единственное, когда поезд идет, то приходится звук в телевизоре добавлять, потому что плохо слышно", - замечает Любовь Павловна.

"Единственное, когда поезд идет, то приходится звук в телевизоре добавлять, потому что плохо слышно", - замечает Любовь Павловна.

Телевидение и Интернет для Гавриловых - это очень важные вещи. В город они выбираются не так часто, как хотелось бы, и главная причина - отсутствие нормальной дороги.

Телевидение и Интернет для Гавриловых - это очень важные вещи. В город они выбираются не так часто, как хотелось бы, и главная причина - отсутствие нормальной дороги.

"Когда в городе какие-то народные гуляния идут в честь праздников, нам охота туда поехать, погулять, на все посмотреть. Но туда же добраться надо. Вот на Наурыз хотели пойти, надо было на левый берег ехать. Раньше у нас туда ходил автобус, его убрали, и сейчас, чтобы туда попасть, надо пересадки делать. Поэтому в этот раз я говорю мужу: "Ой, Серега, давай по телевизору лучше посмотрим, как люди гуляют, и никуда не поедем", - говорит Любовь Павловна.

"Когда в городе какие-то народные гуляния идут в честь праздников, нам охота туда поехать, погулять, на все посмотреть. Но туда же добраться надо. Вот на Наурыз хотели пойти, надо было на левый берег ехать. Раньше у нас туда ходил автобус, его убрали, и сейчас, чтобы туда попасть, надо пересадки делать. Поэтому в этот раз я говорю мужу: "Ой, Серега, давай по телевизору лучше посмотрим, как люди гуляют, и никуда не поедем", - говорит Любовь Павловна.

<p>Сергей Павлович сейчас на пенсии, а раньше работал музыкантом в оркестрах. И хотя по состоянию здоровья на трубе больше не играет, музыку любит до сих пор. Находить любимые композиции опять же позволяет Интернет.</p>

Сергей Павлович сейчас на пенсии, а раньше работал музыкантом в оркестрах. И хотя по состоянию здоровья на трубе больше не играет, музыку любит до сих пор. Находить любимые композиции опять же позволяет Интернет.

<p>"У нас здесь настоящий Бермудский треугольник. Иногда до смешного доходит. Бывает, в городе ливень, все небо черное, по другую сторону тоже ливень, гроза, гром гремит, а у нас сухо, дождь вокруг нас обходит", - говорит женщина.</p>

"У нас здесь настоящий Бермудский треугольник. Иногда до смешного доходит. Бывает, в городе ливень, все небо черное, по другую сторону тоже ливень, гроза, гром гремит, а у нас сухо, дождь вокруг нас обходит", - говорит женщина.

Она рассказывает, что несколько лет назад к ним приезжали какие-то уважаемые люди и даже пообещали изменить их жизнь к лучшему.

Она рассказывает, что несколько лет назад к ним приезжали какие-то уважаемые люди и даже пообещали изменить их жизнь к лучшему.

"Пообещали нам и дорогу, и воду, и детскую площадку. После этого мы их не видели. Это было лет пять назад, как раз перед какими-то выборами", - рассказывает Любовь Павловна. Но говорят, обещания так и остались обещаниями.

"Пообещали нам и дорогу, и воду, и детскую площадку. После этого мы их не видели. Это было лет пять назад, как раз перед какими-то выборами", - рассказывает Любовь Павловна. Но говорят, обещания так и остались обещаниями.

<p>После дороги вторая главная проблема для местных жителей - питьевая вода. Когда-то здесь была колонка, но потом, говорят, ее перекрыли.</p>

После дороги вторая главная проблема для местных жителей - питьевая вода. Когда-то здесь была колонка, но потом, говорят, ее перекрыли.

В настоящее время здесь есть вот такой специальный колодец, в который периодически привозят воду.

В настоящее время здесь есть вот такой специальный колодец, в который периодически привозят воду.

<p>Набирают ее&nbsp;жители вот таким нехитрым способом.</p>

Набирают ее жители вот таким нехитрым способом.

При этом не всех их устраивает качество этой воды.

При этом не всех их устраивает качество этой воды.

"Вода, конечно, ужасная. Ее в цистерне привозят, заливают в колодец, и мы ее пьем. А там у нас лягушки", - говорит Анастасия Кан. Женщина работает в Центре материнства и детства медсестрой. На работу, как и все местные жители, ходит в сапогах, беря с собой сменную обувь для города.

"Вода, конечно, ужасная. Ее в цистерне привозят, заливают в колодец, и мы ее пьем. А там у нас лягушки", - говорит Анастасия Кан. Женщина работает в Центре материнства и детства медсестрой. На работу, как и все местные жители, ходит в сапогах, беря с собой сменную обувь для города.

Еще один вопрос - отсутствие условий для детей. Многие из них в школу и обратно ходят пешком через железнодорожные пути, что, естественно, небезопасно.

Еще один вопрос - отсутствие условий для детей. Многие из них в школу и обратно ходят пешком через железнодорожные пути, что, естественно, небезопасно.

Местные дети предпочитают проводить свободное время во дворе двухэтажек за переездом, там есть игровая площадка.

Местные дети предпочитают проводить свободное время во дворе двухэтажек за переездом, там есть игровая площадка.

"Когда говоришь "микрорайон "804-й километр", то люди сразу делают круглые глаза, мол, где это?" - делится с нами Аклима.

"Когда говоришь "микрорайон "804-й километр", то люди сразу делают круглые глаза, мол, где это?" - делится с нами Аклима.

"В прошлом году приезжали люди из акимата, они мусор вывезли, обещали баки нам поставить и для детей какой-то уголочек сделать. На этом все и закончилось", - говорит еще один местный житель Нариман.

"В прошлом году приезжали люди из акимата, они мусор вывезли, обещали баки нам поставить и для детей какой-то уголочек сделать. На этом все и закончилось", - говорит еще один местный житель Нариман.

"Как видите сами, здесь дороги нет. И чтобы не замараться, нужно идти по сухому, а это значит, по железной дороге", - говорит мужчина. Сам он работает водителем Газели, но все же предпочитает заходить в свой поселок пешком.

"Как видите сами, здесь дороги нет. И чтобы не замараться, нужно идти по сухому, а это значит, по железной дороге", - говорит мужчина. Сам он работает водителем Газели, но все же предпочитает заходить в свой поселок пешком.

Турник и боксерская груша в одном из дворов на 804-м километре.

Турник и боксерская груша в одном из дворов на 804-м километре.

Один из немногих, кто решается сюда приезжать на авто, - Ербол Гимранов. Мужчина говорит, до этого у него была легковушка, но она не справлялась, и пришлось купить "Ниву".

Один из немногих, кто решается сюда приезжать на авто, - Ербол Гимранов. Мужчина говорит, до этого у него была легковушка, но она не справлялась, и пришлось купить "Ниву".

Вместе с женой и детьми он живет в доме 1937 года постройки.

Вместе с женой и детьми он живет в доме 1937 года постройки.

"15 лет уже здесь живем. Вода, конечно, ужасная, пить ее вообще невозможно. Дороги нет. Я сегодня шла с ребенком и упала, потому что грязь, глина. Мне даже стыдно кого-то в гости позвать - сюда пока доберешься. Я иногда даже не знаю, как людям объяснить, где я живу", - говорит супруга Ербола Аклима.

"15 лет уже здесь живем. Вода, конечно, ужасная, пить ее вообще невозможно. Дороги нет. Я сегодня шла с ребенком и упала, потому что грязь, глина. Мне даже стыдно кого-то в гости позвать - сюда пока доберешься. Я иногда даже не знаю, как людям объяснить, где я живу", - говорит супруга Ербола Аклима.

Их дочь учится в первом классе. "Вот эти дома же с 1937 года, и такое чувство, когда через железную дорогу на эту сторону переходишь, как будто действительно в 1937 год попал, до войны. А если нужна скорая помощь, то ты пока им объяснишь, где мы находимся, легче самой сбегать", - отмечает женщина.

Их дочь учится в первом классе. "Вот эти дома же с 1937 года, и такое чувство, когда через железную дорогу на эту сторону переходишь, как будто действительно в 1937 год попал, до войны. А если нужна скорая помощь, то ты пока им объяснишь, где мы находимся, легче самой сбегать", - отмечает женщина.

Дети в школу и обратно ходят по железнодорожным путям.

Дети в школу и обратно ходят по железнодорожным путям.

"Приезжали люди из акимата, я только дверь открываю, они мне с ходу: "А что вы здесь живете? Купите дом в другом месте". Вы можете себе представить?" - возмущается Аклима.

"Приезжали люди из акимата, я только дверь открываю, они мне с ходу: "А что вы здесь живете? Купите дом в другом месте". Вы можете себе представить?" - возмущается Аклима.

"Мы же не просим, чтобы нам деньги или квартиру дали. Элементарно, дорогу же можно сделать. Просто засыпать. Зачем нам нужны здесь тротуары, зачем нам нужны детские площадки, мы уже вообще об этом молчим. В прошлом году мы решили воду проводить, нам примерно посчитали, нужно два миллиона. Где я возьму такие деньги?" - говорит она.

"Мы же не просим, чтобы нам деньги или квартиру дали. Элементарно, дорогу же можно сделать. Просто засыпать. Зачем нам нужны здесь тротуары, зачем нам нужны детские площадки, мы уже вообще об этом молчим. В прошлом году мы решили воду проводить, нам примерно посчитали, нужно два миллиона. Где я возьму такие деньги?" - говорит она.

Супруги Гимрановы и не против уехать отсюда, но сомневаются, что смогут найти покупателей на свой дом, а если и найдут, то цена, говорят, будет такой, что у них вряд ли получится приобрести на эти деньги жилье.

Супруги Гимрановы и не против уехать отсюда, но сомневаются, что смогут найти покупателей на свой дом, а если и найдут, то цена, говорят, будет такой, что у них вряд ли получится приобрести на эти деньги жилье.

Живут в этом районе сами хозяева, квартирантов нет, что большая редкость для Астаны. Учитывая маленькое количество домов, все друг друга знают уже давно.

Живут в этом районе сами хозяева, квартирантов нет, что большая редкость для Астаны. Учитывая маленькое количество домов, все друг друга знают уже давно.

"В 1985 году, как переехали в этот барак, нормально вроде было все, а сейчас все хуже и хуже становится", - говорит мужчина.

"В 1985 году, как переехали в этот барак, нормально вроде было все, а сейчас все хуже и хуже становится", - говорит мужчина.

Жители 804-го километра Аркадий и Роза Кан.

Жители 804-го километра Аркадий и Роза Кан.

Аркадий недавно перенес инсульт, находясь на рабочем месте в котельной.

Аркадий недавно перенес инсульт, находясь на рабочем месте в котельной.

Но, оказывается, с таким недугом он здесь не единственный.

Но, оказывается, с таким недугом он здесь не единственный.

Мужчину, который идет вдоль путей, зовут Дюсен Оралов. Соседи его узнают издалека по походке.

Мужчину, который идет вдоль путей, зовут Дюсен Оралов. Соседи его узнают издалека по походке.

Еще в 90-х он попал под поезд. Лишился ноги.

Еще в 90-х он попал под поезд. Лишился ноги.

"Была зима, буран, на мне был тулуп. По соседней дороге ехал товарняк, вот так я и попал под поезд. Скорая сразу сюда приехала. Я их просил пришить ногу. Они говорят, это невозможно", - рассказывает мужчина.

"Была зима, буран, на мне был тулуп. По соседней дороге ехал товарняк, вот так я и попал под поезд. Скорая сразу сюда приехала. Я их просил пришить ногу. Они говорят, это невозможно", - рассказывает мужчина.

Сейчас он ходит с протезом. Хоть и на инвалидности, но нашел себе работу на полдня - в камере хранения в доме престарелых и инвалидов. До остановки добирается пешком.

Сейчас он ходит с протезом. Хоть и на инвалидности, но нашел себе работу на полдня - в камере хранения в доме престарелых и инвалидов. До остановки добирается пешком.

Все бы ничего, но в прошлом году у него случился еще и инсульт.

Все бы ничего, но в прошлом году у него случился еще и инсульт.

"У меня высшее образование, красный диплом. Я был главным инженером на нефтебазе, потом меня переманили в другую организацию", - говорит Дюсен. В этом году ему исполняется 52 года.

"У меня высшее образование, красный диплом. Я был главным инженером на нефтебазе, потом меня переманили в другую организацию", - говорит Дюсен. В этом году ему исполняется 52 года.

<p>У мужчины большие планы, хочет занятся благоустройством дома.</p>

У мужчины большие планы, хочет занятся благоустройством дома.

Больше всего мужчина не хотел бы жить в многоэтажном доме. "Я люблю по земле ходить", - заявляет он.

Больше всего мужчина не хотел бы жить в многоэтажном доме. "Я люблю по земле ходить", - заявляет он.

<p>По мнению Дюсена, еще одна актуальная проблема их микрорайона - неудачный адрес. "Здесь проходит же улица Коктал, можно же назвать переулок Коктал или Железнодорожная", - говорит он.</p>

По мнению Дюсена, еще одна актуальная проблема их микрорайона - неудачный адрес. "Здесь проходит же улица Коктал, можно же назвать переулок Коктал или Железнодорожная", - говорит он.

"Единственное, здесь разве что зелени не хватает. Вот так бы в ряд насадить деревья и кустарники", - отмечает он.

"Единственное, здесь разве что зелени не хватает. Вот так бы в ряд насадить деревья и кустарники", - отмечает он.

А это Владимир Павлович. Возможно, он единственный работающий железнодорожник, проживающий в микрорайоне "804-й километр". До пенсии ему осталось доработать год.

А это Владимир Павлович. Возможно, он единственный работающий железнодорожник, проживающий в микрорайоне "804-й километр". До пенсии ему осталось доработать год.

<p>Мы рассказали ему, что не все местные жители довольны качеством привозной воды. Но у него на этот счет другое мнение. "Я пил воду водопроводную, так летом ее пить невозможно, она чем-то отдает. А это вода чистая, тем более со скважины, из под земли, чуть-чуть солоноватая - это ничего, это минералы", - уверенно говорит Владимир Павлович.</p>

Мы рассказали ему, что не все местные жители довольны качеством привозной воды. Но у него на этот счет другое мнение. "Я пил воду водопроводную, так летом ее пить невозможно, она чем-то отдает. А это вода чистая, тем более со скважины, из под земли, чуть-чуть солоноватая - это ничего, это минералы", - уверенно говорит Владимир Павлович.

Говорит, жизнь в этом немногочисленном поселке его устраивает. "Все хорошо. Вот в других местах знаешь, сколько проблем? Есть районы, где без света люди сидят, без воды, воду грязную пьют. У меня проблем нет. В других местах хуже живут, вот Коянды взять", - с оптимизмом говорит мужчина.

Говорит, жизнь в этом немногочисленном поселке его устраивает. "Все хорошо. Вот в других местах знаешь, сколько проблем? Есть районы, где без света люди сидят, без воды, воду грязную пьют. У меня проблем нет. В других местах хуже живут, вот Коянды взять", - с оптимизмом говорит мужчина.

Что до шума от железной дороги, то мужчина рассуждает так: "В городе люди к машинам привыкают, а мы здесь к поездам привыкли".

Что до шума от железной дороги, то мужчина рассуждает так: "В городе люди к машинам привыкают, а мы здесь к поездам привыкли".

Текст Ренат Ташкинбаев. Фото Турар Казангапов.

Текст Ренат Ташкинбаев. Фото Турар Казангапов.