Статьи
![](/userdata/article/2020/article_1504/thumb_m/photo_2058.jpeg)
![](/userdata/gallery/2020/gallery_1302/thumb_m/photo_36443.jpeg)
Старые детские качели. Песок. Обшарпанные дома. Печальная картина, правда? Еще печальнее она, когда скрывается солнце и начинает дуть порывистый ветер, разбрасывая мусор и пакеты по округе. Мы в городе Сатпаеве, который находится неподалеку от Жезказгана.
Наше внимание привлекает один дом. Такое впечатление, что он сделан из песка. В глаза бросаются дырки в окнах и проемы, заложенные кирпичами. Особую атмосферу этому пейзажу придает развешенное во дворе белье.
В городе очень много детей. Свое время они проводят на вот таких детских площадках.
"Обидно за свой город очень. Грязно, сухая трава везде, только в центре чисто. Душа болит страшно за город, потому что мы здесь жили, бегали детьми вот по этим улицам, наши родители строили этот город", - говорит пенсионерка Валентина Анатольевна Божко. Ее портрет мы покажем позже. А пока давайте ее глазами посмотрим на песчаные дворы Сатпаева.
"Жалко очень город свой. Вот немножко порядка бы. Ну как это, сухие деревья все лето, такого не было раньше же, сажали, старались. Люди возле домов ничего не хотят делать, ни цветы посадить, ничего, вот сидят в своих квартирах и ничего не хотят делать", - рассуждает жительница.
"Почему не хотят? Я не знаю. Возможно, думают, если в квартире у них чисто и красиво, значит все. Конечно, я белю свой подъезд, крашу везде, стараюсь, но это надо делать всем. Мне говорят: ой молодец; и на этом кончается. Хотелось и окна заменить на пластиковые, все сделать красиво. Хочется и цветы развести, я говорю, все привезу, и семена, и саженцы, можно сложиться деньгами и сделать красивый заборчик. Но не просыпаются люди. Предлагаю: давайте это, давайте то. Но нет, сидят по хатам все, не хотят, и все. Наверное, надо, чтобы это в крови было", - считает пенсионерка.
Она вспоминает времена, когда Сатпаев был совсем другим городом.
"Не было такого мусора вокруг. Дворники вставали в 6 утра, к 7 часам уже все подметено было, и к 8 утра, когда люди шли на работу, чистота была идеальная. А сейчас вроде урны поставили, но все равно будут рядом кидать. Надо учить детей. Вот я с рождения своих внуков, а теперь уже и правнуков учу: съел конфетку или жвачку - обертку в карман положи, дома в ведро брось, но никогда не кидай. Это все начинается из дома. Первый урок надо посвящать любимому городу, чистоте", - говорит Валентина Анатольевна.
Раньше она работала в детском саду, поэтому очень хорошо разбирается в вопросах воспитания. У нее есть своя дача, на которой она вырастила настоящий оазис, и она хотела бы нечто подобное сделать и в своем дворе, но пока не может найти поддержки у соседей.
"Хотелось так жить, но не хотят люди. Равнодушие полнейшее", - с грустью говорит она. На этих фотографиях разные дворы Сатпаева.
"Честно сказать, наверное, лишь у десяти процентов жителей болит душа за город. Вот рядом дом, там женщина купила фруктовые деревья, цветы, землю завезла - все за свои деньги, такую красоту сделала, но все молча шли, и никто даже ей спасибо не сказал", - рассказывает наша собеседница.
Валентина Анатольевна - настоящий патриот родного края. Говорит, ни на что не променяет родной Сатпаев.
"Вот люблю этот город, и все. Не хочу ни в Алмату, ни в Астану. Была и в России, и на Украину ездила в отпуск, в Талдыкоргане вот была - там красота в горах, но когда я ехала из аэропорта и видела нашу полынь, кажется, нет ничего на свете лучше запаха полыни. Этот патриотизм во мне заложен с детства, так что до самой смерти буду любить свой город", - признается она.
Но при этом, говорит пенсионерка, ей бы хотелось видеть свой город другим.
"Не знаю, вроде акимат что-то старается делать, но вот эти безвкусные памятники, взять ту же домбру, это же просто неуважение к музыкальному инструменту, можно же ее покрасить, в порядок привести памятник. По мне, так пусть было бы скромно, но как-то чисто, ухоженно", - считает она.
А вот и портрет нашей собеседницы.
Валентина Анатольевна Божко на местном мини-рынке торгует всем тем, что дает ей дача. Супруга ее уже нет в живых, он был шахтером, и теперь женщина полностью посвящает свое время огороду и саду на даче и воспитанию правнуков.
"Люблю трудиться. Я по характеру сильная женщина. Есть у меня дети, но я всегда им говорю: не надо, я сама", - говорит она и считает, что часто сегодня взрослые балуют детей.
"Сейчас много таких, которые ничего не хотят, кроме - о! - восклицает пенсионерка, подняв ладонь напротив лица, как будто смотрит в смартфон. - Вот это беда!"
"Кажется, в нашем детстве был другой климат, были ливни летом, мы босиком бегали, здоровые были, крепкие, у нас никогда дома лекарств не было. Поэтому, слава богу, я не знаю, что такое болезни, антибиотики. Мне дико, когда люди идут, какие-то сиропы покупают в аптеке, я ни одного антибиотика не приняла за свои 66 лет. А сейчас говорят, 80 процентов детей больные и только 20 процентов - здоровые", - рассуждает женщина.
Но есть в Сатпаеве и другие районы.
Здесь новые дома, ухоженные дворы с нормальными детскими площадками и тем самым садом, которого так недостает жителям дворов с фотографий, которые вы видели в начале этого репортажа.
"Все зависит от самого человека", - уверяет нас Светлана Лаврушкина. Она и ее соседи отказались от КСК и решили сами заботиться о своем доме.
"Если мы сами не создадим вокруг себя чистоту и красоту, то никто за нас это не сделает. Мы своим домом взяли все в свои руки, поэтому нам все нравится, мы любим наш двор, можете заметить, он у нас чистый, ухоженный. Поэтому мне жаловаться вообще не на что. С крышей, водой, отоплением, горячей водой проблем нет. Все остальное - в наших руках", - говорит позитивно настроенная женщина.
У нее есть основная работа - диспетчер на шахте. Сутки работает, трое отдыхает. И вот эти три дня она работает как дворник и одновременно как председатель объединения собственников имущества.
"У нас КСК местные не справляются, поэтому мы официально отказались от КСК и взяли дом свой на самообслуживание. Заботиться о доме - это мое личное желание. Я понимаю, что никто за нас ничего не сделает и если я буду бездействовать, то все будет только ухудшаться", - говорит она.
Она любит свой город и уверяет, что в нем происходят позитивные изменения.
"Лично я передвигаюсь по городу на велосипеде и вижу, что идет полным ходом реконструкция дорог, улучшения заметные и существенные. Если бы люди еще не оставляли после себя мусор, но этим грешит любой город, не только Сатпаев, было бы и чище, и красивее. И если бы каждый на себя взял хоть небольшую ответственность за маленький уголочек земли, то было бы уже чище", - поясняет свою жизненную позицию Светлана.
На вопрос, почему одни дворы Сатпаева напоминают оазис, а другие - безжизненную пустыню, женщина ответила нам тоже вопросом: а почему у некоторых людей в квартирах все красиво и чисто, но они выходят в подъезд и оставляют там мусор?
Мы провели в Сатпаеве два дня, и этого времени нам хватило, чтобы обойти и верхнюю, и нижнюю часть города. Оказалось, этот населенный пункт не так мал, как кажется.
С наступлением сумерек центральная часть города - самая оживленная.
А наутро мы заметили, что дома в том пустынном районе, кажется, начинают приобретать новые цвета.
Как вам такая расцветка?
На сайте акимата Сатпаева есть информация о таком преображении.
В сообщении говорится следующее:
"Хорошо известно, что с помощью фасада можно преобразить внешний облик дома, чтобы он выглядел по-новому (…). Дома после побелки преобразились в части внешнего вида, покрашенные в разные цвета: от нескольких оттенков желтого до зеленого, от розового и до синеватого. Это простой и удобный способ преображения фасада многоэтажной постройки. Тем не менее издалека и вблизи они бросаются в глаза, стали ярче и привлекательнее".
И ведь не поспоришь, синий дом действительно издалека бросается в глаза.
Текст: Ренат Ташкинбаев. Фото: Турар Казангапов©
![Фото Турар Казангапов©️](/userdata/gallery/2020/gallery_1300/thumb_m/photo_36440.jpeg)
Как известно, этим летом Первый Президент Казахстана переболел коронавирусом. О том, как перенес COVID-19, Нурсултан Назарбаев спустя время подробней рассказал, находясь в Туркестане. Он приехал туда, чтобы посмотреть, какие в этом городе происходят преобразования (о масштабной стройке читайте здесь). Репортеры Tengrinews.kz понаблюдали за поездкой Елбасы, а также услышали о планах устроить грандиозное шоу, которое, как уверяют его организаторы, прогремит на весь мир.
В Туркестане было немного ветрено, но все же солнечно. О том, что это юг, напоминал зеленый газон и полная телега с дынями и арбузами.
Точно такие же дыни можно встретить на трассе по дороге в город.
Здесь же продавцы легко дают товар на пробу.
В предыдущем репортаже мы рассказывали, как вырос новый Туркестан, при этом сохранив свой восточный колорит. Но скоро в городе этом наступят глобальные преобразования. Во всяком случае об этом сегодня рассказывали Нурсултану Назарбаеву.
"Наша цель громко заявить о себе на весь мир благодаря планируемым мероприятиям", - уверял Феттах Таминдже, президент Sembol Construction, одной из строительных компаний, реализующих в Туркестане амбициозный проект.
К этому проекту мы обязательно вернемся. А пока давайте понаблюдаем за жестами.
Приветствие с открытой ладонью.
Приветствие с помощью локтя в исполнении премьер-министра.
И точно такое же локтевое приветствие, только на этот раз с участием Первого Президента.
Летом этого года Назарбаев перенес коронавирус. И теперь, имея опыт, он призывает казахстанцев соблюдать все необходимые меры.
"Переболел и никому этого не желаю. Поэтому не снимайте маски, здоровайтесь коленом или локтем. Надо себя беречь. Неприятно, невозможно постоянно ходить с закрытым лицом. Девушкам даже идет иногда, в сказках все красавицы носили такие штучки. Поэтому спасибо за пожелания, я тогда со всего Казахстана получил телеграммы с пожеланиями. Я думаю, пройдет (пандемия), сейчас вакцина разрабатывается везде", - высказал свое мнение Елбасы на брифинге для журналистов.
Ну а теперь подробнее о грандиозных планах.
Как мы рассказывали ранее, в Туркестане построили международный аэропорт. Власти рассчитывают ежегодно принимать в городе 3,5 миллиона туристов (сейчас около 1,5 миллиона). Но как они собираются это сделать?
Оказалось, что организаторы задумали нечто невиданное.
"Данное шоу, без какого-либо преувеличения, прогремит на весь современный мир, и для столь амбициозной цели мы строим особую арену на 1500 человек", - продолжал интриговать глава турецкой стройкомпании.
"В зрелищных мероприятиях будет задействовано 30 специально подготовленных лошадей, и они будут звездами всех программ в сопровождении искусных акробатов и артистов", - вдохновенно говорил Феттах Таминдже.
"Я готов заручиться, что данное шоу вберет в себя весь изыск казахских многовековых традиций, искусства и природных ландшафтов Великой земли, - заявил он, а потом раскрыл карты. - Наша цель заключается в том, чтобы туристы дожидались вечера и тем самым оставались хотя бы на одну ночь в Туркестане". Эта мысль шла через все его выступление: "Мы намерены сделать так, чтобы приезжающие в Туркестан туристы проводили в этом городе не менее одной ночи. Как вы прекрасно знаете, успех в туризме обусловлен количеством туристов и, самое главное, количеством ночей, которые они проведут в этом городе".
Побывав на всех возводимых объектах, Назарбаев пояснил, для чего вообще затеяна такая массовая стройка.
"По итогам 2020 года в городе будет введено 750 тысяч квадратных метров жилья. Это непостижимо, никто мечтать об этом никогда не мог. Мы делаем то, за что столетиями никто браться не мог и не мог осуществить", - заявил он.
Он напомнил о решении сделать Туркестан областным центром.
"Это не экспромт, это давно было в голове. Я помню еще тогда, в советские времена, мы с председателем правительства ходили здесь, хотели статус (города) поднять. Только сейчас до этого дошли", - рассказал Елбасы.
"Недавно мы были в Актау, огромный туристический центр, четыре новые пятизвездочные гостиницы на берегу сделают его лучше, чем, наверное, Анталья, нашим казахстанским брендом, где будут люди отдыхать, далеко ездить не надо будет", - считает Первый Президент.
"То есть трудно во всем мире, нет инвестиций, деньги не вкладывают, а мы в Казахстане продолжаем работать. Это должно придать силу и энергию нашему народу, стране. Помните, меня критиковали, мол, вот много денег вкладывает в новую столицу и так далее. Сейчас Астана каждый год один триллион вкладывает в бюджет Казахстана и продолжает строиться, и здесь будет так же", - заявил Назарбаев.
Остается только гадать, когда же будет это шоу, ведь в мире все еще пандемия.
А пока в Туркестан не нахлынула волна туристов, в старых районах города гуляет счастливая детвора.
Интересно, догадываются ли они, что скоро их маленький город изменится. Впрочем, он уже изменился.
Текст: Ренат Ташкинбаев. Фото: Турар Казангапов©
Аэропорт, стадион, кофейни и зарплата в 500 тысяч. Во что превратился Туркестан
![](/userdata/gallery/2020/gallery_1299/thumb_m/photo_36439.jpeg)
Этот репортаж можно было назвать: "На юге Казахстана вырос новый город". Но это было бы отчасти правдой. Дело в том, что город там как бы уже был. Это всем известный Туркестан. Но то, что с этим городком произошло и происходит в последнее время, не похоже на просто модернизацию. В Туркестане появились совсем новые районы, которые можно назвать даже мини-городками. Со стороны все эти перемены напоминают строительство Астаны.
Мы проходим по тоннелю и попадаем на огромный современный стадион.
Теперь у Туркестана, как и у столицы, есть свой крупный спортивный объект. Называется он "Туркестан Арена".
А еще в Туркестане построили аэропорт. Причем с нуля.
Сейчас внутри там ведут отделочные работы, крепят надпись и готовят к монтажу символику Казахстана.
Еще не все готово, но уже кажется, что хотят приступить к работе не то сотрудницы аэропорта, не то стюардессы.
Но и это еще не все.
У Туркестана будет и свой "Риксос".
Мы приехали в Туркестан из столицы и, гуляя по новым районам этого южного городка, местами ощущаем себя как будто в каком-нибудь новом квартале Нур-Султана. Здесь даже ЖК есть с таким названием.
Новые районы Туркестана, как и кварталы столицы Казахстана, также выросли в пустынных местах. Повсюду строится новое жилье.
"Строятся 24 дома, квартиры будут реализовываться в порядке очереди, через программы, льготникам, вкладчикам ЖССБ и госслужащим", - рассказали нам представители областного акимата.
Кстати, насчет жилья. Говорят, цены в Туркестане заметно выросли. И снять в аренду старую квартиру теперь здесь стоит примерно как в Алматы - 150 тысяч тенге в месяц, а то и того дороже.
Мог ли кто-то себе представить такие цифры еще несколько лет назад? Ведь Туркестан, как и весь Южный Казахстан, раньше всегда ассоциировался с доступностью цен.
Впрочем, чиновники говорят, что рост цен на недвижимость был прогнозируемым в связи со сменой статуса Туркестана (теперь это областной центр). Теперь в акимате области считают, что с изменением статуса нужно менять и идеологию. Так скажем, приучать местных жителей к новой реальности.
Знающие люди рассказывают, что раньше была такая поговорка: днем Туркестан, ночью Афганистан. То есть в темное время суток здесь могло происходить всякое.
Теперь же, уверяют нас в местном акимате, все меняется. Дело, говорят чиновники, в изменении облика города. Ссылаются на теорию разбитых окон ("если в здании разбито одно стекло и никто его не заменяет, то через некоторое время в этом здании не останется ни одного целого окна"), мол, в городе, где все новое и нет разрухи, и хулиганят меньше. Говорят, что случаи вандализма в Туркестане значительно сократились.
Возможно, хулиганы, увидев цветущий дневной и завораживающий подсветкой ночной Туркестан, и на самом деле решили больше не заниматься вредительством.
А может, все дело в полицейских, которые разъезжают по городу на своих быстрых электрокарах.
Тротуары города теперь выделяются отдельной полосой для велосипедов. Остановки и урны стоят такие же, как в столице.
Большие перемены произошли напротив мавзолея Ходжи Ахмеда Ясави.
Там снесли около 250 старых домов. И теперь на расчищенном участке возводят современные объекты.
Здания здесь невысокие. По правилам ЮНЕСКО сооружения в пределах 1,5 километра от исторического памятника - мавзолея Ходжи Ахмета Ясави - не должны превышать его высоту, чтобы не закрывать обзор.
Один из новых объектов напротив мавзолея уже готов, это визит-центр. Здесь, кстати, варят кофе.
Нельзя не заметить большое количество рабочих, которые целыми днями стучат молотками, сверлят, пилят, стригут газоны и убирают мусор.
"Сейчас в связи с пандемией Узбекистан закрыт, поэтому привлекается местная рабочая сила, очень много местных, вот, допустим, из ближайшего села Ынтымак и других поселков. Даже сами стройкомпании организуют для рабочих транспорт", - говорит заместитель руководителя управления архитектуры и градостроительства Туркестанской области Бактыбай Дюйсебеков.
По словам же акима города Рашида Аюпова, на строительстве задействовано больше 20 тысяч человек.
Как мы ни упрашивали, эти скромные девушки и женщины не согласились на интервью, но были не против небольшой фотосессии.
На экране в центре города мы заметили любопытную рекламу.
Судя по объявлению, на работу приглашались отделочники с зарплатой до 500 тысяч тенге.
Позвонив по указанному номеру, мы узнали, что 500 тысяч - это зарплата не за месяц, а за выполненный объем работы. В день же работодатель обещает доход от 8 до 10 тысяч тенге. Плюс проживание и питание за счет компании. Работать предстоит на объектах напротив мавзолея.
А один из наших собеседников, который работает на строительстве аэропорта (очевидно, это другая строительная компания), рассказал, что он получает в час 500 тенге. При восьмичасовом рабочем дне получается порядка 120 тысяч в месяц. В то же время строитель отметил, что есть специалисты, которые получают от 1200 до 1800 долларов в месяц.
Но при всех этих электрокарах и фонтанах с подсветкой все же Туркестан не потерял свой восточный колорит.
По-прежнему здесь можно увидеть старые привычные районы, в которых течет своя размеренная, годами установленная жизнь.
В одном из прошлых репортажей мы рассказывали о старинном вокзале Туркестана. Атмосфера в нем непередаваемая.
Кстати, теперь в одном из просторных залов здания открыли кофейню.
И все-таки главная достопримечательность Туркестана - это мавзолей Ходжи Ахмеда Ясави.
"Как же они так строили, что спустя столько веков здание сохранилось в таком хорошем состоянии. Представляете, какое качество было, какое отношение было к работе", - удивляется наш собеседник из управления архитектуры области, разглядывая мавзолей.
Сейчас каждый год в Туркестан приезжает порядка 1,5 миллиона туристов. В планах властей увеличить этот поток до 2,5 миллиона.
По информации акимата города, на преображение Туркестана затрачено порядка 400 миллиардов тенге. 53 процента из этих денег выделено инвесторами.
При въезде в город гостей теперь встречает вот такая композиция. Оказалось, это иллюстрация легенды. Как-то раз беременной супруге одного знатного человека сильно захотелось отведать мясо павлина. Но таких птиц в том месте и в помине не было. Тогда муж решил во что бы то ни стало исполнить каприз любимой женщины и провозгласил: кто раздобудет павлина для моей жены, того я награжу золотом или отдам в жены свою дочь.
В итоге к нему с дарами пришли сразу два достопочтенных мужа. И хозяин одному из них отдал золото, а другому - свою дочь.
Текст: Ренат Ташкинбаев. Фото: Турар Казангапов©
![](/userdata/news/2020/news_414990/thumb_m/photo_336342.jpeg)
![](/userdata/gallery/2021/gallery_1298/thumb_m/photo_36594.jpeg)
Неподалеку от Жезказгана есть поселок, который имеет очень интересную историю. Он возник в годы Великой Отечественной войны. Там добывали марганец, который был необходим для брони советских танков. В лучшие годы там проживало порядка девяти тысяч человек, сейчас осталось около 2500. Всех, кто приезжает в этот поселок, встречает микрорайон из пустых четырехэтажек. Они выглядят брошенными, но кое-где еще живут люди.
По пустынной улице между двумя домами-призраками нам навстречу выбегает породистая собачка. Мы пытаемся подойти ближе к одному из подъездов, но преданное животное поднимает звонкий лай на всю округу, как бы давая всем понять, что пришли незнакомцы.
Во дворе дома, где когда-то кипела жизнь, мы встречаем детскую коляску, чей-то УАЗик и старую книгу, где отчетливо читается слово "Начало".
А еще в глаза бросается ржавая табличка: "Дом образцового порядка".
Некоторые четырехэтажки - без окон и дверей. Но кое-где заметны спутниковые антенны, это признак того, что там могут жить люди.
Заходим в подъезд, уже знакомая нам собачка, не переставая лаять, быстро взбирается по лестнице и тем самым сама приводит нас к хозяйке.
На весь четырехэтажный дом здесь всего две жилые квартиры. В одной из них живет бывший школьный учитель Надежда Михайловна Плотниченко.
"Остальные уехали в город, из-за работы. Мы-то пенсионеры. А здесь у нас все есть: и вода, и электричество, только единственное - печное отопление, уголь покупаем", - говорит женщина.
"И Интернет у нас есть. Вон мы с внуком онлайн уроки делаем", - продолжает она, отмечая сразу, что на жизнь она никогда не жалуется.
Надежда Михайловна проработала более 40 лет в местной школе учителем географии и биологии, была завучем. Она все знает об этих местах. Помнит, как строились эти ныне пустующие дома (ее родители работали строителями), и, конечно же, еще свежи воспоминания о том, что произошло уже после развала Союза.
"Люди как-то быстро стали уезжать. И буквально за два-три года поселок опустел. Было тоскливо, плачевно. Сначала стали уезжать немцы в Германию, здесь их было очень много. А нам ехать некуда, потому что родители здесь, земля наша здесь, и мы остались. Было восемь (по другим данным - девять) тысяч населения, и осталось сейчас у нас порядка 2500 человек", - рассказывает она.
"Но обижаться нельзя, - тут же говорит пенсионерка. - Потому что здесь нам все делают. Вот в школе поставили спортивные тренажеры, все проводится, все есть, только было бы желание - ходи, радуйся жизни, и все".
Поселок Жезды появился в 40-х годах прошлого века и изначально назывался Марганец.
"За 38 дней здесь открыли марганцевое месторождение. Почему его открыли? Когда Гитлер напал на Советский Союз, надо было где-то марганец добывать, который был необходим для брони. Существующие советские месторождения марганца Гитлер захватил. Тогда Сталин дал указ, и Каныш Имантаевич Сатпаев всего за месяц и одну неделю открыл здесь рудник", - рассказывает Надежда Михайловна.
"Изначально в поселке стояли только юрты и землянки. Первым делом приехали сюда шахтеры, через год направили сюда женщин. Жили в юртах вместе с коренным населением, очень друг друга ценили, держались друг за друга, помогали", - говорит педагог.
"До 1953 года это был засекреченный объект. Каждая третья пуля, каждый пятый танк были сделаны с добавлением нашего марганца", - отмечает она.
Подробная история поселка отражена в местном музее.
А еще есть памятная табличка на одном из зданий.
"В советское время в поселке было хорошее снабжение, у нас здесь действительно коммунизм был, тогда у нас все было. Люди к нам приезжали с Урала на заработки. Вот эти дома все были заняты, даже очередь стояла на квартиры. Очень было хорошо. У нас был поселок городского типа", - рассказывает Надежда Михайловна.
"Да и сейчас неплохо. Сейчас, если даже кто-то жалуется, то это люди, которые не умеют жить, не умеют сами с собой справляться", - рассуждает она.
"Вот, например, я перенесла онкологическую болезнь, операцию, восемь месяцев я была в больнице в Караганде. Но за это время я нигде не встретила плохого отношения, я ни от кого не услышала дерзкого слова. Все очень хорошо. Дворцов нам не надо, нам нужно только здоровье и чтобы дети были здоровы, чтобы у них все сложилось хорошо. Этим мы и живем. Ни на что не жалуемся. А жить можно везде, даже на вулкане, ведь на вулкане и то раз в год эдельвейсы расцветают", - говорит наша собеседница, утирая слезу. Но это не слезы грусти, это что-то другое.
Она отмечает, что у того, кто перенес онкологическое заболевание, меняется отношение к жизни.
"Жизненные приоритеты становятся совсем другие. Каждый день встаешь и думаешь: как хорошо, что ты еще живой", - признается Надежда Михайловна.
А еще почти за год нахождения в больнице она очень хорошо подтянула свой казахский язык, так что теперь, говорит, вообще все понимает и может поддержать любую беседу.
"Я даже не хочу уезжать никуда отсюда. Меня дети зовут к себе в другие города, но нет, я не хочу. Как говорится, коней на переправе не меняют. Я вот, например, поживу десять дней в Жезказгане, и я все равно приезжаю сюда, домой. Здесь лучше.
У меня дочь уже десять лет живет в Ханты-Мансийске, и когда они своим ходом приезжают сюда, она говорит: мама, вот мы едем - кругом лес, все закрыто, ничего не видишь, но, когда заезжаешь в Казахстан, видишь степи, простор - душа радуется, все видно, плюс еще запах трав. Она долго привыкала к северу. Там с зятем они неплохо устроились, но все равно их тянет назад, сюда. И раз в три года они обязательно приезжают насладиться нашей казахстанской степью, пылью и радостью, потому что там, где мама и папа, там и родина", - говорит Надежда Михайловна.
Микрорайон из полуразрушенных четырехэтажек - лишь часть поселка Жезды. Есть и обычный поселок со своей размеренной сельской жизнью.
Для детей здесь действительно раздолье. Мимо нас промчалась детвора, они подбежали к колонке, чтобы утолить жажду.
В поселке заметен свежий асфальт.
Есть и стройка: планируют в следующем году закончить физкультурно-оздоровительный комплекс.
Нас же больше всего удивило наличие в сельском клубе старого кинопроектора и огромного количества старых фильмов.
Говорят, что здесь есть кинотеатр. Сейчас, на время ремонта, технику складировали в темный чулан.
"В этом году аким области нас поддержал, и поселку Жезды дали около 500 миллионов тенге. Эти средства направлены на ремонт школы-интерната, ремонт дороги и канализации, дома культуры, плюс по "Дорожной карте занятости" строим ФОК. Это новые рабочие места, мы хотим, чтобы люди не уезжали. В этом году как никогда выделяются деньги на этот поселок, но все равно у людей есть обида, потому что комбинат, как раньше, уже не работает, и у местных есть надежда, что когда-нибудь все заработает как прежде", - говорит аким Улытауского района Берик Абдигалиулы, к которому относится поселок Жезды.
Что касается домов-призраков, то он отмечает следующее: "Я по приезде сразу провел архитектурное обследование этих домов, там где-то на 80 процентов жилье аварийное уже.
Я хотел снести эти дома, благоустроить территорию, сделать скверы, потому что разбитые дома всегда давят на людей, это все гнетет и сказывается на психологическом состоянии жителей. Я раньше в Аркалыке работал, и мы там реализовали программу демонтажа аварийных микрорайонов за счет государства. Здесь у нас таких денег нет".
По словам акима, к нему обратились жители с желанием демонтировать дома для стройматериалов.
"Говорю, демонтируйте. Уже подготовил программу, и потом вдруг начали не соглашаться люди, говорят: "Мы не хотим, пусть остается, вдруг комбинат заработает снова, мы хотим возродить былое", - заявляет он.
"Я владельцам квартир предлагал, пусть продадут нам, мы отремонтируем и дадим очередникам. Независимая оценка оценила аварийные квартиры в 200-300 тысяч тенге. Они не согласны, миллион хотят. Поэтому единственная проблема: мы по ценам не договорились", - отмечает аким.
Он также добавил, что в планах акимата заняться переселением семей, живущих в аварийных домах поселка.
Кстати, что касается марганца, то, по словам акима, цена на него выросла и есть надежда, что на местном комбинате, где сейчас действует небольшое ТОО, появятся новые рабочие места.
Экспозиция в музее Жезды. Добыча руды древними людьми.
Текст: Ренат Ташкинбаев. Фото: Турар Казангапов©
Читайте также: "Мне сказали: вас не существует". В казахстанском поселке-призраке живет неучтенный человек
![](/userdata/article/2020/article_1497/thumb_m/photo_2051.jpeg)
![](/userdata/gallery/2020/gallery_1296/thumb_m/photo_36432.jpeg)
Дует шквальный ветер. Он поднимает в воздух пыль с песком, так что ничего не разглядеть. Мы подъезжаем к поселку Жезды (Карагандинская область). Горизонт сливается в нечто коричнево-серое.
Наконец-то пыль оседает, и мы различаем целый микрорайон из пустующих четырехэтажных домов.
"Добро пожаловать в голодную степь", - скажет нам местный житель чуть позже. Но в самом начале нам кажется, что место это необитаемо.
Мы ходим по дворам заброшенных домов, слышим, как ветер играет разбитыми форточками на верхних этажах нежилых квартир, и испытываем чувство, как будто оказались в месте, где была война.
Здесь много бродячих собак, они сбиваются в стаи и охраняют безжизненные четырехэтажки, как свою собственность.
Внезапно открывается подъездная дверь одного из домов. К нам навстречу выходят мужчина и женщина.
Узнав, что мы журналисты, последняя не без удивления признается: "Вы как раз мне и нужны".
"У меня документов нет, мы живем в аварийном доме. И у сына документов тоже нет. Я устала. Хорошо, что вы пришли, хотела поговорить с вами", - наспех подбирает слова женщина, словно боится не успеть изложить нам свою проблему.
Зовут ее Каиржан Газизовна Нуркенова (другой вариант Кайыржан Нурекенова), она не то 1972, не то 1974 года рождения. Мужчина рядом с ней - ее гражданский муж, Константин Анатольевич Гарифуллин. Они ведут нас в квартиру, которая находится в соседнем доме. К слову, их квартира - единственная жилая на всю четырехэтажку.
Подъездная дверь на замке, ее запирают, чтобы сохранить уцелевшие две квартиры. Говорят, если не охранять жилье, то его очень быстро разберут.
У квартиры, в которой живут Каиржан и Константин, есть хозяин. Им дали возможность жить здесь бесплатно, чтобы присматривали за жильем.
Из благ цивилизации - только электричество. Воды и канализации нет. Обогреваются печкой.
"Документов нет, я устала", - эту фразу женщина на протяжении всей нашей беседы повторяет постоянно.
"Меня в больницу даже не принимают, когда я болею", - уверяет Каиржан.
"На нее кирпич упал с крыши", - говорит ее муж. "У меня голова болит, давление", - поясняет она.
"Мы здесь втроем живем, еще сын (от первого мужа). Он сейчас пошел калымить, чтобы домой что-нибудь покушать принести", - рассказывает женщина.
Они с Константином тоже не имеют постоянной работы, калымят время от времени.
"Сейчас, может, устроюсь в котельную куда-то. Если не обманут", - говорит мужчина. А обманывают их нередко. Случается такое, что их нанимают на работу, а денег не выплачивают.
"Да, бывает, не платят, и порой пешком уходишь с аула, где калымил. По 70-80 километров идешь пешком. Иногда бывало даже зимой так шли домой", - говорят супруги.
"Допустим, нанимает тебя кто-то, говорит: вот здесь печку надо сделать. Я говорю, будет стоить 50 тысяч, хозяин говорит: все будет. Но в конце концов, когда уже всю работу сделал, он говорит: ой, у меня только 10 или 25 тысяч. Ему говоришь: а где остальные деньги? Тогда он заявляет: да ты вообще это не делал. Я бросаю все и ухожу", - рассказывает Константин.
Вместе со своей супругой он уже продолжительное время пытается решить вопрос с ее документами.
"Уже сколько ездим в Улытау (райцентр), сколько денег истратили туда на такси. Говорят, приедете через 15 дней - будут вам документы. Приезжаем, оказывается, что какой-то справки нет. И это уже тянется 11 лет", - говорит мужчина.
"Нам говорят: что мы можем сделать, если ее в Казахстане вообще не существует. Я говорю: как не существует, если она здесь училась в интернате, здесь паспорт получала советский, здесь жила?" - задается вопросом Константин.
"Как может человек потеряться в Казахстане? Ведь восемь классов я здесь училась…" - недоумевает женщина и говорит, что из-за отсутствия документов не может устроиться на постоянную работу. "Так и сказали: вас нет в Казахстане и сына вашего нет", - подтверждает она.
"Милиция сюда приходит и говорит, что закроют нас с сыном в бич-приемник, потому что у нас документов нет. Я говорю, как вы меня закроете? За что?" - вопрошает женщина.
"Сын вот жениться собрался, а я говорю: как ты женишься, документов ведь у тебя нет?" - рассуждает Каиржан.
Чтобы прояснить этот вопрос, мы отправились в акимат поселка. Там нам удалось побеседовать с главным специалистом Баймуратовым.
В его кабинете на стене висит портрет Бауыржана Момышулы. Символично, что самого чиновника тоже зовут Бауыржан, он уроженец этих мест и все знает про Жезды.
Хорошо ему известна и ситуация с Каиржан Нуркеновой.
"Она сама не помнит, откуда приехала, я делал запрос - никто не знает о ее происхождении. Ее семья когда-то переехала по степи в аул в 200 километрах отсюда, она училась у нас в интернате, это зафиксировано. Но был ли у нее советский паспорт, я не знаю, мы это все запрашивали, никто не отвечал на этот запрос", - говорит Баймуратов, показывая нам переписку с госорганами.
"Я сам лично занимался этим вопросом. После этого все документы, которые были у нас на руках, взяли себе участковые", - рассказывает сотрудник акимата.
"Есть вариант сделать документы через приемник (распределитель), только она в этот приемник должна попасть. Но она не такой человек, она нормальный человек, просто без документов", - подытожил Баймуратов и подтвердил, что эта история действительно тянется уже порядка десяти лет. Был момент, когда казалось, что вопрос решился, но потом снова все застопорилось.
Каиржан, провожая нас, вслед все повторяла: "Документов нет, я устала". Ее супруг напоследок произнес: "Самое главное, чтобы сделали документы, чтобы хоть что-то продвинулось. Если дело с документами решится, то будет уже легче".
Продолжение следует...
Текст: Ренат Ташкинбаев. Фото: Турар Казангапов©